Лора Каннингем - Прекрасные тела

Остальные прыснули: все это они много раз слышали, к тому же «план Марты» совсем не подходил Клер. Не то чтобы у Клер был свой план — просто все ее поступки совершались под властью минуты, и у нее вообще не было никакого плана. Так, по крайней мере, считали подруги.

И вот Клер открыла им тайну Ночи Ночей. Здесь, в этой комнате, при звуках негромкой музыки и отдаленном завывании ветра за окном, в колеблющемся свете свечей, она откинулась на спинку дивана и наслаждалась воспоминаниями.

Клер рассказала подругам, как увидела его, Мужчину, боковым зрением.

— Он стоял справа от меня возле ящика с мандаринами. Знаете, как это бывает, когда тебе кто-то нравится? Знаете, как быстро принимаешь решение? Знаете или нет?

— Да, — сказала Джесси, вспомнив ту ночь в Колорадо. — О да…

— Я подумала: «Красивый, интересный…», но не знала, как с ним заговорить. И тут он в буквальном смысле перехватил инициативу, взял у меня из рук авокадо и предложил: «Давайте я выберу вам поспелее». Завязался разговор — мы стали обсуждать, почему часть фруктов лежит в магазине, а часть на лотках снаружи. Мол, по какому принципу хозяева лавок сортируют товар?

— Спешат избавиться от гнили, — не без иронии объяснила Марта.

— Да нет, они не гнилые, просто спелые.

— Ну конечно! Ты покупаешь эти… дешевые фрукты, а в них грибок, — упрекнула подругу Марта.

Грибок. Да, заразные заболевания есть не только у людей…

— Его зовут Дэвид, — сообщила Клер.

По ее словам, он оказался приятным собеседником. Конечно же, он привлек ее и своей внешностью: стройным телом, пшеничной бородой, глазами цвета морской волны. Она обратила внимание и на руки Дэвида — крупные, с выпуклыми венами, загорелые (он ведь почти все время на воздухе). Да, глаза у него чудесные… и это самое главное.

— Мы поняли, — мечтательно проговорила Клер, — как только мы посмотрели друг другу в глаза, сразу поняли… что это произойдет и что нам будет здорово.

— Значит, ты встретила этого мужчину у фруктового лотка, — с плохо скрываемым раздражением сказала Марта, — и объявляешь нам, что… зачала ребенка от человека с улицы?

— Это произошло не на улице. Мы пошли ко мне, — возразила Клер.

— Но встретились-то вы на улице?

— Не на улице, а во фруктовой лавке, — вступилась за подругу Лисбет.

Марта прибегла к очередной максиме:

— Если знакомство состоялось не на вечеринке, не на работе и не через друзей, то это знакомство — уличное.

— Но не все ли равно, где знакомиться? — искренне удивилась Клер. — На улице что, не люди? Они тоже ходят на работу и на вечеринки.

— Нет, не все равно! Что бы ни случилось в дальнейшем, втайне мужчина всегда будет называть тебя «угол Пятьдесят шестой улицы и Девятой авеню». Ему ничего не стоит оскорбить и даже ударить тебя, ты ведь для него женщина… с улицы.

— Марта, ты останешься без ужина, — сказала Джесси, осознав, что уже девятый час.

— Да иду, иду! — огрызнулась Марта. — Итак, ты привела этого человека с улицы к себе домой и?..

— Занималась с ним любовью и зачала от него ребенка, — подтвердила Клер худшие Мартины опасения.

— С улицы, — простонала Марта, — с улицы…

— Между прочим, на улице можно подцепить отличного мужичка, — подколола ее Нина. — Кстати, ты не забыла, что встретила Дональда на пляже? Клер нашла своего на улице, ты — в песке, вот и вся разница.

— Во-первых, не на пляже, а в дегустационном зале, — парировала Марта. — Во-вторых, нас познакомил мой дантист: оказалось, Дональд тоже у него лечится.

— Значит, вы оба вне всяких подозрений, — не без яда в голосе произнесла Сью Кэрол.

Джесси вздохнула: состояние Сью Кэрол все ухудшалось. Теперь даже ее видящий глаз покраснел и был как-то пьяно прищурен. Но со Сью Кэрол все просто: она может всплакнуть, отключиться или уединиться в ванной для «самолечения». Возможно, она даже покинет их и устремится домой, к Бобу. В общем, Сью Кэрол не доставляла Джесси больших проблем, а вот Марта… Марта могла всерьез испортить вечеринку. Было необходимо ее выставить, пока она не причинила кому-нибудь непоправимый вред.

Джесси практически потащила Марту к двери, держа ее за накидку.

— Слушай, Марта, тебе и в самом деле пора. Но почему ты так стремишься… осудить Клер?

Марта снова напустила на себя озабоченный вид.

— Джесси, теперь еще и ты меня огорчаешь. Я не знаю, что обо всем этом думать, но я просто не могу сидеть и спокойно слушать о греческом прощелыге, которого она привела с улицы в самый разгар эпидемии венерических заболеваний.

Джесси глянула через плечо, чтобы проверить, не слышала ли Клер. К счастью, та была слишком увлечена воспоминаниями и как раз говорила о том, как Дэвид учил ее покупать бананы:

— «Ни в коем случае не берите зеленые, — сказал он мне, — возьмите вон те, с пятнышками. Может, на вид они и не очень, зато на вкус — что надо».

Джесси склонилась к Мартиному уху и тихо-тихо, чтобы Клер не услышала, прошептала:

— Но он явно не входил в группу риска.

— Да они все — сплошная группа риска. Рыщут повсюду со своими смертоносными шту… А с «виагрой» они вообще никогда не успокоятся.

— Но чему ты так радуешься? — прошептала Джесси. — Все равно уже поздно.

— А я не радуюсь, я переживаю. Мне жаль, что я в очередной раз оказалась права. Говорила я вам, что это негигиенично? Что нужно требовать у них справку от венеролога? Я еще в 84-м году ходила на свидание с фонариком и лупой, чтобы как следует рассмотреть их проклятые гениталии! Тогда я проверяла их на герпес…

— Мечтая его обнаружить, — пробормотала Нина. Поймав краем уха последнюю фразу, она не удержалась от комментария на столь животрепещущую тему.

Джесси шикнула, показав глазами на Клер.

— Марта, поосторожней…

— Мне надо быть осторожней? — зашипела та. — Скажи это Клер!

— А за фрукты он заплатил? — поинтересовалась Нина.

Марта всем телом подалась к Нине, наконец-то услышав разумный, по ее мнению, вопрос.

— Да, за фрукты он заплатил? — повторила она.

— Нет, я сама.

Несколько мгновений женщины молча переваривали информацию.

— Зато он купил большой гавайский ананас, — добавила Клер.

— Расщедрился, — прокомментировала Марта.

Клер как будто ее не слышала.

— Мы пошли ко мне, — мечтательно продолжала она, — это было нечто само собой разумеющееся. Дэвид еще купил большую банку йогурта, чтобы сделать свой знаменитый фруктовый салат… Нам обоим казалось совершенно естественным пойти ко мне, словно мы давным-давно знакомы. А когда мы пришли, он сразу одобрил, что кровать у меня стоит в самом центре комнаты.