Я тебе больно (СИ) - Чарли Маар

и устало провожу ладонью по волосам, перебирая в голове имена тех, кого в первую очередь хотел бы проверить.

— Марсель Рустамович?

Поднимаю взгляд на тихий голос. В дверях стоит Асти с кофе в руках.

— Ваш кофе.

— Я не просил кофе. И это не входит в твои обязанности.

От моего тона девчонка теряется, зрачки начинают хаотично метаться по кабинету, будто она не знает, что сказать.

— Но ваш брат… Он сказал, что вы просили принести кофе, — поясняет дрожащим голосом.

Бля. Вот мудло неугомонное.

— Ладно. Поставь сюда, — указываю ручкой на стол и наблюдаю, как Асти начинает неторопливо идти по офису, плавно раскачивая бёдрами.

Глава 8

Асти

И почему он так смотрит?

Не знаю, как мне удаётся донести кофе до стола, не пролив ни капли, потому что под этим льдисто-голубым взглядом, трудно даже просто идти.

По какой-то причине мне кажется, будто я втянута в какую-то странную игру между этими двумя братьями. Название этой игры мне пока неизвестно.

"Что значит, пока, Асти? Лучше пусть вообще тебе не будет известно, что там за игра. И не страдай паранойей!"

Ставлю кофе на стол и тут же резко выпрямляюсь.

Марсель Рустамович всё это время пристально смотрит, откинувшись на спинку кресла.

Надо что-то сказать или нет? Господи, как это напрягает. Я не первый раз устраиваюсь на работу к богатому и власьному человеку, но впервые он производит на меня настолько сильное впечатление.

Словно я должна спрашивать разрешения даже на самые элементарные действия.

— Я не знала, какой вы пьёте. Ваш брат сказал, что чёрный без сахара.

Нет ответа.

Я поджимаю губы.

— Ну… я пойду?

— Почему Асти?

Вопрос застает меня врасплох. Нет, меня, конечно, часто спрашивают, почему, но я просто не ожидала, что это заинтересует его…

— Эмм… Мне не нравится моё имя.

Марсель Рустамович выгибает бровь.

— А что не так с твоим именем?

— Просто не нравится, — пожимаю плечами. — Есть веская причина.

Разумеется, я не собираюсь рассказывать, что именно за причина, и про своего отца алкоголика с замашками садиста. Вряд ли это будет ему интересно.

— А почему не изменишь имя в документах?

— Слишком много мороки.

— Ясно, — кивает Багримов и будто бы резко теряет ко мне интерес, опускает взгляд в какие-то документы на столе и взмахивает рукой. — Можешь быть свободна, если нет никаких вопросов.

— Да. Хорошо. Амм… Та девушка, Аля. Она была оператором ресепшена до меня. Она сказала, что передаст мне необходимую информацию и будет инструктировать в течение двух недель прежде, чем уйти. После этого меня возьмут в основной штат?

Голубые глаза вновь упираются в меня, и почему-то обводят целиком всё тело.

— Если хорошо себя проявишь, — отвечает Багримов. — Это всё?

— Да-да, извините. Спасибо большое.

Чувствую себя навязчивой идиоткой, которая посмела отвлечь человека от важных дел. Прикусив губу и приложив к горящим щекам ладони, выхожу из кабинета и на каменных ногах направляюсь к своему рабочему месту.

Не надо было ни о чём спрашивать. Меня и так сюда непонятно почему устроили. Я ещё со своими вопросами дурацкими. Как будто не знаю, как проходит испытательный срок.

— А, вот ты где. Я тебя уже потеряла, — к стойке ресепшена подбегает Аля с кучей папок в руках.

— Да я относила кофе для босса. Попросили.

— Ну неважно, — Аля взмахивает рукой, затем ладонью шлепает по стопке папок. — Это все наши партнёры и важные детали о них. Твоей задачей будет постоянно отвечать на звонки. На очень-очень много звонков. И нужно будет правильно отсортировывать важность этих звонков и перенаправлять на линии. В общем, в целом ничего сложного, если изучить вот это всё. Работала по таким схемам?

— Десятки раз, — киваю, уже морально готовясь к тому, что придётся потратить не одну ночь на изучение данных материалов.

— Вот и отлично. Надеюсь, ты подойдёшь, а то предыдущих трёх не взяли в основной штат. Я так никогда не уйду, — тяжело вздыхает Аля.

— Неужели так трудно?

— Большая нагрузка. Много вреурочки. Не все вывозят. Здесь, детка, тебе придётся, можно сказать, жить. Когда ты только для себя живёшь это не такая проблема, но я выхожу замуж, — Аля показывает обручальное кольцо на пальце. — И мы планируем ребёнка. Решила оставить эту должность и какое-то время посидеть на шее у своего мужика. И те, кто пытались на место пробиться, в основном тоже имели семьи. Ну в общем, то больничный, то семейные обстоятельства. Багримова такое не устраивает. Он хочет, чтобы ты была замужем за этим местом.

Не удивлена, ведь Дина часто приходит с работы очень поздно. И по выходным её вытягивают. Как неоднократно высказывалась моя соседка — нужно быть Халком, чтобы работать в БагримрвСпортСтрой.

— У меня есть только я. И мы готовы пахать как лошадь.

— Только больше никому такое не говори. Иначе на тебе будут пахать все остальные, — хмыкает Аля.

Нет, конечно, про лошадь, это я поторопилась. Не нужно было так громко кричать о том, о чем пока имеешь довольно слабое представление. К вечеру я чувствую себя как выжатый лимон, пропущенный через мясорубку. Ноги отваливаются, эмоции сдулись и посерели, а из самых очевидных желаний — выбросить все гаджеты, запереться в каком-нибудь безлюдном помещении и не разговаривать как минимум неделю.

И как после такой нагрузки Дина ещё готовила? Может, у неё, конечно, другие обязанности. Но по моим наблюдениям, в офисе никто ни секунды не сидит без дела. Здесь постоянная суета и паника.

Господи, ещё и домой добираться с пересадками.

Выхожу на улицу, с недовольством гляну на небо, которое приветствует меня раскатом грома. Только дождя не хватало.

Вздохнув, плетусь к остановке, почти успеваю сесть в нужный автобус, когда не плечи падают первые холодные капли, а следом за каплями раздаётся сигнал мобильного в сумке.

Достаю телефон и читаю смс.

"Дочка, папа в больнице. Его сильно избили".

ДЕВОЧКИ, У МЕНЯ В БЛОГЕ АКЦИЯ ОДИН ПЛЮС ОДИН. КУПИ КНИГУ ЗА 49 И ПОЛУЧИ ЛЮБУЮ В ПОДАРОК

Глава 9

Асти

— Мам, рассказывай, что случилось? — захожу домой промокшая до нитки и, не разуваясь, плюхаюсь на пуфик, тут же набираю матери.

— Настя, беда с папой. Он в больнице, без сознания. Состояние крайне тяжёлое! Его избили за долги. Все внутренние органы отбили, — всхлипывает в трубку. — Врачи говорят, что шансов мало. Доченька, помоги! Денег нет. Тут ещё какие-то лекарства платные и операция тоже!

Зажимаю пальцами переносицу и стараюсь не застонать вслух.

Сколько прошло времени, как