Одна в толпе (СИ) - Крон Марта

Надеюсь, Горский и близко не подпустит её к драке.

Одна проблема.

У меня нет желания спасать задницу Оконцева. И кто бы его не мутозил, я ему благодарен.

АЛИСА.

За полтора часа до массового побоища.

— Ну о чём ты там хотела со мной поговорить? — сразу же спросила я Риту, стоило только нам выйти из душной аудитории, где последний час мы корпели над тестом, уделяя всё внимание ему, а не желанной болтовне.

— Ты загруженная… — заключила подруга, подстраиваясь под мой торопливый шаг к следующему кабинету, где у нас будет проходить лекция.

— Да просто тяжёлый разговор предстоит… — уклончиво протянула я, заметив на себе оценивающий взгляд девушки. — Настроение на нуле. — коротко обрисовала своё внутреннее состояние перед поездкой к Любови Валерьевне, где меня точно припрут к стенке и скажут, что я хорошо устроилась.

Завидев в конце коридора, уже кучкующуюся нашу группу, настроила курс прямо к ним.

— Ещё бы… — ласково погладила меня по руке Рита. — Ты ещё хорошо держишься, я бы ничком лежала, если бы мне любимый парень изменил…

А?

Резко затормозив, осуждающе насупила брови.

— Признавайся, Погодина, сколько ложек сахара в кофе добавила утром?

— Отрицание — не лучший способ пережить это, Акимова… — опечалилась на глазах одногруппница, кладя ладонь мне на плечо. — Можешь не рассказывать подробности, но не ври, что всё хорошо…

— Риточка. — сощурилась я, насмешливо всматриваясь в её мешки под глазами от жёсткого недосыпа в связи с учёбой. — Ритуля. Ну-ка с вытянутой руки поднеси палец к кончику носа…

— Мне так жаль, Алис… — не оценив мой юмор, вздохнула подруга, смотря на меня, как на умирающего лебедя. — Только скажи и я с удовольствием помогу выщипать все перья у этой курицы!! — сжала она от злости зубы и во мне проснулось неприятное предчувствие.

— Ты о чём вообще? — ошеломлённо уточнила я.

— О фото, где Астахов с Воронцовой целуется… — медленно промолвила Рита, скользя по моему лицу недоверчивым взглядом.

ЧТО?!

Немигающе уставившись на подругу, я прислушивалась к голосу в голове, издевательски повторяющему последнюю фразу с пугающей уверенностью.

— Алиса, душа моя… — напряглась Погодина. — Вот у тебя сейчас такое лицо, будто ты об этом только сейчас узнала… — сказала она, шокировано округляя глаза. — Пожалуйста, скажи, что я не гонец плохих вестей и ты в курсе событий прошлого вечера…

— Каких? — выдавила я из себя, отказываясь верить в услышанное.

— Ох блин… — поморщилась Рита, в ужасе прикладывая ладони к щекам. — Ты выглядела такой грустной, и я подумала, что ты уже знаешь про ту фотку с днюхи вашего Горского…

— Покажи. — нервно вцепилась ей в руку.

— Уверена? — медлила девушка.

— Да. — судорожно сглотнула я, настраивая себя заранее, чтобы не свалиться от внезапного сердечного приступа.

Задержавши на мне пристальный взгляд, Рита осмотрелась по сторонам и с тихим вздохом достала свой мобильник.

— Вот… — поднесла она его к моему лицу, и я задержала дыхание.

Боже…

Боль в груди такая резкая, что я мгновенно ссутулилась, стараясь облегчить убийственные ощущения.

Картинка смазана.

Но я всецело уверена, что на ней мой Лёня. Я выучила каждый миллиметр его тела, его позы, наклон головы, оттенок волос, эти сильные руки…

Досконально помню каждую деталь в его внешности, но самое главное, что я ни с чем не спутаю его машину…

На которой запечатлён данный кадр, стягивающий в узел все мои внутренности.

Даже при плохом освещении уличного фонаря на фото, я не сомневалась, что на нём Астахов.

— Он не мог… — звук, слетевший с моих губ был больше похож на скулёж, чем на мой голос.

Чувствуя, что с каждой секундой тепло и радость во мне умирает, я будто под гипнозом не могла оторвать глаз от дисплея, где изображена омерзительная для меня сцена.

