Роз Бейли - Тусовка инкорпорейтед

– Я однажды встречалась с таким же парнем, – сказала Джейд. – Эдакая «ночная бабочка».

– Ты должна поговорить с ним, – серьезно заметил Мерлин.

– Я пыталась. – Зоя посмотрела на сцену, там ли Змей. Ей не хотелось бы, чтобы он услышал их разговор. – И поверьте, я тщательно подбирала, слова, поскольку прекрасно понимаю, как болезненно люди воспринимают комментарии по поводу их поведения в постели. Он согласился заниматься сексом до того, как мы засыпаем или хотя бы по утрам. Однако когда я пытаюсь соблазнить его, он просто начинает трепаться. Однажды я… я ласкала его довольно долго, но все зря…

– Точно, типичный случай «ночной бабочки». Его сознание контролирует действия, подавляя эрекцию, пока он не впадет в полубессознательное состояние. Ну и, разумеется, алкоголь не способствует потенции.

– Откуда тебе все это известно?

– Просто ты читала мало специальных книг и трахалась лишь с несколькими парнями.

– Прогноз здесь не слишком хорош, – покачала головой Джейд. – Вам со Змеем придется как следует потрудиться, чтобы получить удовольствие в постели, а он, по твоим словам, не хочет особо напрягаться.

– Спасибо, доктор Джейд, доктор Мерлин. – Зоя скомкала салфетку. – Поверьте, я ни за что не стала бы встречаться с этим парнем, если бы мне не нравилось с ним просто общаться. Когда мы вместе, это напоминает единение разума. Знаете, это ведь он пишет большую часть текстов для «Осколков». И множество других групп записывают его песни. А как-то раз я проснулась утром и увидела его на полу – Змей записывал стихи на рулоне туалетной бумаги.

– Туалетной бумаги? – ухмыльнулся Мерлин. – Его стихи настолько паршивые? А чем он будет в случае чего подтираться?

Зоя вернулась мыслями в то утро, когда увидела Змея, нагишом распростершегося на полу. Тогда она впервые рассмотрела его тело при свете; он оказался стройным и подтянутым. Змей тогда напомнил ей статуи Микеланджело.

– У меня есть бумага, – пробормотала она, наблюдая за ним с кушетки.

– Этот рулон – то, что надо, – ответил Змей. – Знаешь, что Керуак написал «В дороге» на длиннющем листе, забытом какими-то архитекторами на чердаке дома в Виллидже, где он жил.

– Ага, – зевнула Зоя. – Я где-то читала, что оригиналы рукописей продают с аукциона за большие деньги.

– Так будет и с моими текстами, – гордо заявил он. Затем взял рулон и сел на кровать к Зое. – Что ты об этом думаешь?

Почерк у Змея был ужасный, но она разобрала написанное.

Солнечный блик, Зоины волосы,Скрытая страсть в Зонном голосе,Цвета индиго пожар.И в городе большом ты никогда не знаешь,Кого встретишь здесь, кого потеряешь.Солнечный блик, Зоины волосы,В темных глазах мудрости всполохи,Свет ее слов, ее снов.И в городе большом ты никогда не знаешь,Кого встретишь здесь, кого потеряешь.

Слова эхом отозвались в ее душе.

– Это прекрасно, – сказала Зоя. – И ты упомянул мое имя – как мило.

Она чмокнула его в щеку.

– Ты вдохновляешь меня, моя муза! – Змей развернул рулон бумаги и заплясал по комнате, размахивая им, как флагом. Гениталии при этом весело подпрыгивали.

Зоя вновь зевнула. Нет, пожар их сексуальной революции никак не разгорался, но в интеллектуальном смысле их многое связывало.

Вернувшись к реальности, Зоя сказала друзьям:

– В этом есть свое очарование.

– И вы, ребята, похоже, все-таки неплохо проводите время вместе, – подвела итог старая сводня Мышка.

– Именно так. Змей заставляет меня смеяться и задумываться. Это что-то вроде свиданий с корифеем рок-н-ролла. Нам классно вместе, по крайней мере, пока дело не доходит до постели.

– Упс. – Кто-то махнул Мышке из фойе, и она встрепенулась. – Пожалуй, я побегу, пока Элли не усадила на лучшие места каких-нибудь бродяг. Сейчас пришлю вам по «Маргарите» и закуски.

Зоя почесала нос, припомнив старую поговорку: «Нос чешется к поцелуям с дураком». В данном случае примета работала.

– Итак, у меня в жизни рутинный, пустой секс, Джейд все еще на стадии петтинга. – Она взглянула на Мерлина. – А как твоя личная жизнь?

– Слыша этот вопрос, я почему-то сразу начинаю защищаться. Порой мне кажется, вы, женщины, устанавливаете планку непомерно высоко.

– Ты не ответил на вопрос, – заметила Зоя.

– Все нормально, я полагаю.

– Это невнятно. – Джейд раскрыла меню.

– Секс замечательный. Но на этой неделе Джош немного напугал меня.

Зоя и Джейд внимательно выслушали историю о внезапном появлении матери Джоша.

– Он утверждает, будто никогда не встречался с ней и не имеет ни малейшего желания делать это, – рассказывал Мерлин. – Говорит, что она вышла замуж за совершенно несносного, отвратительного типа, но эта женщина называла его отцом Джоша. И если Джош никогда с ней не встречался, откуда ему известно, что этот человек действительно несносный и отвратительный? – Мерлин на миг прикрыл глаза, испытывая неподдельную боль. – Не знаю, чему верить и должен ли я пренебрегать его семьей. Понимаете… мы ведь собираемся пожениться в июле. Считайте меня сумасшедшим, но я раздумываю, не пригласить ли его мать на свадьбу.

– Ты сумасшедший, – сказала Джейд.

– А как по-твоему? – обратился Мерлин к Зое. – Ведь это бывает раз в жизни, и я бы не хотел, чтобы Джош потом жалел, что на свадьбе не было матери из-за его глупого упрямства. Стоит пригласить ее?

– Ты меня спрашиваешь? – поморщилась Зоя. – По мне, так это просто кошмар, но я всегда недолюбливала свою свекровь.

Взгляд Мерлина померк.

– Бог мой, неужели ты действительно хочешь, чтобы я поддержала тебя? – Она задумчиво закрыла меню. – Это сложный вопрос, я понимаю, но ты сам должен принять решение. Проблема, намой взгляд, в другом: ты действительно хочешь открыть этот ящик Пандоры для Джоша? Еще есть надежда, что Джош никогда не встретится с этой женщиной, но, пригласив ее на свадьбу, ты рискуешь унизить его, выставив напоказ ту часть жизни, которая ему крайне неприятна.

– Об этом я не подумал, – покачал головой Мерлин. – О Господи, почему я не понял этого? Я теряю способность логически мыслить. Тупею на глазах. Предсвадебная суета слишком пагубно действует на мой разум.

– Не волнуйся, дорогуша, – подбодрила его Джейд. – С такими друзьями, как мы, не пропадешь. Мы за тобой присмотрим.

49

Мышка поняла, что это очень важные типы, еще до того, как мужчина в темно-сером костюме и рубашке того же тона и женщина в черном платье и льняном блейзере подошли близко.

– Денни Эдвардс, – спокойно проговорил мужчина, протягивая визитку. – А это Шерил Вилланова. Мы из «Метрополис рекордс».