Реши это - Мэри Калмз

– Отлично, спасибо, – ответил он, пристально глядя на меня, что немного нервировало.

– Окей, – сказал я, прищурившись на него, и отступил назад.

– Мистер Барнс.

Остановившись, я повернулся, чтобы посмотреть на мистера Кокса.

– Как вы узнали, что я чувствую вину за то, что не делаю больше для Ника?

– Я просто уловил это в вашем голосе, когда мы разговаривали, – объяснил я, пожав плечами. – И послушайте, мне жаль, что я вел себя как мудак, – его глаза стали большими, и я поморщился, потому что да, я и отсутствие фильтра - не всегда хорошо для взаимодействия с клиентами, протокола и всего такого. Именно поэтому я больше не был копом. Высказывая свое мнение правдиво, в некоторых ситуациях людям, стоящим выше по пищевой цепочке, можно нарваться на неприятности. К тому же, я и протокол - это всегда было бомбой замедленного действия. – Я просто... я думаю, мы все забываем проверять людей, и я такой же паршивец в этом плане, как и все остальные. Так что да, простите, если я показался вам святее, чем вы.

Его губы растянулись, когда он уставился на меня.

– Я должен лучше понимать, когда нужно заткнуться.

Он медленно кивнул.

– Все так делают.

Я ухмыльнулся ему.

– Согласен, – сказал я и направился к выходу из комнаты.

– Мистер Барнс, – позвал он, останавливая меня, когда встал, застегнул пиджак и поправил манжеты рубашки, а затем поправил галстук. – Пожалуйста, останьтесь.

Я взглянул на Джареда, а затем снова на Кокса.

– Сэр?

Кокс снова повернулся к моему боссу.

– Мне нужно, чтобы он поехал домой и собрал чемодан, потому что именно его я хочу видеть в Санта-Барбаре с Ником Мэдисоном.

– Подождите, – потребовал я.

– И почему же? – спросил Джаред, тоже вставая.

– Мне нужен кто-то наблюдательный и умеющий читать людей, кто-то конфликтный и боевой, кто не отступит, но и тот, кто после некоторого времени и раздумий сможет пойти на компромисс.

– Подождите, – повторил я.

– Остальные ваши люди, включая мистера Джеймса, кажутся ужасно квалифицированными, но мистер Барнс - разрушитель, а это то, что мне нужно.

– Простите, как вы меня только что назвали?

Джаред хихикнул и кивнул, а я снова повернулся к Коксу.

– Вы сердитесь, мистер Барнс? – подначивал он меня.

– Я ни хрена не рад, – прорычал я, даже не заботясь о том, что я выругался.

– Хорошо, – сказал он, улыбаясь мне. – Идите и вымещайте злобу на Нике Мэдисоне.

– Я понятия не имею, что сейчас происходит, – сказал я Джареду.

– Ты едешь в Калифорнию, – сказал он, ухмыляясь. – Именно это и происходит.

– Но у меня есть дело с Купером и мафиози...

– Я тебя подменю.

– Да, но...

– Все в порядке, – заверил меня Джаред, и на этом все закончилось.

Ехидная ухмылка Шоу была лишь вишенкой на торте моего дня.

Часть 2

Элла, конечно же, получила работу, и, поскольку мне нужно было уезжать, она осталась у меня кормить рыбок до моего возвращения.

– Я прослежу, чтобы твои малыши были живы и здоровы, когда ты вернешься через шесть месяцев, – весело сказала она, чувствуя себя как дома в моей уютной квартире.

– Через четыре месяца, – поправил я ее ворчливо. – Возможно, меньше.

Она фыркнула.

– Рок-звезда с проблемами с наркотиками? Да ладно. Тебе повезет, если ты вернешься сюда через восемь. Тебе нужно найти кого-то, кто возьмет на себя ответственность до твоего отъезда.

Но Torus не занимался долгосрочными проектами, мы занимались краткосрочными.

– Он должен быть в хорошей форме, прежде чем ты его оставишь, – напомнил мне Джаред по пути к выходу.

Я и раньше считал, что у меня плохое настроение, но посадка в самолет на следующее утро вывела меня на новый уровень ярости.

Дом Ника Мэдисона находился в районе Мишн Крик в Санта-Барбаре. Это был не самый дорогой район - Верхний Ист, - но дом за четыре с половиной миллиона долларов - это не то, что я когда-либо буду иметь в своей жизни. Что было приятно в расположении дома на Мишн-Каньон-роуд, так это то, что поскольку район был более старым - дом Ника был построен в 1963 году, - участки были большими, что позволяло легко достичь уединения благодаря естественному барьеру из деревьев. Так много чертовых деревьев. Как будто едешь по лесу, и когда случайно видишь дом, это становится сюрпризом.

Дом Ника, построенный из красного калифорнийского дерева, стоял в стороне от главной дороги, хорошо затененный растительным пологом, и я подумал, пока такси подвозило меня, что соседи были бы еще больше благодарны за уединение и пространство между домами, если бы знали об уровне децибел музыки. Меня ужаснуло отсутствие охраны: ворота были распахнуты настежь, а камера слежения, насколько я мог судить, не работала. По обеим сторонам длинной дороги стояли машины, что превращало приезд и отъезд в сущий кошмар, а теперь я столкнулся с открытой входной дверью, в которую то и дело входили и выходили люди. Таксист помог мне вытащить из багажника сумку с одеждой, чемодан и вещмешок, а затем повернулся и посмотрел на меня, прищурившись.

– Вы уверены, что не хотите, чтобы я отвез вас в отель? – сказал он, оглядывая смеющихся и спотыкающихся, пьющих и курящих людей. – Я знаю много хороших отелей.

Это было любезно. Мы немного поговорили, и даже за это короткое время он понял, что вся эта пьяная дебоширская атмосфера - не про меня. Кроме того, я был одет не так, как все присутствующие. Я был в своем черном костюме от Hugo Boss, белой рубашке и оксфордах красного цвета. Я пытался произвести хорошее первое впечатление, но понял, что мне следовало бы надеть джинсы и хенли, поскольку одному Богу известно, кого мне придется выгнать из дома.

– Я в порядке, – сказал я ему, отдавая наличные за поездку из аэропорта и двадцатидолларовые чаевые. – Напомните мне, травка здесь легальна?

Он кивнул.

– Да. И вы будете чувствовать ее запах, куда бы вы ни пошли. У нас тут много ферм, виноделы с ума сходят.

– Ну да, я так и думал.

После