Вакансия: муж. И все очень прилично - Ольга Николаева

открыта… – Ляпнул первое, что в голову пришло. Листовка о наборе санитаров висела прямо перед носом.

– Тебе нужна работа?

– Очень… – Прикинулся несчастным и убитым. Похоже, только так с Миланой и можно – давить на жалость. Тогда, глядишь, не выгонит.

Феечка скрипнула зубами. Жалость и ненависть, очевидно, внутри нее сражались не на жизнь, а насмерть. Выиграл кто-то один, судя по короткому вздоху. У меня аж загривок зачесался от желания быстрее узнать – возьмет на работу или зашибет меня, нафиг? Здесь-то скальпели, по-любому, найдутся быстро.

– У меня есть другое предложение.

– Серьезно? Какое? – В голове пронеслись варианты, где можно провести свидание. И все, что за ним должно произойти…

– Мужем моим поработаешь?

– Мужем? – Вот это хватка у девчонки! Вот это я понимаю – подход к вопросу!

– Да. Ненастоящим. Ничего неприличного. Только бизнес.

– Кхм… Это нужно, конечно же, обдумать и обсудить…

Зеленые глаза, и без того яркие, теперь полыхали настоящим огнем. Феечка или ведьмочка?

Какая разница, к лешему?

Хоть прямо сейчас бери и соглашайся. Зря я, что ли, два дня за ней следом гонялся?

– А что тут обсуждать, я не понимаю? – Милана покосилась недовольно в сторону новоприбывшего клиента. Губы поджала. Но тот поздоровался и свинтил куда-то дальше по своим очень важным делам.

– Так че почем, я ж не знаю… Вдруг, ты меня будешь того… – Я пожал плечами. А сам подбирал слова поцензурнее. В голову лезли только неприличные. И те, для которых жениться совсем необязательно.

– Чего «того»? Ты и так уже того, Иван Иваныч. Дальше некуда. Хуже не будет, не беспокойся.

Язвительная ухмылка, отчего-то, совсем ее не испортила. Да и как можно испортить такие пухлые губы? С ними как ни извращайся, хоть внутрь втяни, хоть выстави трубочкой – все равно, манят и манят…

– И чего ты ржешь, не понимаю? Что я сказала такого? – Милана внезапно обиделась.

– А ты можешь губы трубочкой вытянуть? – Раз уж не выдержал, усмехнулся, представляя такие гримасы, можно и проверить на деле.

–Что?!! – Милый ротик изобразил букву «о» в изумленном возмущении.

– Нет, не так. Но очень похоже на то, о чем я просил.

– Господи, вот же идиот. – Она поспешно схватила какую-то папку. Вверх ногами. Но стала что-то там усиленно изучать. Погрузилась в работу, короче.

– А что тебе, сложно? Ты мне такое предложение делаешь, я должен же как-то изучить кандидатуру в жены.

Милана упорно смотрела вниз. Даже бумажки типа листала. Интересно, уже поняла, что все буквы перевернутые?

– Смотри, так будет удобнее. – Забрал эту папку, повернул как надо, вложил ей в белы рученьки.

Пальцы случайно соприкоснулись – феечка дернулась, как будто ее обожгло. Документы разлетелись по сторонам. Помог, блин, называется…

– Уходи. Я думала, ты сразу испугаешься и сбежишь. Это была шутка.

Расстроилась. С таким лицом только в покер играть, на раздевание – мигом останешься голышом, слишком хорошо все эмоции прописаны.

Вот я дебил. Пришел охмурять мечту всей жизни…

– Да у меня дома есть пара губозакаточных машинок. Хотел посмотреть – подойдут тебе по размеру, или надо новые приобрести…

Заткнуться бы. Или извиниться. А вместо этого – сплошные мечты о сладких губках. Как-то не очень сложилось свидание. Впервые в моей жизни, кстати. Раньше таких обломов не случалось.

– Я же попросила: уходи и не возвращайся.

