Благородный принц - Девни Перри

от Клифтон Фордж, и когда Люк вернется домой, он увидит мою записку и подумает, что я обратилась в ФБР. В конце концов, они найдут агента в соседнем доме, но сколько у нас было времени, прежде чем Воины убьют нас?

— Где мы? — спросила Кассандра. — Почему это происходит?

— Ты когда-нибудь слышала об «Арроухед Уорриез»?

Она сглотнула и кивнула, ее взгляд вернулся к двери.

— Одна из моих соседок по комнате из Эштона. Она рассказывала мне истории.

Больше похоже на ночные кошмары — вот только, они были правдой.

— Мне не следовало ходить в «Бетси», — прошептала она.

— Хм? — Боже, как у меня болела голова. Я изо всех сил старалась не отставать от Кассандры, не говоря уже о том, что происходило в моем собственном сознании. — А что случилось в «Бетси»?

— Две недели назад я приехала домой с подругой. Мои родители летом часто ходят в походы и разрешают мне пожить у них. Я учусь в аспирантуре в Миссуле и посещаю несколько летних занятий. Мои соседки по комнате любят веселиться, поэтому я приезжаю домой заниматься всякий раз, когда у меня перерыв. Но пару недель назад моя подруга захотела поехать со мной и посмотреть, где я выросла. Мы пошли в «Бетси», и там были эти ребята… — Она покачала головой. — Я не успела позаниматься, поэтому вернулась в эти выходные, чтобы наверстать упущенное.

— Да? — Я потеряла нить разговора.

— Мне нужно сдать работу через две недели. А в выходные, когда я привезла домой свою подругу, мы пошли гулять, и я написала всего две страницы. Поэтому я приехала домой на эти выходные, чтобы сбежать от своих соседок по комнате и покончить с этим.

И теперь она была в подвале клуба мотоциклетной банды.

В то время как наверху бушевала вечеринка.

Должно быть, дело близилось к ночи. Музыка, доносившаяся сквозь потолок, была красноречивым признаком того, что субботняя вечеринка Воинов была в разгаре.

Мы вдвоем сидели тихо, музыка была третьим человеком в комнате. Кассандра сидела неподвижно, не сводя глаз с двери.

Я закрыла глаза и потянулась к карману джинсов. