Татьяна Величкина - Сокровища фараона

— И ты скажешь, что никогда ни о чем не жалел? — спросила Татьяна, отпив глоток шампанского.

— Жалел, когда приходилось становиться подонком, и это было чаще, чем мне хотелось, но у меня не было другого выхода.

— Выход есть всегда, — Татьяна вылезла из ванны и, обвернувшись махровым полотенцем, вышла в гостиную, — тебе тоже заказать кофе? — холодно бросила она.

— Да! — Скотт, вынув пробку из ванны, взял полотенце и, обернув его вокруг бедер, открыл кран с холодной водой. Несколько раз умывшись, он посмотрел в зеркало. На него смотрел человек, который давно не вырывался из его прошлого, желающий покончить со всем. Но что дальше? Скотт, криво усмехнувшись, вытер лицо. Нет, с меня довольно разгребать чужое дерьмо своими руками, теперь пускай этим занимается кто-нибудь другой, Скотт Тёрнер достоин лучшего.

Когда он вошел в гостиную, Таня лежала на диване, ее халатик был слегка наброшен на голое тело, и удобно устроившись перед телевизором, она переключала канал за каналом.

— А он кто Пабло? — апатично бросила она, — твой босс?

— Да, и твоя жизнь зависит от того, понравишься ты ему или нет. У нас еще есть время и я хотел бы, чтобы ты покрасила волосы, — Скотт кинул ей коробку с краской, — на вот, не будешь же ты все время ходить в парике. Хотя рыженькой ты мне нравилась больше.

Татьяна не стала с ним спорить, ей стало противно при мысли о том, что им придется ночевать в одном номере и спать в одной кровати. Запахнув халат, она направилась в ванную, оставив Скотта одного со своими мыслями.

Тем временем самолет да Силвы заходил на посадку. Пабло был немного раздосадован тем обстоятельством, что их в деле стало трое, появилась какая-то Таня, ко всему прочему родная сестра той девушки, которую искал Картер.

Тёрнер предположил, что Картер может появиться в Каире.

— Почему ты уверен в том, что Картер и эта девица не отправились к святому Франциску? — спросил да Силва, еле сдерживая клокотавший в нем гнев.

— Я хорошо изучил его и чувствую, что он мог справиться с моим хитрым подарком.

— Что за игры, Скотт, зачем тебе это было нужно? — окончательно возмутился Пабло. — И что это за девка с тобой, я не люблю, когда что-то выходит из-под моего контроля.

— Все будет путем, Пабло, позже я все объясню, сейчас… это не телефонный разговор.

— Ты меня интригуешь, Скотт, а это плохо действует на мое пошатнувшееся от этих передряг здоровье, — да Силва сухо рассмеялся и добавил:- Ладно, самолет скоро будет в Каире, по этому жди звонка, я позвоню из аэропорта.

Тёрнер помнил их последний разговор с Пабло и, глядя на беспечно настроенную Татьяну, понимал, чем все может кончиться, и ему становилось не по себе. Что-то человеческое, еще оставшееся в нем говорило, что нельзя эту девушку выбросить как использованную салфетку. Татьяна посмотрела на него с удивлением, казалось, он о чем-то жалеет или боится.

— Что с тобой, «Рембо», ты сам на себя не похож?

— О чем ты детка? — подмигнул ей быстро переменившейся Тёрнер, — одевайся, сейчас мы идем в ресторан, мне хочется, чтобы ты понравилась Пабло, потому что…

— Если я ему не понравлюсь, ты избавишься от меня? — перебив его, закончила Татьяна.

Тёрнер вынул из пачки сигарету и, холодно взглянув, добавил:

— Одевайся, я жду в холле.

Таня не понимающе посмотрела на уходящего Скотта и, резко встав, подошла к шкафу. Нащупав половину карты в потайном кармане своего пиджака, аккуратно зашитом, что дилетанту было бы совсем незаметно. Татьяна быстро распорола шов и вытащила карту. Она понимала, что должна хоть что-то запомнить из этих странных значков и символов, но ничего не получалось, Таня поняла, что находится в западне, где Тёрнер мало что решает. Но кто этот таинственный мистер Пабло, которому она должна понравиться? Хорошо, я постараюсь.

Татьяна оглядела себя в зеркале и, выбрав терракотовый костюм с большими перламутровыми пуговицами, занялась поиском платка. Теперь, раз она была Зухрой, он был необходим. Приталенная блуза с красивой драпировкой на спине очень ей шла, и делал фигуру Татьяны еще более аппетитной и привлекательной. Широкие брюки-шаровары из нежного шелка струились по ее ногам, Тане нравился этот ее новый образ, но вдруг ей стало страшно. А может отдать Скотту карту и отправиться домой, или остаться здесь… Она понимала, что в чужой стране, не зная языка, ей предстоит стать в лучшем случае проституткой. Таня долго смотрела на себя в зеркало и все еще не верила, что все кончено, и назад ничего не вернуть. Перед глазами проплыли картины недавнего прошлого, когда они с Сашей были лучшими подругами. До того момента, пока между ними не встал Генри Картер. Таня понимала, что ее пагубная страсть стала виной всему произошедшему. Если когда-нибудь мне придется встретиться с тобой сестренка и с тобой Генри, я сделаю все, чтобы вы меня простили. Она вспомнила, как издевалась над беспомощной сестрой в подвале, где ее заточил Тёрнер, и еще больше ненавидела себя и его. Пока она еще не догадывалась, что дело было в его гипнотическом влиянии на ее эгоистические желания. Да, какое-то время она завидовала Саше, но раньше и подумать не могла о том, что захочет навредить сестре, тем более желать ее смерти.

Посмотрев на часы, Таня положила карту в «потайной карман» на груди и направилась к выходу.

Медленно спускаясь по лестнице в одежде восточной царицы, она совсем не чувствовала себя таковой. Войдя в ресторан гостиницы, Таня увидела Тёрнера сидевшего за столиком с мужчиной невысокого роста, который, склонившись, что-то говорил ему на ухо. Встретившись с незнакомцем взглядом, Татьяну пробрала дрожь, она поняла, что это и есть пресловутый Пабло да Силва. Он был плотного телосложения, смуглая кожа выдавала его испанские корни, как и короткая бородка и острые торчащие в стороны усики. Да Силва был похож на таракана с этими топорщащимися усами и глазами-черносливами. Заметив на себе ее пристальный взгляд, Пабло оставил Скотта, направившись к ней. Татьяна, увидев, что он двигается на встречу к ней, остановилась. Легкой походкой да Силва приближался к ней и был похож на хищника перед прыжком. У него были темные волосы, с проседью доходившие до плеч и заметно лысеющие лоб и виски.

— Сеньорита Татьяна? — да Силва взял ее за руку и, притянув ее к своим губам, слегка коснулся ее, уколов своими тараканьими усами. — Пабло да Силва.

— Очень приятно, — еле слышно пролепетала Таня, чувствуя, как по спине начинает струиться пот.

— Не составите нам компанию?

— Да, мне было бы приятно…

— Пройдемте за наш столик, — мягко прервал ее да Силва и, взяв за руку, потянул за собой.