– Как это «уходи»? Я же хотел устроиться санитаром. Какие условия? Берешь, нет? Или надо к кому-то другому идти?

Она плюнула на свои бумажки. Хорошо хоть, не выкинула в урну : это ж чья-то история болезни, анализы, диагнозы, наверняка, потом бы пожалела.

– Послушай, Иван Иванович. Если тебе реально нужны деньги и работа, то здесь лишь один вариант: притвориться моим мужем. Все. Из тебя не выйдет санитар.

– Это отчего же? Обижаешь очень… – Я уже висел над стойкой, забыв, что хотел снять куртку. Еще немного – и перелез бы. И уйти отсюда мог бы только на прицепе от бульдозера.

– Ты самого здорового человека в гроб загонишь. А нам нужна статистика выздоровлений. Так что иди уже, Иван Иванович. Там недалеко есть ритуальная контора, лучше туда загляни.

– Ладно, рассказывай. Что там делать нужно, чтобы ты стала моей женой. И зачем тебе муж -потенциальный гробовщик?

– Мужем становиться не обязательно. Побудешь кандидатом.

– Оп-па-па? Уже снижаем ставки, что ли? А я думал метнуться за паспортом, потом сразу в ЗАГС…

– У меня мало времени, Иван Иванович. Не перебивай. Сейчас пойдут посетители пачками, уже не поговоришь спокойно.

– Хорошо. Молчу. Записываю. Киваю. Все? – Нашел привязанную пружинкой ручку, какую-то рекламку. – Я готов. Вещай.

– Мне нужен как раз такой придурок. Отлично впишешься.

– Во что? В дверной проем?

– В ситуацию.

– Да в какую, можешь уже сказать нормально-то?

Мастерица интриги, однако. Чем дальше, тем обиднее становилось. И забавнее. И все больше хотелось попасть на эту дурацкую работу.

– Мне тут уже сватают… одного…

Японский бог! Вот оно в чем дело! Хотя, подождите…

– И что? Тебе одного мало?

Милана потупилась. И даже, кажется, смутилась…

– Мне нужно отделаться от него, понимаешь?

– Так нахрен пошли, в чем проблема? – Вот эта вечная женская беда всегда измуляла. Она типа не хочет, но уйти не может. И вообще, вся такая страдалица.

– Я тебя третий день посылаю. Ушел?

– Уела.

Значит, конкурент. Настоящий. Такой же настырный, как я. Это даже еще интереснее.

– Только вопрос, Милан. И не обижайся.

– Спрашивай.

– Ты с ним тоже целовалась, когда посылала-то?

Дзыннннннь! В ушах зазвенело. Тяжелая у феечки рука, однако. И точная. Хорошо так по морде заехала. Но ни губы, ни нос не задела.

– Ты ж моя темпераментная! Дай, пожалею. – Поймал ее ладошку, мигом покрасневшую от удара. Поцеловал в самый центр, подул. – Тебе ж, наверное, сейчас больнее, чем мне?

– Не нужно тут из меня делать не пойми кого! – Она еще сердилась, но пальчики свои не отнимала почему-то… Опомнилась. Забрала. Спрятала руку в карман халатика.

– Ладно. Не буду. – Кто ж захочет еще раз схлопотать по роже? Надо сначала убедиться, что у нее все занято, а потом вопросы задавать. – Так, и что там, с тем женихом?

– Ну… Я еще до конца не придумала. Все спонтанно очень вышло…

– Ага. Ты нас покажешь друг другу и скажешь: «бейтесь»? Я так понимаю? А потом того, кто выживет, сама пристрелишь?

– Ты победишь. Потом получишь деньги.

– И все?

– И все.

– Убивать кого-то – это очень дорого. Чуть-чуть дороже, чем работа санитаров. Ты в курсе?

– Вот! Вот мне такое и надо!

Чему-то так обрадовалась… Дороговизне киллера, что ли?