Патрик Санчес - Привет, красотка!

— Скажите, на первом этаже есть туалет?

— Есть на втором и третьем.

— Хм-м… Мисс Китти предпочитает собственную ванную комнату. Она, знаете ли, приучена к туалету. Если малышка облюбует один из туалетов, нам с вами придется вместе пользоваться вторым.

— Неужели? — спросила Руби, делая вид, что не слышит сдержанного хихиканья Джереми.

— Можно Мисс Китти на пол? — спросила Сюзетта и отпустила кошку, не дожидаясь позволения Руби. — Что вы об этом думаете, Мисс Китти? — поинтересовалась она, причем, отнюдь не шутливо-снисходительным тоном, каким люди, обычно разговаривают с домашними питомцами. Сюзетта обращалась к Мисс Китти так, словно они были семейной парой из пригорода, осматривающей дома, выставленные на продажу. — Да, да, прелестный диван, — сказала Сюзетта кошке, заинтересовавшейся диваном. — Вам нравится это кресло? И правда, прекрасное кресло.

Руби и Джереми, опешив, наблюдали, как кошка изучает гостиную, медленно обходя комнату, обнюхивая мебель и просовывая голову в самые неожиданные места, словно производя инспекцию. Наконец Мисс Китти добралась до стоявшего в комнате спатифиллума. Обнюхав растение, она раз-другой поскребла лапами по полу, повернулась к цветку задом и, приподняв уши и вытянув хвост палкой, нагадила в горшок.

— Мисс Китти! Нет! — вскричала Сюзетта, но кошка невозмутимо накладывала кучу вокруг несчастного спатифиллума.

— Мисс Китти! Нет! — повторил Джереми, то ли пытаясь прогнать негодяйку от цветка, то ли насмехаясь над владелицей кошки.

— О… Извините меня!

— Это у вас называется «приучена к туалету»? — спросила шокированная Руби.

— Но она действительно ходит в туалет! Уверяю вас, у Мисс Китти прекрасные манеры. Наверное, таким способом она пытается сказать мне, что не хочет сюда переезжать. Ваш дом не подходит Мисс Китти.

— Черт, а Руби так надеялась, что Мисс Китти нагадит во все цветы! — хмыкнул Джереми с другого конца комнаты.

— Пожалуй, мы пойдем, — сказала Сюзетта, подхватывая кошку на руки.

— Да, это будет лучше всего, — произнесла Руби, глядя на Мисс Китти, явно не чувствовавшую за собой никакой вины.

— Сувенир, — поспешно добавил Джереми, подняв с пола горшок. Держа его на отлете, как грязную пеленку, он вручил спатифиллум Сюзетте. Та молча приняла «подарок» и направилась к выходу.

— Господи Иисусе, вот идиотка! — вздохнула Руби, закрыв дверь и вернувшись на диван. — Мисс Китти, что вы об этом думаете? Вам здесь нравится? — передразнила она Сюзетту тонким голоском. — Притащить в мой дом свою мерзкую кошку, чтобы та гадила в горшки с цветами…

— Слушай, а что, если вместо Мисс Кити назвать кошку Мисс Дерьмитти? — смеясь, предложил Джереми.

— Шутка — блеск. Пиши юмористам монологи, — безучастно отозвалась Руби.

— Ну, кто следующий? — поинтересовался Джереми, направившись в кухню за содовой.

— Колин, кажется. По телефону показалась немного болтливой, но в целом ничего. Если под локтем у нее не окажется засидевшейся кошки, то…

В этот момент в дверь постучали.

— Здравствуйте, — сказала Руби, впуская броско одетую темнокожую даму с пышной прической и густым макияжем.

— Привет, я Колин. Я звонила насчет комнаты, — затараторила гостья.

На вид она была не старше Руби, с большой грудью и тонкой талией.

— Да-да, проходите.

— Спасибо. У вас очень красивый дом.

— Благода… — Руби не успела договорить.

— Гораздо красивее, чем дыра, где я живу с моим никчемным муженьком. От которого я, кстати, ухожу.

— О, мне очень жаль… — начала Руби, находя странным, что столь интимную информацию выкладывают первым встречным.

— Почему? Мне вот — ни капельки. Он поганый ублюдок. Не поверите, через что мне довелось пройти по его вине. Обман, мошенничество, воровство — все, что можно придумать. Детка, я такого могу порассказать… Мне кажется, он замышляет сжечь дом прямо со мной — ему нужны деньги по страховке. Бывали дни, когда я боялась за свою жизнь. Вам не случалось с таким сталкиваться?

— А… — начала Руби. Но Колин вновь пустилась в откровения:

— Это ужасно. Как я хочу убраться от него подальше! На этот раз все по-настоящему, пути назад нет. Я и в прошлый раз нипочем бы не вернулась, если бы не соскучилась, понимаешь?

— Да, конечно…

— Признаюсь честно, Рейчел… Ты ведь Рейчел?

— Руби.

— А, да, Руби, — вспомнила Колин. — Я соскучилась не по нему, — добавила она с легкой усмешкой, — а по его члену — самому большому, какой мне попадался. Пенис у мужа огромный. Как прикажете девушке довольствоваться письками среднего размера, если она привыкла к громадному?

— Ну, не знаю…

— Но скажи, разве большой пенис дает ему право обращаться со мной как с дерьмом?

— Кто здесь говорит про большой пенис? — спросил Джереми, возникая на пороге кухни.

— Джереми, это Колин, — сказала Руби, радуясь, что неуемная визитерша хоть ненадолго замолчит.

— Привет, — сказала Колин. — Большой пенис у моего мужа. Он просто прелесть — пенис, естественно, — хотя у мужа, наверное, какое-то кожное заболевание, пенис все время красный, воспаленный, смотреть противно. Всякий раз, когда муж вытаскивал своего дружка, приходилось выключать свет. Но, детка, ощущения райские.

— Как я вас понимаю! — галантно ответил Джереми. — Нет ничего хуже, чем большой воспаленный пенис.

— Вот и я об этом! Мне приходилось мириться с этой чудовищной штукой четыре года. Сумасшествие! Единственно ради его размера. Муженек считает, что его дружок — подарок небес для существ женского пола, и воображает, что может вытворять что хочет без зазрения совести. Клянусь, иной день он даже не причесывается — ему, видите ли, кажется, что это не обязательно. Может несколько дней кряду обходиться без душа. Не работает месяцами. А уж волосы на лобке!.. Видит Бог, у него там заросли! Это просто невозможно, — такая буйная растительность. Настоящий гарлемский глобтроттер[8]. Помните мультик — по утрам в субботу показывают — про путешественника, который выуживает всякую всячину из своей прически?.. Заблудись я в Амазонии, такой муж сошел бы для жизни в чащобе, но вряд ли у меня есть шансы туда попасть. Вот бы он хоть немного походил на голубых ребят вроде вас, — добавила Колин, смерив Джереми взглядом. — Я слышала, что у гомиков на нижнем этаже все чистенько и миленько.

— Чистенько и миленько? — переспросил Джереми.

Руби, не веря ушам, слушала, как в ее гостиной двое бездельников ведут светскую беседу о лобковых волосах.

— Ну да, все подстрижено и расчесано. Мужчинам традиционной ориентации есть чему поучиться у Тутси-милашек.