Призрак - Виктория Блэк

меня внезапно слепит свет фонарика, и в эту секунду пуля свистит в нескольких дюймах от моего уха. От неожиданности я вскрикиваю и закрываю голову руками. Резко развернувшись, я задеваю что-то твердое и падаю на живот, пачкаясь в грязи.

Себастьян, найди меня!

Я слышала, что человек не может бесконечно испытывать животный ужас, его организм способен мобилизоваться благодаря всплеску адреналина и начать выискивать пути спасения. Упав на землю, я вспоминаю некоторые моменты из кино. На мне светлые шорты и футболка, их в ночной темноте очень легко увидеть, особенно если светить фонарем.

Мне сейчас не до чистоты, поэтому я принимаюсь кататься по земле, вымазываясь с ног до головы в грязи. Пусть даже громила прикончит меня, зато побрезгует насиловать. Хотя бы от его потного тела я таким образом смогу себя обезопасить. Чертов ублюдок! Желаю тебе гореть в Чистилище!

Себастьян, мне так тебя не хватает… Где же ты?

Слезы на щеках высохли, в голове понемногу прояснилось. Я пробую ползти вперед, а не бежать, чтобы киллер не заметил меня, и радуюсь, когда слышу, что пуля попадает в дерево где-то в стороне. Моя задумка работает! Еще бы найти яму и спрятаться в ней…

Когда свет фонарика скользит по мне, я вжимаюсь в грязь и замираю ровно до того момента, пока пуля не вонзается в землю за моими пятками. Вот же черт! Он обнаружил меня!

Я поднимаюсь на ноги и срываюсь с места до широкого дерева, чтобы спрятаться за ним. Сердце шумит в ушах, я пробую отдышаться и по выстрелам неожиданно понимаю, что стреляют два разных пистолета. Перестрелка. К громким хлопкам примешиваются голоса.

Два голоса. Там два голоса!

Сколько я не вглядываюсь – ничего не вижу, но теперь я отчетливо слышу приглушенные возгласы двух людей. Неужели там Себастьян?

Я не знаю наверняка, но, наверное, мне стоит воспользоваться моментом и бежать без оглядки. Но разве я логичный человек? Нет. В первую очередь я поступаю как велит сердце. Я уверена, что там Себастьян.

Поскальзываясь, я тороплюсь на звуки. Подбежав ближе, я прячусь за деревом и украдкой выглядываю из-за него, пытаясь разобрать в этой тьме, что происходит и на самом ли деле здесь Себастьян.

– Я убью тебя! – грохочет киллер.

– Где она, конченый ты ублюдок? – я отчетливо слышу голос Себастьяна.

Он нашел меня! Нашел! Он услышал мою мольбу.

Они дерутся, катаясь по земле, это слышно по глухим ударам, чавканью земли и сдавленному кряхтению. Я не собираюсь сидеть сложа руки и позволить верзиле победить!

Во мне волной поднимается сумасшедшая ненависть, ярость, а может, мной и вовсе овладевает состояние аффекта – я не знаю, но разбираться в себе буду потом. Я начинаю рыскать на земле что-нибудь, чем можно ударить похитителя.

– Алана, проваливай отсюда! – хрипло требует Себастьян.

Волосы на голове встают дыбом от догадки – киллер душит Себастьяна! Он сейчас убьет его! Я бросаюсь на громилу сверху с кулаками и что есть силы кусаю его за плечо, чтобы хоть как-то помочь любимому. Я просто не могу допустить смерти Себастьяна. Только не это!

– Пошла вон, дрянь! – рычит киллер и отшвыривает меня.

Себастьян успевает перехватить инициативу. Адреналин бурлит во мне, я снова принимаюсь ползать, ища камень или большую ветку, пока не нащупываю что-то гладкое и холодное. Пистолет.

– Алана, уходи! – кричит Себастьян.

Не могу! Не стану! Не хочу! Этот ублюдок получит по заслугам!

С этого расстояния я способна различить их силуэты, поэтому целюсь прямо в голову киллера.

Алана, ты превратишься в убийцу! Прекрати, убегай, прячься! Подумай о своей душе, что с ней станет?

Наплевать! Мы вместе с Себастьяном отправимся в Чистилище!

Мои руки трясутся, я очень боюсь промазать и навредить Себастьяну, поэтому подбираюсь как можно ближе и нажимаю на спусковой крючок. Раздается оглушающий звук, от которого звенит в ушах, отдача мощного выстрела отзывается в руке кратковременной болью, а запах пороха щекочет нос. Мне в лицо летят горячие брызги крови, но я даже не морщусь. Верзила выгибается и мычит – значит, я попала куда-то в спину, а не в голову, как целилась. Я снова пробую выстрелить, несколько раз нажимая на спусковой крючок, но оружие молчит. Отшвырнув пистолет, я отползаю в сторону.

Себастьян набрасывается на киллера сверху и принимается душить его, обхватив рукой горло.

Должно быть, я окончательно перешла на темную сторону, раз мои губы беспрерывно повторяют:

– Убей его! Убей! Убей! Убей! Убей! Убей!

Я не исключаю, что у меня наступила маниакальная фаза биполярного расстройства, поэтому я воспринимаю реальность в искаженном виде, но мне сейчас не стыдно, не страшно, а наоборот – тело пульсирует от сумасшедшей энергии, волны адреналина вибрируют под кожей, и я как будто начинаю понимать, о какой зависимости говорил Себастьян… Мне хочется голыми руками выдрать черное сердце киллера за то, что посмел обращаться со мной, как с грязью на ботинках.

Киллер мычит и лупит руками по земле. Я слышу его предсмертные хрипы и улыбаюсь, видя, как его тело дергается в конвульсиях.

Пусть он сдохнет! Такие твари, как он, не должны жить!

Все, что сейчас кажется неправильным, – время, оно будто специально растягивается до бесконечности, продлевая жизнь этому уроду. Я почти не дышу, ожидая его кончины.

– Ты хотел к сыну, Дерек? Скоро ты встретишься с ним, ублюдок! – зло цедит Себастьян, глухо рычит и наконец-то отпускает обмякшее тело киллера.

Я выдыхаю с облегчением, видя, как верзила мешком валится на землю. Да, я переступила грань, но я не испытываю ни малейшего угрызения совести. Мне до сих пор мерзко от его угроз. Желанное расслабление вырывается потоком слез.

Себастьян подбегает ко мне и крепко прижимает к своему горячему телу. Он гладит меня по голове, успокаивая, как ребенка, и шепчет:

– Все, ангелочек. Все. Все закончилось. Тебе больше ничего не угрожает. Ты поступила правильно, не вини себя ни в чем.

Я обхватываю его руками и вдыхаю любимый запах, ставший таким родным и желанным.

– Я не виню. Не виню. Я боялась, что он убьет тебя. Как мне жить без тебя?

Себастьян еще сильнее сжимает меня и целует в макушку.

– Алана, я думал, сдохну, если не спасу тебя. Это были самые адские минуты в моей жизни. Я еще никогда так дико не боялся, как сегодня, – с дрожью в голосе признается он и выдыхает мне в волосы: – Моя Алана.

Меня переполняют чувства нежности и любви к нему, хочется вот так и сидеть в его объятиях, но жестокая реальность