Янтарные бусы - Алёна Берндт

снова посмотрела на камень цвета темного меда в золотом обрамлении…

– Что это? – спросил подошедший Сергей. – Какое красивое. А я никогда не видел, чтоб ты его носила…

– Да, красивое… Но только носить я его не могу.

Люба не стала ничего рассказывать мужу, а Сергей не стал выспрашивать, увидев, как нахмурила брови жена. Коробочка была убрана обратно в недра комода.

Но когда Люба собралась в Калиновку на подмену, она вновь вспомнила про кольцо. Достав коробочку, она положила ее в сумку и решила, что в этот раз выберет момент, сходит к своей бывшей свекрови и вернет ей этот подарок, так некстати подаренный и никому не нужный.

Но всякий раз, когда Люба заканчивала прием калиновских пациентов, ей не хотелось портить этот замечательный день визитом в дом к Смирновым, и каждый раз она откладывала это на потом. Они с Наташей снова были несказанно рады возможности целую неделю провести вместе, обсудить все новости лично, а не только по телефону.

Свежие летние ночи давали возможность отдохнуть от дневного зноя, и так не хотелось идти спать… хотя завтра снова ожидал ранний подъем и рабочий день. Алмазная россыпь, дорожка Млечного Пути уходила за лес, блистая на темно-синем небосводе, – не оторвать взгляда… За рекой в лесу гулял ветер, заставляя чуть поскрипывать крепкие стволы сосен, он ласково трепал звонкую листву нервных осин в роще, и тонкая песня какой-то ночной птицы разносилась далеко по округе.

– Я думала, вы уедете в город, – тихо говорила подруге Наташа, согревая руки о чашку с чаем. – А все же хорошо, что не уехали! У нас уже здесь очередь на прием к кардиологу, слухи-то идут! Все рады, что не нужно в город ехать на прием. Мама моя тоже ждет, сердце проверить хочет, а в город мы ее и выгнать бы не смогли, она же все время занята. Хотя я сама понимаю, что пациенты много потеряли… от того, что Сергей не оперирует больше.

– Ты знаешь, Наташа, я сама очень много думала об этом… И рада, что мы остались здесь. Сергей словно сил набирается, с Егоркой возится, гулять с ним ходит, во дворе что-то делает с дедом. И я думаю, что оперировать он еще сможет со временем. Может быть, не такие сложные операции проводить, как у него в городе были, но все же как у хирурга у него и здесь есть возможности. И насчет кардиологии ты права: город – это, конечно, хорошо, но ведь и здесь люди живут.

В четверг, когда Люба уже предвкушала скорое возвращение домой, на пороге кабинета возникла знакомая до жуткой дрожи женская фигура. Внешнее сходство явившейся на прием Вики с ее матерью немного напугало Любу, которая сперва подумала, что Галина Николаевна явилась собственной персоной.

– А… – растерялась Вика, увидев за столом не привычного калиновского фельдшера Самойлова, а Любу собственной персоной. – Ты чего тут делаешь?!

– Работаю, – ответила Люба. – Проходите, на что жалуетесь?

– Я… не хочу к тебе на прием, еще чего! – возмущенно фыркнула Вика. – Мне нужен другой доктор!

– Ну, приходи на следующей неделе тогда, – пожала плечами Люба и закрыла лежащий перед ней журнал. – Будет другой доктор.

– Я на тебя пожалуюсь! – зло и как-то растерянно сказала Вика, которая не знала, уходить ей или продолжать ругаться.

– Да пожалуйста, кто тебе запрещает, – Люба нарочно зевнула, прикрыв ладошкой рот. – Первый раз, можно подумать! Иди, жалуйся, я все равно не умею психбольных лечить. Специальность не та.

– Ты что себе позволяешь! – возмутилась Вика. – Я скажу, и тебя уволят!

– А что я сказала? – Люба подняла на Вику смеющиеся глаза. – Я вообще молча сидела… Ой, да у тебя все серьезно, ты вот уже голоса в голове слышишь… Нужно срочно обратиться к специалисту, послушай моего совета и не затягивай с этим!

Вика выскочила из кабинета и с грохотом захлопнула за собой дверь. Люба же со смехом посмотрела в окно, увидев, как поспешно удаляется несостоявшаяся ее пациентка. Она глянула на часы и решила сделать перерыв, отправившись к Наташе, чтобы налить себе чаю.

– Ну, неудивительно, что она такая злющая, – покачала головой Наташа, услышав от Любы о визите Вики. – Не знаю, правда это или нет, но наша санитарка сказала, что Вика с мужем разводится. Он завел интрижку с молоденькой медсестрой, только после училища, а когда все открылось, ушел от Вики к новой любви. А потом ее из квартиры попросил, квартира его родителей, в кооперативе строили. Вот она к матери и вернулась, ну, а куда ей еще идти. Потом вечером тебе еще расскажу, что у нас тут болтают про это.

Вернувшись от Наташи, Люба даже не удивилась, когда увидела возле кабинета сидящую на стуле Галину Николаевну со сведенными к переносице бровями.

Глава 41

Госпожа Смирнова сидела на стуле, выпрямив спину и сжимая в руках небольшую сумочку. Вид посетительницы предвещал скандал, но Люба не стала его дожидаться.

– Лидия Ивановна, будьте добры, пригласите, пожалуйста, заведующего, – попросила она пробегавшую мимо медсестру. – У нас здесь назревает конфликт, и я не хочу, чтобы он проходил без должного внимания со стороны руководства.

Лидия Ивановна глянула на сидящую у кабинета Смирнову, понимающе кивнула Любе и улетела дальше по коридору. Люба же молча вошла в кабинет и прикрыла за собой дверь, которая, впрочем, тут же осторожно отворилась, и в ней показалась голова Галины Николаевны.

– Ну, Люба, зачем ты так, я даже не знаю! – обиженно проговорила Смирнова. – Я же только поговорить пришла, а ты…

– А что я? Я не хочу, чтобы вы потом меня обвинили неизвестно в чем, и предпочитаю говорить с вами в присутствии свидетелей. Прошу вас, покиньте пока кабинет, сейчас придет заведующий, и я вас приглашу.

– Какая ты стала, надо же! – покачала головой Смирнова. – Я не ожидала от тебя такого, ведь ты же все-таки врач, должна к людям хорошо относиться…

– А чего вы ожидали? Что после всего, что вы мне сделали, я при встрече буду вам радостно на шею кидаться? Не странно ли это звучит? И кстати, наверное, это для вас будет новостью, но всем людям