Кристина Винсент - Девушки из Монте-Карло

— Сколько же ей лет? — спросила Лора.

— Ты не поверишь — около семидесяти! — воскликнул Терри.

— Не может быть… — изумленно протянула Лора. — А чем она сейчас занимается? Ее больше не снимают?

Терри покачал головой.

— Нет, не снимают. Иногда Вероника поет старые песни в одном баре, но не ради заработка — денег у нее хватает. Просто чтобы напомнить о себе и быть на людях. А большую часть времени она проводит, развлекаясь вот с такими молодыми жиголо, как этот итальянец Карло. Разумеется, много пьет.

Лоре вдруг почему-то стало жаль эту старую актрису, изо всех сил, но безуспешно старающуюся вернуть ушедшую молодость.

— В общем, Лора, прости, что так получилось, — подытожил Терри. — Забудь об этом неприятном эпизоде.

— Я не сержусь на Веронику! — искренне произнесла Лора. — Ведь не хотела же она на самом деле убить меня?

Она просто напилась и не смогла держать себя в руках.

Терри подмигнул и направился на танцевальную площадку, а к Лоре подошел улыбающийся Квентин.

— Ну как ты, очаровательная именинница? — спросил он.

— Все в порядке, — ответила Лора.

Она уже забыла о Веронике, ее мысли снова были заняты недавним разговором с Фицем и будущей поездкой в Нью-Йорк. Неужели все, о чем она так долго мечтала, понемногу начинает сбываться? И как это расценить: как везение или удачно продуманный и выполненный план? Нет, о простой удаче не может быть и речи, ведь она очень много и упорно работает ради достижения своей цели.

— Лора, ты сегодня так и сияешь! — улыбнулся Квентин. — Я давно не видел тебя такой! Это благодаря дню рождения или еще чему-нибудь?

Лора махнула рукой, не желая вдаваться в подробности.

— Мне просто очень хорошо, — ответила она. — И все у меня в жизни замечательно!

Квентин оживился, обнял ее и, наклонившись, прошептал на ухо:

— А как насчет того, чтобы сделать и мне небольшой подарок?

— Ты о чем это? — притворно удивилась Лора.

— Проведи со мной эту незабываемую ночь!

— Квентин, перестань! Сегодня я хочу просто веселиться и наслаждаться обществом моих гостей.

— Ах, Лора, Лора… — шутливо отозвался Квентин. — Ты лишаешь меня последней надежды!

В этот момент из боковой двери Дженифер выкатила сервировочный столик на колесиках. На столике в позе лотоса сидела одна из девушек, работающих в клубе, и держала на вытянутых руках огромный именинный торт с двадцатью одной зажженной свечой. На девушке были лишь две узенькие полоски материи, а тело покрывала фосфоресцирующая краска, и оно светилось в полумраке зала.

От неожиданности все гости на минуту замерли, а потом разразились бурными аплодисментами и восторженными возгласами. Дженифер торжественно подкатила столик к Лоре, девушка, державшая торт, протянула его ей и попросила погасить свечи. Лора набрала в легкие побольше воздуха, дунула, и все свечи разом погасли. Гости снова зааплодировали, пропели недружным хором «Ей сегодня двадцать один» и «С днем рождения!», а Лора, приняв из рук девушки торт, поставила его на стол и, нарезав, стала угощать присутствующих.

Она подала кусок торта Александру Фортескью-Темписту, и между ними завязалась непринужденная беседа. Он с увлечением принялся рассказывать о своих конюшнях, где готовил лошадей для игры в поло, о поместье в Англии, о своем увлечении охотой. Поскольку детство Лоры — счастливое и безмятежное — прошло в сельской местности, она с интересом и удовольствием слушала рассказ Александра.

Вернется ли она когда-нибудь к такой жизни? Вряд ли. Все осталось в прошлом, и обратной дороги нет.

Празднование дня рождения закончилось в четыре часа утра, и гости шумной толпой покидали ночной клуб. Генриетта куда-то исчезла — видимо, поехала отсыпаться к друзьям, а Квентин вызвался проводить Лору и Дженифер до дома. Смеясь и весело переговариваясь, они медленно брели по саду Казино, и вдруг Дженифер, скинув туфли, принялась танцевать вокруг высоченных пальм, обнимая их за толстые стволы, и, как газель, скакать через клумбы. Лора и Квентин шумно аплодировали ей, а она все убыстряла и убыстряла темп. Трое полицейских, патрулирующих сад, недоуменно глядели на нее.

— Джен, перестань! — весело смеясь, воскликнула Лора. — А не то тебя заберут в полицейский участок.

— А разве я нарушаю общественный порядок? — спросила Дженифер, продолжая выделывать немыслимые па.

Она кокетливо взглянула на молодых стражей порядка и улыбнулась им.

— Они мне нравятся! — сообщила она Лоре. — Пусть забирают! Мы весело проведем в участке остаток ночи!

«Какой сегодня грандиозный день! — с восторгом думала Лора, глядя на танцующую Дженифер. — Я должна запомнить его на всю жизнь».

Разумеется, Лора, Дженифер и Квентин не подозревали, что пара внимательных глаз наблюдает за ними из-за кустов. Это Луи Рагги с упоением выполнял поручение Пьера Лежена.

— Ну почему, почему эти чертовы девки так похожи между собой? — с негодованием хрипло шептал он себе под нос. — Их просто невозможно различить!

А ведь Лежен строго приказал ему следить только за одной из них! Но как же отличить их друг от друга? У обеих светлые волосы, они примерно одного роста, с соблазнительными стройными фигурками, при виде которых у Ратти текли слюнки.

— Проклятые шлюхи! — бормотал Ратти, наблюдая, как светловолосая девушка танцует вокруг пальм. — Совсем меня запутали… — Внезапно его лицо исказилось от злобы. — Ладно, подождите еще немного — и скоро вы получите по заслугам. Ждать осталось совсем недолго.

И он, поднеся ладонь к шее, сделал резкий характерный жест, словно перерезал ножом чье-то горло.

Глава 19

После дня рождения Лоры миновала неделя, и с каждым днем Дженифер все больше скучала, чувствуя одиночество и печаль. Она не знала, чем себя занять, подолгу бесцельно слонялась по квартире, много курила и без конца пила кофе. Она снова вернулась в «Диско», надеясь, что работа поможет ей справиться с тоской, но ничего не помогало. Хотелось какой-то другой, необычной жизни, полной увлечений, новых знакомств и, конечно, романов. Джулиус еще не вернулся, но Дженифер о нем почти и не вспоминала. Крутить с ним роман? Об этом ей не хотелось даже думать. Конечно, он снова начал бы ухаживать за ней, баловать, делать подарки, но мысль о том, что рано или поздно он потребует за это весьма определенную плату, приводила Дженифер в смятение.

Она с детства не была приучена анализировать свои поступки и размышлять над событиями, но чисто интуитивно осознавала, что причиной ее длительной хандры стало пребывание в больнице. Там все заботились о ней, спрашивали о здоровье, ежедневно звонили, беспокоились… А теперь?