Чужая — я (СИ) - Гейл Александра

— Я все же принесла три чашки, — невозмутимо говорит Айрис, и отцу приходится посторониться, чтобы пропустить ее к столу. 

Помимо чашек она ставит на стол блюдце с тремя дольками шоколада. Я вижу, как мама поднимает на нее изумленные глаза и получает в ответ все такую же приветливую улыбку. Да, мам, в мире есть люди, которые не отвечают на зло злом. Например, Айрис. Например, ненавистные тебе Фейрстахи. И еще новая Тиффани, простившая Джейдену поступок с фотографией, уничтоживший ее первую и единственную любовь.

Я должна попробовать достучаться до родителей еще раз.

— Я не буду в этом одна, — говорю я, на этот раз переводя взгляд с отца на маму. — У меня прекрасные друзья. Это Норт, Стефан, Джейден и Надин. В данный момент они пропускают колледж, чтобы придумать, как вытащить нас с Хил.

— Я одного не понимаю, Тиффани, с чего вдруг ты решила шантажировать Говарда Фейрстаха?

— Он ублюдок, который позволяет избивать одного из своих сыновей до полусмерти, торгует наркотиками и держит в страхе и беззаконии город, жонглируя полицией так и эдак. Его нужно гнать из губернаторского кресла взашей.

Пригубляя лучший чай из меню «У Ларри» под разъяренным взглядом владельца, я совершенно отчетливо понимаю, что теперь избавлением нас со Стефаном от гнета Говарда дело точно не ограничится. Я не остановлюсь, пока он не ответит за свои действия. И как минимум Стефан с Надин — тоже.

Глава 19

Долгий разговор с родителями не привел нас к единому мнению. Узнав, что я не собираюсь действовать в одиночку, они немного успокоились, но так и не дошли до мысли, что биться с полицией бесполезно. Поэтому они решили остаться в Бостоне и попытать счастья, насев на детективов. Папа не оставил попыток отговорить меня жертвовать собой ради Хил, но ему никогда не понять, что я чувствую. Не думаю, что я смогу жить как прежде, если не встречусь со своим убийцей лицом к лицу и не закрою эту страницу навсегда. В общем, пусть обивают пороги полицейских участков: они заняты. На меня меньше времени останется. Да и вдруг случится чудо, и из этого выйдет что-то путное.

Сразу после их ухода у нас с Ларри состоялся серьезный разговор о моем самоуправстве на рабочем месте, в результате которого я пришла к мысли искать запасной вариант. Например, по специальности. Как юрист-недоучка я мало кому приглянусь, но, опять же, вдруг случится чудо, и из этого выйдет что-то путное. Да, я не властна над своей жизнью в данный момент, да, работодатель не обязан входить в положение. Но мне столько раз угрожали за последний месяц, что любой ультиматум воспринимается как повод послать всех по небезызвестным адресам!

Я не просто устала, я выгорела морально. И появилось ощущение осторого одиночества, несмотря на все заверения.

За прошедшие три дня ребята стали как будто близки. Никто не поменялся, но компания удивительным образом спелась и спаялась. Надин так и не полюбила Норта и все еще волком поглядывает на Стефана, но она их внимательно слушает и больше не считает напыщенными зазнайками. Стефан не перестал ее задирать по поводу скудной социальной жизни, но в нос еще не получил ни разу, что для этого парня огромный прогресс. Джейден… Джейден уникум, который поладил со всеми. Впрочем, он сейчас просто счастлив, несмотря на обстоятельства. Его коронный маневр с перекидыванием Стефа через кухонные тумбы немного подпортил планы: я рассчитывала на более горячее продолжение ночи (утра?) для них с Надин, но оказалось, что, тягая парня в полтора раза тяжелее себя, Джей повредил спину и мисс Главный редактор в благодарность его попросту лечила. Хотя как она это делала, история умалчивает, потому как теперь она иногда краснеет от взгляда своего лучшего друга. Но всем нам далеко до единства, с которым действуют Норт и Стефан. Даже мы с Хилари никогда не достигали такого взаимопонимания. Нет, поймите правильно, никто из братьев не поменялся, они даже не перестали умалять достоинства друг друга при любом удобном случае, но в отличие от нас, им не требуется объясняться чуть ли не на пальцах по пять минут. Они наверняка обмениваются информацией с помощью невидимых антенн.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Во всем этом балагане лишняя именно я.

