Кэти МакГэрри - Отодвигая границы (ЛП)

На его лице расплылась моя любимая игривая улыбка. Его губы прикоснулись к моим, нежно требуя ответа.

— Расслабься, и я обо всём позабочусь.

Я поцеловала его в ответ, обхватывая парня руками. Его пальцы ласково массажировали мою шею, пытаясь избавить меня от напряжения и нервов. Поцелуй превратился в наркотик, и я жаждала большего с каждым прикосновением. Наши тела так тесно переплелись, что я уже не понимала, где моё, а где его.

Ной был сильным и тёплым, мускулистым и безопасным, а его запах — Господи, невероятный! Я не смогла бы перестать целовать его даже под страхом смерти: его губы, шею, грудь, и он казался столь же «голодным», сколь и я. Мы перекатывались, ласкали друг друга, избавлялись от лишней одежды. Мы вместе застонали, и мой разум, душа и тело оказались на грани чистого экстаза.

И я ждала. Ждала паузы, чтобы взять презерватив, и жалящей боли, которую описывали друзья, но Ной не останавливался, а боли не было, даже когда я прошептала его имя и прославила Бога несколько раз подряд. Нам обоим не хватало воздуха, пока мы нежно целовали друг друга, и я пыталась осознать, что всё ещё остаюсь девственницей.

Парень слез с меня и прижал к себе. Моё тело разгорячилось и обмякло — счастливое и довольное. Я слушала его сердцебиение и закрыла глаза, наслаждаясь и расслабляясь, пока он нежно поглаживал мои волосы.

— Ной, — прошептала я. — Я думала… — Что мы займёмся любовью.

Он приподнял мой подбородок, заставляя посмотреть на себя.

— У нас впереди вечность, чтобы дойти до этого, Эхо. Давай будем наслаждаться каждым шагом на пути к этому.

Мысли путались в голове. По большей части они фокусировались на его сердце, касаниях и самом милом слове, которое я когда-либо слышала: вечность.

Но из-за одной ясной мысли мои глаза приоткрылись.

— Ты убаюкиваешь меня.

— И что? — невинно поинтересовался он.

Я сглотнула.

— У меня кошмары.

— Тогда у нас будет повод снова это повторить.

42 — Ной

Меня разбудила знакомая мелодия. Мои руки и ноги обхватили Эхо, как оковы; моя нимфа спала спиной ко мне. Я ослабил хватку на её животе и потянулся за телефоном в карман джинсов, откинутых во время наших развлечений.

— Алло? — я прочистил горло.

— Ной?

— Да? — голос мужчины был мне незнаком. Эхо продолжала сладко спать. Я осторожно подвинулся, крепко укутывая в одеяло хрупкую девушку. В моём усталом разуме кипели миллионы мыслей. Что-то случилось с Исайей и Бет?

Может, их избили, или они в тюрьме? Если бы дело было в братьях, Киша или миссис Коллинз бы меня набрали.

— Это Оуэн Эмерсон. Отец Эхо. — Он сделал паузу.

Почесав голову, чтобы проснуться, я умолк и прошёл в другую часть подвала. Было бы не очень мудро начать разговор с того, что его полуголая дочь лежит у меня в кровати.

— Прости, что разбудил, но Эхо ушла утром из дома сердитой на меня и до сих пор не вернулась. — Я вытянул шею, чтобы просмотреть на часы на полу у кровати. Два часа ночи. Её папа, наверное, на грани приступа. Как ни странно, этого не скажешь по его голосу. — Она выключила телефон, потому мне пришлось обзванивать её друзей. Лила дала мне твой номер и сказала, что Эхо может быть с тобой.

Одеяло поднималось и опускалось в спокойном ритме дыхания девушки. Она пришла сюда и доверилась мне. Если расскажу ему, он приедет и заберёт её, разбивая моё сердце и, возможно, её веру в меня.

— Мистер Эмерсон…

— Пожалуйста, Ной, она моя дочь. Мне нужно знать, всё ли с ней в порядке. — Никогда не слышал столько отчаяния в голосе мужчины. Мне оно было знакомо, ведь я так же отчаянно хотел, чтобы Джейкоб и Тайлер были в безопасности.

— Она здесь. — Моё сердце перестало биться, ожидая стандартной промывки мозгов от её папаши.

— Как она? С ней всё в порядке? — Мне послышалось в его голосе… облегчение?

— Да, она спит. Не хочу её будить.

Он снова сделал паузу.

— Когда она заснула?

Э-э, когда же это было?

— Около часа.

— И до сих пор не просыпалась?

Хорошо, что я знаю о проблемах Эхо со сном, вернее о его отсутствии. Иначе, я бы подумал, что это очень странный вопрос.

— Да, сэр. Спит, как младенец.

Наступила тишина, и я ждал, пока он обдумает свои варианты: заставить меня разбудить её и отправить домой или дать ей поспать.

— Твои родители не против, что она там?

— Нет. — Они на озере, но даже будь они здесь и обрати внимание на то, что я привёл домой девушку, то только бы напомнили, что она не сможет здесь жить, когда я её обрюхачу.

— Можно с ними поговорить?

Нет.

— Они спят.

— Да, конечно. Эхо упоминала, что у тебя есть приёмная сестра. Я так предполагаю, что они сейчас делят комнату.

Практически.

— Да.

Ну, когда Бет здесь бывает, то спит на той же кровати.

— Пусть она позвонит мне, как только проснётся.

— Да, сэр.

— И ещё, Ной, спасибо, что сказал мне правду.

— Не за что.

Я повесил трубку и залез обратно в постель, крепче прижимая к себе Эхо.

***

Я проснулся с пустыми руками. Всю ночь меня согревало тёплое тело Эхо. Моё сердце сжало в кулак. Где она?

Мои глаза распахнулись и узрели самый соблазнительный вид в мире. Эхо растянулась рядом со мной в бикини и чёрном лифчике.

На кровати лежал её альбом, она резво рисовала карандашом.

На подушке покоилась фотография моих братьев.

— Привет, солнце.

Она быстро на меня посмотрела и скромно улыбнулась.

— Привет.

Я оглянулся на часы. Пол-одиннадцатого. Скоро придут Исайя и Бет, но просить её одеться было бы грехом.

— Как тебе спалось?

Улыбка сошла с её губ, но она продолжила рисовать.

— Лучше, чем обычно.

Моё сердце ухнуло вниз. Мне хотелось быть решением её проблем.

— У тебя были кошмары?

Девушка кивнула.

— Но не такие яркие. К тому же, я спала дольше, чем всегда.

— Почему меня не разбудила?

— Ты слишком милый, когда спишь. Видишь? — она повернула альбом и показала мне меня спящим.

— Над чем теперь работаешь? — я вырвал альбом и взял её за руку, когда она попыталась вернуть его.

— Не смотри. Я ещё не закончила. На самом деле, я просто балуюсь. Ной…

Я перевернул страничку, и моё дыхание перехватило.

— Пожалуйста, не злись. Я хотела подарить тебе что-нибудь. Ох, Господи, — простонала она. — Это была плохая идея.

Я оторвал взгляд от странички и взял её лицо в руки.