Призрак - Виктория Блэк

Дуло больно упирается в мою спину и вызывает дрожь. На негнущихся ногах я захожу в комнату и морщусь, когда неуклюже задеваю плечом угол. Я пытаюсь найти взглядом, чем ударить громилу, чтобы сбежать, но из подходящего только компьютерное кресло. Черт! Я реально оцениваю свои шансы: я не успею поднять это тяжеленное кресло и уж тем более замахнуться им. Этим я только рассмешу или разозлю киллера.

– Мило тут у тебя,– ехидно подмечает он.– Рейн на этой кровати тебя трахает? И как давно?

У меня пересыхает в горле, я не знаю, что ответить, поэтому просто молча беру со стола мобильный и трясущейся рукой протягиваю верзиле.

– О, нет. Давай сама. Печатай послание Рейну под диктовку: не пиши мне больше и не приходи.

– З-зачем?

– Пиши! – рявкает он. – Иначе пристрелю прямо тут!

Он снимает пистолет с предохранителя и сильнее вжимает холодное дуло мне в висок, по которому противно стекают капли пота.

– Написала. Себастьян придет с минуты на минуту. Он разберется с тобой!

– Не придет, не надейся, – отмахивается киллер. – Добавь еще для драмы: наша связь – ошибка, ты и сам это знаешь! – верзила театрально коверкает голос. – И вот еще допиши: я люблю другого. Готово? Умничка. Отправляй! – командует он.

– Зачем все это? Себастьян не поверит! – пытаюсь убедить киллера я, нажимая на значок «отправить».

Иисусе! Себастьян же должен понять, что я не могла это написать?! Должен же?

– Поверит. Придет сюда, а тебя нет, – с усмешкой поясняет он, почесывая щетинистую щеку.

– Меня нет? Что вы хотите сделать?

Киллер смеряет меня похотливым, голодным взглядом, задерживаясь на груди и голых ногах. Меня пробирает от омерзения и ненависти.

Я сглатываю ком в горле и пытаюсь задушить панику. Мне нужно быть собранной, но взять себя в руки очень сложно, почти нереально, слезы заполняют глаза, превращая комнату в размытое цветастое пятно.

Себастьян, где ты? Спаси меня!

– Теперь слушай внимательно, крошка. Мы сейчас спустимся на улицу, сядем в мою тачку и прокатимся. Одно неверное движение, и я выбью тебе мозги. Уяснила?

– Д-да.

– Теперь идем.

Зверь

Я прокручиваю в голове сообщение ангелочка: «Не пиши мне больше и не приходи. Наша связь – ошибка, ты и сам это знаешь. Я люблю другого».

Какого другого? Мы оба знаем, что это полная чушь. Да и вообще написано как-то странно. Продолжая держать дельцов на мушке, я открываю приложение и проверяю местонахождение Аланы. Она дома. Звоню ей, убавив громкость динамика. После десяти гудков становится ясно, что она не собирается брать трубку.

– Рейн, твою мать! Ты уснул?! – доносится из наушника голос Оливера.

Я возвращаю внимание на поле и прицеливаюсь. Четыре точных попадания, четыре тела с выбитыми мозгами на влажной земле, но для меня все проходит побочно, на автомате, словно в компьютерной игре. Без запаха и вкуса. Дело сделано, продолжение меня не заботит. Я мигом выползаю из укрытия и, пригнувшись, тороплюсь к байку, брошенному в пятистах футах отсюда.

Я запускаю приложение с записью камеры наблюдения. Мало ли, вдруг ангелочек вышла в магазин, забыв сотовый дома, а то мерзкое, неприятное чувство, что скребет меня изнутри, не имеет оснований.

– Твою мать! А-а-а! – кричу я, видя, как Дерек выводит Алану из квартиры. – Черт! Черт! Черт!

Я луплю по рулю от злости и… дикого страха, осознавая свой промах. Дерек всегда контролирует наши вылазки, сегодня же он сослался на важные дела с боссом относительно переезда и моего ухода. Вот почему он так быстро согласился с моим решением. Он не собирается так просто меня отпускать.

Выходит, Дерек заставил Алану написать сообщение. Для чего? Чтобы я даже не искал ее в случае исчезновения?!

Я набираю номер Дерека и не удивляюсь, когда слышу:

– Абонент, которому вы звоните, недоступен. Пожалуйста, попробуйте позвонить позже.

Ублюдок! Ублюдок! Ублюдок!

Я знаю Дерека шесть гребаных лет и могу со стопроцентной уверенностью сказать, что он задумал. Дерек ненавидит женщин, для него они все – пустоголовое мясо, пригодное только для секса. Он с особой жестокостью, свойственной его натуре, изнасилует Алану и прикончит!

Он убьет мою девочку!

Мысли в голове путаются, я не могу сообразить, куда мчаться и как, черт возьми, мне спасти ее!

Дождь прекратился, а мне как никогда нужны эти холодные капли, а еще ледяной ветер, чтобы мыслить трезво.

Я тупица! Натуральный кретин! Почему я не продумал все варианты развития событий?! Зато сейчас мой мозг выдает один сценарий за другим, и каждый хуже предыдущего, отчего кровь стынет в жилах и волосы встают дыбом.

Сердце в груди бьется диким зверем, руки трясутся. Разум мечется в агонии, тело кажется настоящей тюрьмой, мне не хватает холодной собранности, чтобы понять, как действовать. Ощущение беспомощности доводит до исступления, а глаза наливаются кровью от дикой злости.

Я убью этого ублюдка! Убью!

Неужели Дерек не понимает, что ему не жить, если с головы Аланы хоть волос упадет? Я ведь расправлюсь с ним так, как даже он в своих гребаных фантазиях не способен представить. Он будет очень долго умирать! Я живьем сдеру с него шкуру!

Думай, Себастьян, думай, чертов ты тупица!

Тони и Оливер со мной на задании, и они явно не в курсе, что задумал Дерек. Мне нужен Джим!

– Я не виноват! Я не знал. Он угрожал мне! – тут же принялся оправдываться хакер, как только ответил на звонок.

– Идиот! Почему меня не предупредил?! – ору я в трубку.

– Ты на задании! Я не мог тебе сказать!

– Мог! Клянусь, я прикончу всех вас до единого, если ты не выяснишь, куда он ее увел.

– Не увел, а увез. Я засек его тачку по камерам на сто пятьдесят четвертой автомагистрали. Сам знаешь, на шоссе не ведется съемка. Там только одна дорога, и несложно догадаться, куда он может свернуть, – тараторит Джим.

Я отключаюсь, не дожидаясь продолжения. Мне и так ясно – ублюдок направляется в лес. Тот самый, куда я вывозил Алану впервые. Черт! Тот лес огромен.

Время играет против меня. Даже при максимальной скорости по влажной дороге у меня уйдет полчаса. Твою мать! Я успею! Успею! Дерек еще не добрался до леса, если только он и впрямь едет туда.

Я давлю на газ и сжимаю руль до побелевших костяшек. Байк с гневным рыком срывается с места. Во мне пылает дикая, сумасшедшая ярость, необузданная жажда прикончить того, кто посмел тронуть мое!

Харлей ревет подо мной раненым зверем, желая вырваться из-под контроля, но я не чувствую