Джулия Лэндон - Влюбиться в звезду

– Помоги мне выпутаться из этого, Джек. Я не хочу больше быть с Лукасом. Я хочу быть с тобой. Но я хочу закончить все достойно, а мы с тобой поступили нечестно.

Он так много хотел ей сказать; в голове у него бушевало столько мыслей, но ни одной особо толковой, и все они вертелись вокруг любви, отвращения и эмоций, которых он даже не мог правильно определить, эмоций таких сильных, что Джеку казалось, будто он в них захлебывается. Он провел рукой по волосам, потом подбоченился.

– Жизнь не всегда справедлива, Одри. Может быть, мне стоит пойти с тобой, и мы вместе поговорим с ним? – спросил он, думая вслух.

Одри вздохнула:

– Мне просто нужно немного времени, чтобы разобраться со всем этим. Когда мы приедем в Литл-Рок, я поговорю с Лукасом и решу, как лучше закончить это турне, а потом… потом мы с тобой сможем подумать, что нам делать дальше.

Она взглянула на Джека с отчаянной надеждой. Ему не нравилось то, что она предлагает, и он, черт возьми, никак не мог с ней согласиться. Но выбора у него не было. Она и в самом деле оказалась между двух огней.

– Пожалуйста, помоги мне, Джек.

Он проглотил комок горького разочарования, ненавидя себя за то, что вот так отдал ей свое сердце. Следовало доверять своим инстинктам и держаться в стороне.

– Джек, – тихо, умоляюще сказала Одри, шагнула вперед и положила руки ему на плечи. – Я люблю тебя. Я люблю тебя! Но мне нужно завершить то, что так долго строилось. Я пытаюсь порвать с парнем, за которого когда-то собиралась выйти замуж.

Эта мысль заставила Джека передернуться от отвращения, но он снова постарался посмотреть на все глазами Одри и неохотно кивнул.

– В Литл-Роке? – уточнил он.

Она кивнула.

– Провалиться мне на этом месте!

Джек ласково взял ее за подбородок, наклонился, по целовал, но ему казалось, что он целует ее в последний раз и он ничего не мог поделать с этим ощущением.

А потом он вышел из крохотной комнаты и из автобуса, не сказав больше ни слова, боясь того, что может произнести, стоит ему открыть рот.

Джо все еще стоял на том же месте, скрестив на груди руки, и смотрел на толпу, постепенно собиравшуюся у входа в отель в надежде хоть одним глазком увидеть Одри. Заметив Джека, он ухмыльнулся.

– Сказал им, что она еще не вышла, – фыркнул он.

– Отличная работа. Знаешь, зайди в автобус и скажи ей, чтобы пока не высовывалась, – посоветовал Джек. – Я подожду здесь.

Джо послушно шагнул в автобус. Стоя на его месте, наблюдая за толпой и пытаясь справиться с бушующими в голове мыслями, Джек заметил Рича. Тот курил. Джек и не знал, что Рич курит.

А если хорошенько подумать, то из всех людей, принимавших участие в турне, меньше всего он знал как раз о Риче – и теперь задумался, какие еще привычки имеются у коммерческого директора Одри.

Глава 28

Они приехали в Литл-Рок намного раньше, чем предполагала Одри, и это ее окончательно расстроило, потому что она так и не придумала, как расстаться со ставшим чересчур внимательным Лукасом. Поездка была невыносимой – он не оставлял ее ни на минуту и вел себя настолько заботливо, что ей хотелось кричать.

Они прибыли в отель «Пибоди» в три пополудни, машина уже ждала их. Лукас отдал Бруно надувшейся Кортни и открыл дверцу для Одри. Краем глаза она заметила стоявшего в стороне Джека. Тот смотрел на них вместе с дюжиной других людей, собравшихся у отеля и выкрикивавших ее имя. Лукас помогал Одри сесть в автомобиль.

– Почему бы нам просто не пойти в отель? – спросила она.

Лукас завел двигатель и нахмурился:

– Ты что, шутишь? Там невозможно уединиться. Я велел Кортни всех зарегистрировать и подготовить для тебя номер.

– Я не хочу уезжать надолго, – сказала Одри, чувствуя себя полной дурой. – У меня еще полно работы…

– У нас две дюжины служащих, они сами справятся с работой.

– Я имела в виду – поработать над новыми песнями.

– О, кстати! – отозвался Лукас, выруливая со стоянки перед «Пибоди». – Сегодня днем я разговаривал с владельцами фирмы звукозаписи. Они не в восторге от присланных тобой песен.

– Что? – воскликнула Одри. – Да это мои лучшие песни! – Это было камнем преткновения с момента подписания контракта со студией; они хотели больше поп-музыки, а Одри – больше старых баллад.

– Я знаю, – ответил Боннер и понимающе улыбнулся. – И сказал им, что это не обсуждается. Мы немного побеседовали, и я думаю, что теперь можно заключить сделку; мы дадим им чуть больше того, чего они так хотят, а взамен ты добавишь несколько песен, которые тебе нравятся. Я заставил их согласиться, так что мы можем решить все вопросы к обоюдному удовольствию.

– Слава Богу, – успокоилась Одри.

– Ну а теперь скажи мне, – небрежно бросил Лукас, – разве твой любовник сможет вести переговоры с фирмачами?

Одри медленно повернулась, и взглянула на Лукаса не веря своим ушам. Может, представители студии вообще не звонили, или Лукас сам устроил этот кризис, чтобы выглядеть в ее глазах героем?

Он взглянул на нее:

– Ну?

– Я об этом даже и не думала, – произнесла Одри. – Я собиралась сама этим заниматься – для разнообразия.

– Ну, значит, ты будешь единственной суперзвездой, которая сама ведет свои дела, – язвительно хмыкнул Лукас. – У тебя есть коммерческий директор, импресарио, личный администратор. Тебе не кажется, что они существуют не просто ради забавы?

– Я знаю, зачем они мне, Лукас, – ответила Одри, хотя частично солгала. Чтобы избежать конфликтов, она всегда соглашалась, если Боннер считал нужным нанять того или иного человека. – Но я уже готова взять управление собственной карьерой в свои руки.

Лукас неожиданно завернул на стоянку у большого общественного парка.

– Так вот почему ты устроила все это? – спросил он. – Потому что тебе захотелось самой управлять своими делами? Если так, что же ты мне об этом просто не сказала?

– Я говорила!

– Нет, не говорила. Ты пожаловалась разок-другой, но ни разу не подошла ко мне серьезно и не попросила дать тебе возможность позаниматься этим.

– Точно так же и ты не подходил ко мне и не просил дать тебе возможность распоряжаться моими делами. Ты просто начал это делать.

– Я уже сказал – если тебя беспокоит только это, давай все исправим.

– Не все так просто.

– Да ладно, Одри, – презрительно хмыкнул Лукас. – Не нужно перечеркивать всю нашу жизнь только потому, что тебя трахнули.

Он хотел унизить ее, и у него это получалось.

– Господи, Лукас! – с отвращением произнесла Одри, распахнула дверцу машины, выбралась наружу и пошла в парк. Лукас быстро подскочил к ней и схватил за руку.

– Успокойся!

– Я не желаю успокаиваться!