Кэтрин Беллами - Смешанная пара

– Значит, это вы… – вытаращился на него Эйс.

– Да, – вздохнул старик. – У нас с женой детей не было, – разумеется, это не может служить мне оправданием… Но Лоретта был чертовски хороша собой! И я не смог устоять…

– Вы отец Терезы? – уточнил Эйс.

– Да. Так сказала мне Лоретта. Но она не хотела оставлять ребенка…

– В это я готов поверить, – Эйс хмуро усмехнулся.

– Не смейте так говорить о своей матери, молодой человек! – упрекнул его Джон. – Она была молода и страшно напугана: тридцать пять лет тому назад отношение к незамужним молодым мамам было иным! Я поговорил с женой, и мы решили оставить ребенка у себя.

По его тяжелому вздоху Эйс догадался, сколько горя выпало на долю этого человека, принявшего нелегкое решение, и сколько ему пришлось выслушать упреков.

– Лоретта легла в роддом под фамилией моей супруги, так что девочка официально получила свидетельство о рождении, в котором мы значились ее родителями, – продолжал он. – Потом мы переехали во Флориду, к родственникам моей жены, а Лоретта осталась жить в Нью-Йорке.

– Вы виделись с ней после этого? – хрипло спросил Эйс, не решаясь задать главный вопрос: не является ли Джон и его отцом?

– Несколько лет я посылал ей деньги, письма и фотографии Терезы. Тайком от жены, разумеется, – та ведь и слышать о ней не желала! Но я считал, что мать имеет право знать, как живется ее дочке. И вот однажды Лоретта сама объявилась у меня на работе – это было для меня как снег на голову! Вам, юноша, уже исполнился год к тому времени, и вы как две капли воды были похожи со своей сестрой, единоутробной, конечно же.

Эйс вновь вспомнил слова Лоретты, записанные на кассете.

– Она сказала вам, кто мой отец? – не выдержал Эйс.

– Увы, нет! – покачал головой Джон Чапмен. – Я спрашивал, но она лишь рассмеялась в ответ и намекнула, что это женатый человек. Пожалуй, ему о вас вообще ничего неизвестно: она исчезла из его поля зрения, не сказав, что забеременела.

– Это вполне в ее духе, – мрачно заметил Эйс. – Видимо, жена этого мужчины была не столь мягкосердечна, как ваша. Иначе она повесила бы меня ей на шею.

– Прекрати плохо отзываться о матери, мальчишка! – резко одернул его старик. – Уж если на то пошло, то знай: Лоретта говорила мне, что хотела отдать тебя кому-нибудь на воспитание, но не смогла решиться расстаться с еще одним ребенком. Она была доброй женщиной и чересчур любвеобильной, к сожалению…

– Может быть, точнее сказать – распутной? – съязвил Эйс.

– Не нужно выискивать соринку в чужом глазу, когда в своем бревно! – парировал старик. – Кто из нас безгрешен? Если хотя бы половина того, что я читал о тебе в газетах, правда, ты не имеешь никакого права упрекать мать!

Эйс пожал плечами: конечно, он не ангел, однако и не отец внебрачных детей.

– Я слышал, Лоретта села на иглу? – спросил Джон.

– Да, она кололась героином, – подтвердил Эйс.

– Почему же ты не помог ей избавиться от дурной привычки?

– Послушайте, не много ли вы от меня хотите? – всплеснул руками Эйс. – Мне было всего восемь лет в то время!

– Я не о том периоде, – поморщился старик. – Разумеется, ты не мог ей помочь в детстве. Но ведь позже, когда стал взрослым, ты мог и должен был это сделать! Например, положить в клинику…

Эйсу нечего было ему ответить, такая мысль даже не приходила ему в голову. Когда ему исполнилось четырнадцать лет, он мечтал лишь об одном – навсегда выбраться из трущоб!

– Не могли бы вы рассказать мне о Терезе? – наконец нарушил он молчание. – Мы с ней встречались?

– Да, дважды, в парке неподалеку отсюда! – оживился Джон. – Я не удивлюсь, если на память о тех встречах у тебя сохранились шрамы. Это случилось, помнится, так: ты взял у Терезы игрушку – заводного клоуна, сделанного из металла и довольно-таки тяжелого, а она отобрала его и стукнула им тебя по голове! У тебя пошла кровь, ты закричал, а девочка расплакалась, – грустно сказал старик.

– Но у меня была такая игрушка, – нахмурился Эйс.

– Конечно! Ведь Тереза подарила ее тебе на память! – напомнил ему Джон. Эйс виновато потупился: он совершенно забыл об этом.

– Жаль, что я ее не помню, – пробормотал он, сглотнув ком. – Как она очутилась в Лос-Анджелесе? Искала Лоретту?

– Нет, это чистая случайность! – покачал головой Джон. – Просто Марсело Кортес родом из Лос-Анджелеса. Тереза познакомилась с ним, бросила школу и уехала в Калифорнию. Мы были против их брака, она ведь значительно моложе его, не говоря уже о том, что он был женат раньше и имел ребенка!

– Элла мне ничего об этом не говорила! – воскликнул Эйс.

– Мальчик старше Эллы лет на десять-двенадцать, вряд ли они дружили. Он остался с матерью, первой женой Марсело, – пояснил Джон.

– Как умерла Тереза? – спросил Эйс.

– Трагически и глупо, – махнул рукой старик. – Очутилась в неподходящем месте и в неудачное время. Пошла днем за покупками и случайно попала в перестрелку возле винного магазина. Мы с женой хотели взять Эллу к себе, но Марсело не согласился на это. А судиться с ним у нас не было сил… Хорошо, что теперь ты заботишься о девочке!

Эйс остался у Джона Чапмена до утра и узнал много интересного о Терезе и Лоретте. Мать предстала ему в новом свете – веселой и молодой, любящей своих детей в равной степени, хотя она и отдала дочь на воспитание ее родному отцу, оставив себе только сына. Познакомиться с Терезой в зрелом возрасте ему не довелось, зато судьба свела его с ее дочерью. И теперь он с нетерпением ждал встречи с племянницей, надеясь, что та обрадуется их родству.

ГЛАВА 20

– Значит, ты – мой родной дядя? Какой кошмар! – вскричала Элла. – Я тебе не верю! И никому об этом не рассказывай!

Она разрыдалась и убежала.

– Я надеялся, что она обрадуется! – Удивленный и смущенный, Эйс обернулся к Линде. – Что на нее нашло?

Линда понимала, в чем причина странного поведения Эллы, но не стала ничего объяснять. Особой тайны, впрочем, и не было, просто девчонка внушила себе – и подругам – что она рано или поздно выйдет за Эйса замуж.

– Вы пока никому об этом не говорили, надеюсь? – спросила Линда, заверив Эйса, что девочка, хоть и приняла известие чересчур близко к сердцу, скоро успокоится.

– Нет еще, я торопился сделать ей сюрприз. Но когда новость станет достоянием общественности, кривотолки и сплетни о наших отношениях моментально прекратятся!

– Да, пожалуй, – уклончиво сказала Линда, не уточняя, что девочке эти слухи, напротив, приятны. – Но, может, не стоит спешить?

Пораскинув мозгами, Эйс решил повременить с раскрытием семейного секрета. Ведь когда все узнают, что Элла – его племянница, ей станет сложнее добиваться успеха в мире профессионального тенниса.