Взятка - Девни Перри

В моем сердце поселилась глубокая безнадежность. Единственное, что оставалось сделать, — это обратить гнев Дженнифер на себя. — Я не понимаю, о чем ты говоришь.

— Из-за тебя меня уволили.

— Нет, это не так. Я клянусь. Лейбл не позволял мне выбирать бэк-вокалистов. — В противном случае, Эверли была бы со мной в каждом туре.

Но это все равно была моя вина. Я была так поглощена своей карьерой, что не замечала, что происходит в моем собственном чертовом туре.

Кто-то уволил эту девушку. Я думаю, это был Скотт. И этот ублюдок обвинил в этом меня.

— Такая лгунья. — Дженнифер покачала головой. — Прямо как Меган. Я заткну тебя, как заткнула ее.

У меня по спине пробежал холодок.

— Что ты имеешь в виду? Меган покончила с собой.

Дженнифер ухмыльнулась.

— Разве?

Нет. Мой желудок сжался. Эта сумасшедшая сука убила мою ассистентку. Я не была уверена, как именно. Но в ее глазах безошибочно угадывался злобный блеск. Гордость за свои действия.

Она убила Меган. И она бы убила Эверли.

— Почему? Почему Меган? — спросила я. Если я смогу отвлечь Дженнифер, возможно, Эверли и дети смогут сбежать.

— Ей самое место в тюрьме, — сказала Дженнифер. — Она присвоила более пятидесяти тысяч долларов у своего бывшего сотрудника. Они этого так и не поняли. Но я нашла деньги. Я видела, как она тратила наличные и прятала их у себя дома. Под матрасом. Люди думают, что могут хранить секреты, когда никто не видит. Но я всегда наблюдаю.

Меня Меган тоже обкрадывала? Это не имело значения. Все это не имело значения. Единственное, о чем я беспокоилась, — это о том, чтобы вытащить отсюда остальных.

Я с трудом сглотнула.

— Чего ты хочешь?

— Мне нужна твоя жизнь. И у меня бы все получилось, если бы не ты. Так что, поскольку я не могу быть Люси Росс, я избавлю мир от Люси Росс.

К этому всегда шло. Всегда. Возможно, причина, по которой я сбежала из Нэшвилла, заключалась в том, что в глубине души я знала, что угрозы убийством были не шуткой. Это всегда касалось моей жизни.

— Пожалуйста, — прошептала я. — Отпусти их. Тогда ты сможешь делать со мной все, что захочешь.

— Нет, — запротестовала Эверли. — Люси, нет.

Я посмотрела на нее, умоляя увести отсюда детей.

Она покачала головой, и ее глаза наполнились слезами. Возможно, она знала, что я собираюсь сделать. Может быть, она просто была напугана.

Пожалуйста.

Слеза скатилась по ее прекрасному лицу, когда она кивнула.

Затем я посмотрела на Трэвиса.

Он вырастет хорошим человеком. Несмотря на проблемы, которые он доставлял в последнее время, он станет таким же человеком, как Дюк.

Мой Дюк.

Я не смогу снова сказать ему, что люблю его. Я не смогу заснуть в его объятиях. Я не смогу написать песню, в которой смогу отразить то чудо, которым был Дюк Эванс.

У меня был только один выход.

Я не позволю этой суке причинить вред Трэвису или Саванне. У них впереди была целая жизнь. А Эверли может закончить так же, как Меган.

Я смотрела на Дженнифер, и решимость струилась по моим венам. Вместе с непокорностью и ненавистью к себе. Эта сука могла прикончить меня, но она не причинит вред тем, кого я люблю.

Она заметила, как изменилось выражение моего лица, и на мгновение в ее злобном взгляде промелькнуло недоверие.

Я фальшиво улыбнулась ей.

— Да пошла ты, Дженнифер.

Ее губы скривились, и она направила пистолет мне в лоб.

На кухне воцарился хаос.

— Бегите! — закричала Эверли, толкая детей в гостиную. Саванна держала Трэвиса за руку и, когда она двинулась, вскрикнула и потянула его за собой.

Я бросилась на Дженнифер, мои руки потянулись к пистолету, как раз в тот момент, когда краем глаза я заметила вспышку, а в ушах раздался грохот.

Я бы схватила Дженнифер, повалив нас обеих на пол.

Но в этот момент на моем пути возникло большое тело. Тело, принадлежавшее мужчине, которого я любила. Дюк ворвался через заднюю дверь моего крошечного фермерского домика и загородил меня.

Как раз вовремя, чтобы поймать пулю.

Глава 21

Дюк

— Зачем ты это сделал? Зачем ты… — Сдавленный всхлип вырвался из горла Люси, оборвав ее слова, когда она прижала кухонное полотенце к моей рубашке, пропитанной кровью. Слезы текли по ее прекрасному лицу.

— Я в порядке.

— Но зачем ты это сделал? — простонала она, ее руки тряслись.

Я оттолкнулся здоровой рукой от пола, не обращая внимания на жгучую боль в плече и ребрах, затем взял ее за подбородок.

— Детка, посмотри на меня.

— Лежи спокойно. — Она покачала головой, так как рыдания не прекращались. — Эверли! Вызови скорую!

— Они уже едут.

Ее голос прозвучал ближе, чем я ожидал, и спокойнее. Она встретилась со мной взглядом, стоя у края островка, ее глаза были широко раскрыты, а лицо побледнело. Она сглотнула, затем ее взгляд переместился мимо нас с Люси, лежащих на полу.

На другое тело в комнате.

То, что лежало в луже крови.

Ее пуля попала мне в плечо. Моя попала ей между глаз.

— Она подстрелила его, — пробормотала Люси, еще глубже прижимая полотенце к моей ране. — Она подстрелила его. Она подстрелила его.

— Черт возьми. — Рядом с Эверли появился Трэвис. Он посмотрел на мертвую женщину, поднес кулак ко рту и подавился.

— Эверли, уведи их отсюда.

Никто не пошевелился.

— Эверли, — рявкнул я, заставив ее вздрогнуть и моргнуть, чтобы сфокусировать взгляд. — Пожалуйста.

— Пойдем. — Она кивнула и повернулась, взяв Трэвиса за плечи и отталкивая его от ужасающей сцены.

Когда я услышал, как открылась входная дверь, я выпрямился и прижался спиной к стене, морщась от боли и пытаясь дышать. Выстрел был произведен с близкого расстояния, и пулевое ранение причиняло невыносимую боль. Не помогло и то, что я сломал несколько ребер, когда прыгнул перед Люси и врезался в разделочную доску.

Но я перенесу эту боль без жалоб.

Потому что это означало, что она не получила пулю в сердце.

— Зачем ты это сделал? — прошептала Люси. — Ты мог бы…

— Люси, посмотри на меня.

Она избегала смотреть мне в глаза с тех пор, как раздался выстрел, и даже сейчас смотрела на мое плечо.

— Люси. — Я накрыл ее руку, лежащую на полотенце, своей и понизил голос. — Люси.

Наконец, ее ресницы медленно приподнялись, пока ее стеклянные зеленые глаза не встретились с моими.

— Зачем ты это сделал?

— Потому что ты — моя жизнь.

Подбородок Люси задрожал, и то, что до сих пор сдерживало ее