Люблю тебя - Инна Инфинити

начальник не роняет ни слова. Потом, наверное, с минуту молчит.

— Коль, задержали гендиректора московского футбольного клуба. Ты понимаешь, какая это сенсация?

— Понимаю.

— Скоро об этом все напишут! Мы должны опередить конкурентов!

— Должны, — соглашается, а сам таращится на меня в шоке.

— Тогда я пойду писать?

— Иди.

— Сделаешь заявку в номер?

— Сделаю.

Не дожидаясь, когда редактор отойдёт от шока, возвращаюсь к своему рабочему месту, открываю ворд и начинаю писать статью, отключив все чувства и эмоции. Уже через десять минут ко мне сначала прибегает главный редактор, потом по очереди все его заместители, а следом и рядовые корреспонденты. Мне приходится отвлекаться на то, чтобы пересказать им все вкратце. Из всего моего рассказа, конечно же, больше шокирует то, что я состояла и состою в отношениях с главным нападающим сборной России.

Лёша, мой коллега, который пишет про футбол, радушно предлагает свою помощь в написании статьи. Я не отказываюсь. Одна я буду писать до ночи. Ведь написать статью в газету — это же не только напечатать в ворде текст, это ещё и огромное количество технической работы: написать всем официальные запросы, взять комментарии у экспертов и так далее. Как только Лёша отправляет запрос на комментарий в пресс-службу клуба, сразу же звонит их пресс-секретарь и в панике просит не писать статью. Даже предлагает редакции деньги.

В девять вечера мне звонит Никита.

— Алло, — поднимаю трубку. Прижимаю ее к уху и продолжаю печатать.

— А ты где? Я приехал домой, тебя нет.

— Я еще на работе.

— Ты не говорила, что сегодня у тебя какие-то соревнования.

— Нет соревнований. Я пишу статью про нападение на меня. Дима звонил, сказал, всех задержали.

— Мне тоже звонил. Я как раз хотел предложить тебе отметить. Расследование завершено. Всех поймали и накажут.

Я замираю с пальцами над клавиатурой. Возникает логичный вопрос: что дальше? Я жила у Никиты, ходила с телохранителем и ездила с водителем, пока моя жизнь находилась в опасности. Теперь мне ничего не угрожает. Ночью выйдет статья, делу будет придана огласка, и больше никто не рискнёт меня трогать.

В каком статусе наши с Никитой отношения?

— Да, давай отметим, — соглашаюсь. — Но только дома, хорошо? Не в ресторане. И я не знаю, когда освобожусь.

— Да, конечно. Напиши мне, как только сдашь редактору текст. Я сразу приеду за тобой. А пока приготовлю ужин.

— Хорошо.

Сбрасываю звонок быстрее, чем Никита успевает сказать мне «Пока». Я сдаю статью в одиннадцать часов, когда в редакции не остается почти никого из коллег. Начальник читает ее очень долго, задает много вопросов. После него статью лично вычитывает главный редактор и тоже засыпает меня вопросами. Все это время машина Никиты стоит возле дверей редакции и ждёт меня.

Я выхожу в двенадцать ночи. Падаю без сил на переднее сиденье и закрываю глаза. Ник тянется ко мне через коробку передач и целует в губы. Впервые с того дня, как рассказал мне всю правду.

— Я не верю, что все это правда, — тихо говорю.

— Правда.

— Всех накажут?

— Дима сказал, что да.

— Даже следователя-взяточника?

— Даже его.

Слезы стягивают горло колючей проволокой. Никита заботливо вытирает капельки в уголках моих глаз.

— Я люблю тебя, Лилия.

— Я знаю.

Никита ждёт от меня других слов. Ждёт от меня ответного признания в любви. А я сама не знаю, что чувствую. И не хочу об этом думать. Я устала.

Мы приезжаем домой. Никита приготовил романтический ужин. В воздухе витает вкусный запах, а стол в гостиной сервирован красивой посудой. Я позволяю себе немного расслабиться и даже начинаю улыбаться.

— Ты вкусно готовишь, — хвалю, отправляя в рот очередной кусочек мяса.

— Брошу футбол и стану поваром, — шутит.

Смеюсь. Никита берет мою ладонь и подносит к губам, целует ее тыльную сторону.

— Давай выпьем за нашу победу.

Я перевожу взгляд на бутылку вина на краю стола. Рядом с ней два бокала.

— Ты же не пьёшь. У тебя в контракте с клубом прописано.

— А мы не скажем моему клубу, — подмигивает.

Ого. Никита нарушает одно из положений контракта. Небывалое дело.

Свиридов наполняет бокалы и дает один мне. Чокаемся.

— За победу добра над злом, — озвучивает тост.

— За победу добра над злом, — вторю ему.

Делаем несколько глотков. Никита подхватывает меня на руки и несёт на диван в гостиной. Плюхается на него, а меня усаживает к себе на колени. Целует меня в шею, водит руками по моему телу. Телефон Никиты на кухне начинает без конца вибрировать. На сайте вышла статья, и, несмотря на очень позднее время, Свиридову звонят и пишут журналисты других изданий с просьбой подтвердить информацию, опубликованную в моей газете. Утром об этом будут трубить абсолютно все, в том числе зарубежные издания.

— Это точно правда? — спрашиваю, опустив голову Никите на грудь. — Сложно поверить.

— Все страшное позади.

— Утром нам оборвут телефоны.

— Мне уже обрывают. Слышишь?

Смеюсь.

— Слышу.

— Процесс затянется очень надолго. Минимум на год. Нам надо будет давать показания в суде.

— Дадим. Я с огромным удовольствием это сделаю.

Никита целует меня в макушку, зарывается лицом в мои волосы, крепче прижимает к себе.

— Люблю тебя, — сипло произносит. — Люблю.

Шумно выдыхаю, не зная, что ответить.

— Лиль, — тихо зовет, оторвавшись от меня.

— Что?

— Закрой глаза.

— Зачем? — удивляюсь.

— Просто закрой.

Что он задумал? Стараюсь прочитать по лицу, но не получается. Тогда послушно опускаю веки. Никита начинает возиться, догадываюсь, что лезет в карман.

— Теперь открывай.

Распахиваю веки и вижу…

Кольцо.

— Ты выйдешь за меня замуж?

Глава 53. Не на первом месте

Лиля