Секретная невеста - Катарина Маура

Он бросает взгляд на машину, и на его лице появляется горьковатая улыбка.

— Честно говоря, я знаю, что с ней не так, и мог бы исправить это за десять минут, — признается Боб. — Просто мне нравится с ней возиться, потому что...

Он проводит рукой по волосам и тяжело вздыхает.

Я повторяю его жест, осознавая истину.

— Это то, что всегда делал мой дед, когда ему нужно было подумать. Он разбирал машину и снова собирал ее.

Боб Льюис — тот самый протеже, о котором говорил мой дед. Как я мог этого не заметить? Этого не было даже в его биографии, а это значит, что Сайлас Синклер скрыл это от меня. Вероятно, по просьбе бабушки.

— Кажется, я постоянно это повторяю, но я и это не скрывал нарочно, — говорит Боб. — Я просто не хотел, чтобы ты думал, будто я использую свою связь с твоим дедом, чтобы сблизиться с тобой. Мы с твоей бабушкой решили, что так будет лучше для тебя. На вас с Райей и без того давили, заставляя сделать этот брак успешным, и мы не хотели, чтобы ты почувствовал, будто мы используем твою любовь к деду против тебя. Он бы этого не захотел. Он бы никогда этого не позволил. Он любил тебя больше всего на свете.

Я смотрю на гаечный ключ в своей руке.

— Райя и я… Это дед устроил наш брак?

Я потерял его из-за сердечного приступа вскоре после своего похищения. И как бы врачи ни убеждали меня в обратном, я знал, что стресс, который я ему причинил, стал одним из факторов. Я так боялся полюбить Райю, потому что не считал, что заслуживаю этого. Я чувствовал, что должен искупить свою вину, но теперь понимаю, что этим я лишь шел против воли деда. Я зарываю пальцы в волосы, ошеломленный.

Боб улыбается.

— Твой дед всегда шутил, что однажды мы с ним станем семьей, и что он сам это устроит. Однажды я взял Райю с собой на встречу с ним, а ты был тогда у него в офисе. Ты собирал деревянную машинку и позволил Райе помочь тебе. Именно тогда твой дедушка начал говорить, что однажды она станет Виндзор, что он заберет ее для своего младшего внука.

Он вздыхает и поворачивается к своей WM Annie.

— Я был удивлен, когда твоя бабушка пришла ко мне в прошлом году. Честно говоря, если бы это был кто-то другой, я бы даже не стал обдумывать ее предложение, не стал бы рассказывать об этом жене. Но твоя бабушка все эти годы следила за моей компанией, как раньше делал твой дед, и в тот момент, когда поняла, что мы в беде, она предложила помощь.

— Но за это пришлось заплатить.

Боб кивает, открывая капот, и я присоединяюсь к нему, наклоняясь над двигателем. Эта машина в еще лучшем состоянии, чем моя, и очевидно, что он обращался с ней с огромным почтением.

— Я не был уверен, что сделал правильный выбор, пока пару дней назад не увидел, как ты держал мою дочь в тот момент, когда она разрушалась. Тогда я понял, насколько ты ее любишь, насколько она на тебя полагается. Я не думал, что устроенный брак может сработать, но он сработал. И, как всегда, твой дед был прав. Он всегда умел быть правым, да? Твоя бабушка терпеть этого не могла.

Я улыбаюсь и киваю, полностью сосредоточенный на своем тесте, пока он рассказывает мне истории из прошлого и позволяет помочь ему с машиной, которую он явно обожает. Я пришел сюда, чтобы поддержать его. Но вместо этого он собрал для меня последние недостающие кусочки пазла. Он успокоил меня, словно дав мне разрешение — сигнал с того света, что мне можно любить свою жену. Что в этот раз все будет хорошо. Я просто надеюсь, что моя интуиция меня не подведет.

Надеюсь, что я не ошибаюсь.

Глава 50

Лекс

Краем губ я улыбаюсь, завидев жену за рабочим столом. В офисе тихо и пусто.

— Думал, твоя команда пошла выпить после работы?

Райя поднимает взгляд от экрана, а я наклоняюсь ближе, убирая волосы с ее шеи, чтобы поцеловать нежную кожу. Ее голова откидывается назад, и она довольно вздыхает.

— Они пошли, но я хотела закончить работу. Мне совсем не хочется сегодня ни пить, ни общаться.

Я в ответ что-то одобрительно мурлычу, прижимаясь губами к точке чуть ниже ее уха.

— Над чем работаешь?

— Код для ночной автоматизации. Сейчас закончу — и можно идти домой. Просто хочу доделать его сейчас, раз уж я беру отгул на следующей неделе из-за свадьбы Сиерры.

Она смотрит на меня и вдруг усмехается:

— Я все еще считаю сумасшествием, что ты купил целую компанию только потому, что мне нравятся их молочные коктейли… но, черт возьми, я тебя за это обожаю. Ты даже не представляешь, как я счастлива, работая над этим проектом. Каждую секунду, пока я кодирую, я думаю о том, как сильно ты…

Как сильно я ее люблю. Она это знает. Даже если сами слова до сих пор вселяют в меня страх. Ни разу она не вынуждала меня произнести то, к чему я еще не готов. Не заставляла признаваться в том, что у меня к ней внутри. Я не знаю, чем заслужил такую женщину, но благодарен судьбе за нее каждый день.

С тех пор как она узнала о своем отце, она сама не своя. Вроде бы, когда мы навещаем семью по выходным, ничего не изменилось, но я-то вижу — ей больно. Ее ранит этот огромный секрет, который так долго от нее скрывали. И я не до конца понимаю, как облегчить ее боль.

Когда я узнал правду о своей бабушке, она была рядом. Отвлекала меня, просто находилась поблизости. Теперь моя очередь сделать то же самое.

— Я знаю, — тихо говорю я, вытягивая ее из кресла. — Я знаю, детка. Я забочусь о тебе куда сильнее, чем ты можешь себе представить.

Она резко вздыхает, когда я сажаю ее к себе на колени.

— Лекс, — шипит, бросая взгляд в сторону. — В любой момент кто-то может зайти!

Мои губы касаются ее шеи, и она вздрагивает.

— Все ушли. Никто не станет возвращаться в офис в девять вечера