Рыжуля АлиШа - всех злодеев крыШа! - Мира Цветова

наши друзья ещё долго вспоминали твою песню.

Малая прям светится от счастья!

— Ну чичас будет флягер.

— Может, шлягер? — уточняю на всякий случай.

— Нет, флягер, — отвечает малая. — Как говолит тётя Гуля, это песня, от котолой фляга свестит!

— Вот это отличная тема, — хлопаю малую по плечу.

Если бы знал раньше, что у меня есть такая бойкая дочурка, мы бы с ней горы свернули, у нас бы весь город ходил по струнке!

Оглядываюсь, вижу испуганную Вику.

— Не бойся, — говорю ей, — тебя никто не тронет, к Алисе тоже никого не подпущу, можешь присесть пока за стол, заказать себе бизнес-ланч, правда, его вряд ли принесут.

— Потому что все будут наслаждаться песней, — добавляет малая.

И тут же затягивает песню на знакомый мотив.

— Злодейская д-о-очь, живительный ку-у-усь, здесь чалы и месть, колготок не счесть, защипает вас кусь!

Люди Батыя даже застывают от удивления, переглядываются растерянно, а мерзавец кричит им:

— Да не стойте вы, хватайте Громова, не дайте им заболтать вас!

Но охранники ничего не успевают сделать.

Я вырубаю одного, второго, бережно усаживаю их за ближайший стол, смотрю, что третий уже бежит к Алисе, ставлю ему подножку, тоже отправляю сначала в беспамятство, а потом за стол к другим охранникам.

Малая продолжает петь, но при этом прячется за колонной.

Я же смотрю на Батыя.

— Зря ты полез на детсадовских, старик, мой тебе совет, надень на себя колготы и сдайся, тогда будет не так позорно.

Но мерзавец не намерен сдаваться.

Рычит в ярости, приказывает оставшимся людям:

— Задержите их!

Сам бросается на кухню.

Вот же глупый, сюда едет подмога, и у Батыя не получится сбежать.

— Лучше бы остался песню послушать, хорошая же!

Оставшиеся люди бросаются ко мне.

Я вырубаю одного, другого… а последние двое пробегают мимо, несутся в сторону выхода.

— Мама, — кричит малая, — оливки!

Оборачиваюсь, вижу, что Вика, присевшая за крайний стол, кидает под ноги мерзавцам бутылку с оливковым маслом, которые здесь на каждом столе, бедняги, не заметив его, поскальзываются и падают на пол.

— Умно, — говорю я, — где подсмотрела?

— В пеледаче кулиналной, — с гордостью отвечает малая, — там один мальчик тоже плолил, а ведущий поскользнулся и потом очень гломко вспоминал пло маму это мальчика.

Я киваю уважительно.

— Хорошая, наверное, передача, надо будет посмотреть.

Проверяю, что все люди Батыя без сознания.

Протягиваю руку малой, зову с собой Вику.

— Идём на кухню, посмотрим, как там проводит время наш Батый.

— А лазве не сбежал? — удивляется малая.

— Он отсюда не сбежит. Перед тем, как приехать сюда, я позвал на подмогу друзей. Именно поэтому я даже раздумывать над предложением Батыя не стал, заранее знал, что ему ничего не светит. Мои друзья окружили ресторан, как только мы вошли, и никого отсюда не выпустят. Кстати…

Улыбаюсь малой.

— У моих друзей тоже есть дочери, те ещё бандитки. Уверен, что вы обязательно подружитесь.

Девчуля так и светится от счастья.

А я чувствую внутри что-то странное, незнакомое, но очень тёплое.

Может, это и есть отцовские чувства?

— Погодите, — говорит малая, когда мы проходим мимо стола с Батыем, — надо кое-что заблать.

Она забирается под стол, достаёт оттуда книгу с должниками Батыя.

— Это мы себе возьмём, — говорит малая, держа книгу под мышкой, — а то вдлуг в этой книге моё фото на документах неудачное, все будут смотлеть и смеяться!

— Уверен, у тебя там шикарное фото, — заверяю малую, — но ты молодец, что забрала эту книгу, мы её уничтожим, но сначала используем как улику, когда будем наказывать Батыя.

Алиса кивает, добавляет:

— Плозвище Батый ему плохо подходит, Балбес намного лучше!

— Согласен, — усмехаюсь, — именно так его теперь и будем называть.

Слышу на кухне какие-то крики, спешу туда.

Вижу необычную картину, в углу стоит сам Батый, а его окружают три маленьких девочки, рядом с которыми стоят мои друзья и коллеги по бизнесу, Злобнев, Безруков и Смирнов.

А их дочери, Таня, Геля и Анюта, заставляет беднягу Батыя попробовать их «коронные» блюда с кухни.

У одной в руке луковые кольца, украшенные листиком салата, у другой какой-то заветренный холодец, а у третьей… попки от огурцов!

— Оставьте меня в покое, — грозно рычит Батый, но ничего не может сделать девочкам, — уберите этот ужас, я не собираюсь его есть!

Вперёд выходит Танюша с луковыми кольцами.

— Ешь, ты должен наблаться сил пелед тем, как мы устлоим доплос.

Но Батый лишь мотает головой.

Тогда Алиса обращается к девочкам:

— Может, туда добавить майонеза, с ним всё вкуснее, даже последний хлен без соли… так говолит тётя Гуля.

Я молча ху…дею со слов малой, а девочки поворачиваются, как по команде, и расплываются в улыбке.

— А тебя как зовут?

— А в какой детский сад ты ходишь?

— А кусь не боишься? Будешь в нашей банде?

Похоже, сегодня у Алисы появились подружки.

И я рад, что она отлично влилась в компанию девчонок, у Злобнева и остальных замечательные дочки.

Пока наши люди зачищают ресторан, отдаю книгу должников Батыю, а сам вывожу девочек на улицу.

— Мам, можно я немножко поболтаю с девочками, — робко спрашивает Алиса, — они обещали научить гадать на осужденого…

— Может, на суженого? — усмехаюсь я.

— Ой, да… суженого. Ну что, можно мам?

— Хорошо, — вздыхает Вика, — только недолго. И будь рядом.

Малая светится от счастья, бежит к остальным бандиткам.

— Наконец она нашла друзей, — улыбается Вика, глядя, как Алиса беззаботно болтает с девчонками. — В садике из-за её боевого характера с друзьями были проблемы.

— Теперь таких проблем больше не будет. Вик…

Я, не в силах сдержать эмоций, беру бывшую за руку.

Она немного вздрагивает, но руку не освобождает.

— Всё, что тебе сказал про меня дядя, это ложь. Да, пять лет назад я был отчаянным бандитом, но никогда я не был монстром. И точно бы не навредил тебе и своей дочери. Мне искренне жаль, что тогда всё так закончилось… мне сказали, что ты разлюбила меня, что нашла себе другого, по статусу, жениха. Я был готов ради тебя горы свернуть, был готов отбить тебя у любого, но потом… получил от тебя письмо, где