На меня никто не делает ставку. Я приманка, цель которой — не облажаться и выжить. Как? Никто не знает, потому что никто не знает, что на уме у самого Баса. Стефан считает, что рождественский спектакль был выбран местом действия из-за толпы. Никто не должен усомниться в том, что мое самоубийство не подстроено. Норт больше не защищает отца, а это значит, что он согласен.

Короче, все рассчитывают на мою легендарную способность к импровизациям, а я боюсь сказать, какой ступор и ужас у меня после того, как стало известно, что под угрозой моя сестра.

Самое поганое, что я даже не в курсе плана, потому что Бас может заставить меня расколоться. Стало быть, ребята общаются, пока я на смене в кафе. Иногда мне немного дискомфортно от мысли, что они там одни, а я сама по себе, но, наверное, это к лучшему.

Я и так всех подставила.

Если бы не я, Хилари не оказалась бы в опасности. Если бы не я, Джейден и Надин бы не вмешались. Если бы не я, даже Стефану доставалось бы меньше. А теперь еще и Норт, который рушит свое амплуа идеального наследника империи Фейрстах.

Кстати о Норте: либо я схожу с ума, либо с тех пор, как я отказала ему в поцелуе, сославшись на Мэри, он сделал своей целью меня соблазнить. После его пламенного монолога о тяготах няньки для Тиффани-на-другом-конце-города, я сглупила и, сдавшись на милость чувства вины, временно поселилась в квартире Норта. И немногим позже поняла, что он вовсе не случайно оказался голым в незапертой ванной, потому что за этим последовала целая вереница весьма изобретательных способов обольщения. Мне даже вспомнились слова Стефана о том, что его брат ни за что не отступится от меня, пока есть шанс, что я могу оказаться с ним — со Стефом. И тот отказ лишь подлил масла в огонь. Ну что за дура? Еще со времен памятной вечеринки Каппы следовало понять, что Норт из тех, для кого неудача — лишь повод проявить больше упорства. Его работодателя можно будет поздравить с лучшим приобретением в его жизни. Увы, в личном плане эта черта — полный отстой!

Приведу пример. Из плана от меня не сумели скрыть только одно: что в какой-то момент близнецы хотят сойти за одного человека. Для этого Норт проколол ухо. Ну а поскольку Норт даже при всем своем самомнении остается человеком, его ухо закономерно гноится. Вчера его обрабатывала я. Сразу после смены, еще не успев переодеться. И только наклонилась, как вдруг «случайно» споткнулась и оказалась почти лежащей на Норте. Губы в полудюйме друг от друга, сбившееся дыхание, совершенно отчетливая твердость в районе ширинки. Если бы я уже не подозревала Норта во всех тяжких, не была так зла, устала и расстроена, я бы точно не сдержалась.

В каком-то смысле мне даже польстило бы такое поведение, но сейчас только бесит. Потому что худшего времени для попыток вернуть меня в свою постель Норт придумать просто не мог! Моя сестра, пусть и косвенно, в заложниках у его отца.

В общем, для взрыва мне не хватает одной капли. Я непривычно не уверена в себе, чувствую одиночество и вину. Поверьте, нет ничего более кислотного, чем чувство вины. Меня буквально разъедает изнутри, выжигая все положительные качества.

Поэтому, когда вместо Норта меня после кафе встречает Стефан, я разрываюсь от облегчения, обиды и раздражения. Да, еще пятнадцать минут Норт не будет пытаться затащить меня в постель — это плюс, но он спешит закончить с моими друзьями планирование, пока я не вернулась. Друзьями, которые уйдут, стоит мне переступить порог квартиры. Потому что поздно, с моим приходом дела заканчиваются, утром им в колледж, нужно выспаться. А я опять останусь один на один с Нортом в искрящей от напряжения квартире и с мыслями о том, что от моей способности импровизировать напрямую зависят моя жизнь и благополучие Хилари.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})