Развод! Смирись, милый! - Ника Горская
Сажусь на кровати, подтягивая ноги к себе.
— Что ты здесь делаешь? — задаю не самый важный вопрос, но всё лучше, чем гнетущее молчание.
Смотрю на него, на такого родного и одновременно чужого, и не понимаю, как мы пришли к этому.
В какой момент всё начало рушиться?
Перед глазами проносятся наше прошлое. Первый взгляд друг на друга, первая улыбка, первый поцелуй.
Как впервые он заговорил о любви.
Как клялся сделать самой счастливой…
Я помню всё. В мельчайших деталях.
Сейчас всё это кажется глупым. Надуманным. Раздутым моей фантазией.
— Я тебя всю ночь искал, — произносит глухо, игнорируя мой вопрос.
Поворачивает голову в мою сторону, смотрит с упрёком.
Это поднимает волну гнева, гася все остальные эмоции.
Из меня рвётся ядовитый смешок.
— С чего ты решил, что мне интересно, как ты провёл эту ночь? — окидываю его презрительным взглядом.
— Поехали домой. — говорит так, будто не слышит меня вовсе.
— Никуда я не поеду! — выдаю уверенно. — И вообще, какого чёрта ты расселся тут? Проваливай, Градов!
Уверена, что шокирую его своим сопротивлением, потому что ни разу не позволяла себе ничего подобного. Назар привык к другой Вике. Покладистой, кроткой, с восторгом заглядывающей ему в рот.
Придётся отвыкать!
Потому что той Вики больше нет.
И не будет.
— Уйди ради бога. Ты мне с самого утра портишь настроение своим присутствием!
Не успеваю ничего понять, как оказываюсь выдернута из кровати.
Рывок настолько резкий и неожиданный, что я теряю равновесие. Не падаю только потому, что Назар удерживает за руку.
Стоим в критической близости друг от друга.
В тёмных глазах пламя.
— Ты совсем охренела, мать твою?..
Его тяжёлое дыхание, пропитанное гневом, липким отвращением оседает на моей коже.
— Ты моя жена, Вика. — цедит зло. — И лучше тебе не забывать об этом.
За грудиной закручивается смертоносный ураган. Он без разбора смешивает все эмоции в единый коктейль. Там всё. Боль, разочарование, неприязнь, обида и… грёбаная любовь к нему. Будь она проклята.
Растягиваю губы в джокерской улыбке.
Со стороны вероятнее всего выгляжу сумасшедшей, но это меньшее что меня сейчас заботит.
— Какой же ты лицемер, Градов. — поражённо качаю головой. — Боже… почему я была настолько слепа?
— Ты злишься, — говорит этот непробиваемый. — Со временем это пройдёт. Вместе мы всё преодолеем, малыш. Я тебя люблю. Очень сильно люблю.
— Ты знать не знаешь, что такое любовь. — кривлю губы, показывая своё отношение к его признанию. — Так что лучше молчи.
Воздух в номере становится густым и вязким.
Чуть прищурившись, он неотрывно смотрит на меня.
— Как скажешь, милая, — говорит обманчиво мягко, — а сейчас оденься, мы едем домой.
Вспышка агрессии придаёт мне силы.
Я выкручиваюсь, освобождаясь из плена его рук и давящей энергетики.
Мне очень хочется избавится от призраков прошлого. Быстро, безвозвратно и прямо сейчас.
Хочется вычеркнуть его из своей жизни, как будто никогда и не было. Но я понимаю, что это не происходит по щелчку пальцев. Что нужно время. И правильно выбранная стратегия. Продуманная. Выверенная. Как в шахматной партии.
Поэтому я бросаю на него полный ненависти взгляд и молча иду в ванную.
Пока привожу себя в порядок, думаю о том, что спорить и упираться сейчас нет никакого смысла.
Моя импульсивность лишь вредит. Мне.
Нина сказала правду, хоть и звучит она мерзко.
Против Градова действовать нужно иначе.
Холодно и расчётливо, задвинув боль и обиду подальше.
Умом я понимаю что это правильно, а сердце противится.
Усмехаюсь, глядя на своё отражение в зеркале.
Разве я могла когда-то предположить, что наш брак придёт вот к этому?
Точно нет.
Закрываю глаза и размеренно дышу.
Придёт время, когда ты пожалеешь обо всём. Милый…
Глава 9
Назар
— Богдан, — начинаю говорить, как только понимаю, что звонок принят, — есть разговор.
В ожидании ответа, вжимаюсь спиной в кресло.
Рокотов медлит, будто только по интонации моего голоса уже понял, что я от него хочу.
Я не доверяю людям в принципе. И, пожалуй, единственный с кем я мог бы нарушить это стойкое убеждение — Богдан Рокотов. Начальник службы безопасности в принадлежащей мне компании, которая специализируется на предоставлении эксклюзивных транспортных услуг для самых взыскательных клиентов.
Рокотов исполнительный, по большей части молчаливый и совершенно безэмоциональный. Я ценю в нём все эти качества.
— Буду через час. — говорит после слегка затянувшейся паузы и отключается.
Кладу телефон на стол и прикрываю глаза, пытаясь расслабиться.
Во всех сферах моей жизни происходит хаос.
И если рабочие вопросы я непременно улажу, пусть и с некоторыми нюансами, то в личной жизни пока просвета не вижу.
Последнюю неделю Вика не выходит из головы.
Понятия не имею как нужно действовать.
Домой её вернул, а ощущение такое будто она так и осталась в том дешёвом номере отеля, из которого я забрал её семь дней назад.
Блядь!
Дошёл до того, что уже дни считаю.
Нет, я понимаю, что облажался по полной. И не жду быстрого прощения, но накрывает странным ощущением будто она с каждым днём лишь сильнее отдаляется. А я понятия не имею как на это повлиять.
Спит в другой комнате, завтраки как раньше больше не готовит. Вообще старается не пересекаться со мной.
Я не давлю.
Знаю, что нужно время.
Сейчас адекватного диалога не получится.
Она одного не понимает, что давно срослась со мной. Стала неотъемлемой частью моей жизни. Чем-то незаменимым.
Я не кривил душой говоря о любви. По крайней мере именно так я определяю сумасшедшую потребность в ней.
Всю жизнь высмеивал это чувство. Считая глупостью и вымыслом людей склонных к романтике.
Так было до того, как я встретил Вику.
Девушку, которая когда-то одним взглядом покорила меня.
Облокачиваюсь на стол и сжимаю тяжёлую голову руками.
Херово на душе. До зубового скрежета.
Меня рвёт на части. Растягивает в разные стороны.
Совершенно противоположные.
С одной стороны Вика, с другой — сын.
Я всегда хотел ребёнка. Но хотел его от жены.
С Инной уже давно ничего не хотел. Сам себе объяснить не могу какого чёрта я тогда снова с ней связался. Знал, что ничем хорошим это не закончится и один хер встрял…
Минутная слабость в итоге оказалась… с последствиями.
Знаю, что мудак конченный, но уже ничего не изменить.
Помню, как меня прибило новостью о беременности.
Единственное о чём я тогда мог думать это Вика.
Расшатало меня в тот момент нехило.
При этом я не допускал мысли, что мог отказаться