Мой жених, почти лёжа на капоте, крепко держит в объятиях Лолу Воронцову и страстно её целует, позволяя той тесно прижаться и страстно стянуть волосы на его голове.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

«Вместо тысячи слов…» — гласила надпись под этим фото, выставленное самой Воронцовой прошлым вечером.

— Прости, Алис, я не хотела тебя расстраивать… — с горечью произнесла Рита, обнимая моё оцепеневшее тело.

Просто я ушла в себя. Закрылась в памяти и наперебой тонула в воспоминаниях с Астаховым, окутывая себя его тихими признаниями:

«— Как я жил без тебя, гном?

— Мой дом там, где ты…

— Задыхаюсь без твоего запаха…

— Мои глаза видят только тебя, Алис, в остальных случаях я слеп, как крот…

— Мне нужна только ты, понимаешь?

— Я люблю тебя…

— Отныне и навсегда…»

Прикрыв ненадолго глаза, отключилась от реальности и прислушалась к зову сердца.

Сквозь толщу одолевающих сомнений и терзаний пробивался спокойный и величавый голос:

«Он верен тебе и ты это знаешь…»

— Это же Астахов… — немилосердно высказалась Рита. — Это в его стиле.

— Не верю. — раздался мой жёсткий хрип, несмотря на обмякшее состояние. — Зачем я ему, если он может выбрать любую в жёны…

— В жёны?! — обомлела Погодина и я утвердительно кивнула.

— Алиса… — прошептала она, смотря на меня с глубочайшим сожалением.

— Нет. — возразила я. — Пока не увижу его глаза, верить отказываюсь. — решительно заявила в лицо подруге и дёрнув её за рукав кофты, позвала за собой.

Уже издалека заприметив возле дверей аудитории, окружённую одногруппниками Воронцову, глубоко вздохнула и попыталась успокоить зуд в руках, намеревающихся повыдирать с корнями все её крашеные лохмы.

Расслабься, Акимова!

Не нужно устраивать резню в универе, иначе отчислят…

Не смотри в её сторону и подумай о чём-нибудь хорошем…

Что может меня надолго увлечь?

О! Сколько родинок на спине у Астахова?

Нет. Не пойдёт.

Убить гада охота…

О! Сколько синяков будет на спине Астахова?

Раз — по почкам.

Два — по почкам.

Три — по почк… вот коза драная, эта Лола, сюда прёт со своей змеиной рожей…

Не отвлекаемся! Продолжаем пинать Лёнечку.

Четыре — по хребту.

Пять — меж лопаток.

Шесть — по…

— Как дела, Акимова?

Повезло, Астахов. Ещё сможешь уползти…

— Шуруй отсюда, Воронцова. — с металлом в голосе произнесла Рита. — Пока есть возможность…

— Хлебало закрой, Погодина, и не суйся! — огрызнулась Лола, испепеляя её взглядом.

— Чегооо? — напыжилась Рита и мне пришлось ухватиться за её одежду, чтобы оттащить назад.

Знаем. Проходили. Надо бежать.

— Не надо. — буркнула ей на ухо и повернулась к тупой блонде. — На эмоции вывести не получится. — злостно процедила сквозь зубы я, мысленно таская противницу за волосы.

— Мне это и не нужно! — усмехнулась она, зорко окинув стоявших рядом одногруппников, ожидающих начала шоу. — Достаточно было увидеть твою кислую мину и мне друг стало тебя так жалко, что боюсь, от твоей истерики расстроюсь окончательно…

— Себя пожалей. — стальным голосом, каким учил отшивать придурков Астахов.

— Ну не переживай ты так… — ехидно ответила Воронцова. — Всё к лучшему, Акимова! Как только ты поймёшь, что твой удел — это один из тех отбросов-мужиков из твоей деревни, тем скорее твоя жизнь наладится!

Не успела открыть рот, как рядом угрожающе выдвинула вперёд грудь Рита:

— Избавь нас от своих грязных фантазий, лахудра поганая!

Вокруг послышались изумлённые охи и я нахмурилась. Кулаки уже давно сжаты, а я могу себе позволить только словесную перепалку. Но с такими выпадами, как у Риты, переступим грань раньше, чем думаем.

Устремив на Лолу ненавидящий взгляд, на секунду представила, как она жарко целует губы моего мужчины, и внутри моментально поднялось неистовое бешенство.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Советую вовремя заткнуться, Воронцова, пока я тебе твои утиные губы не сплющила. — пригрозила я, опередив её с громким высказыванием.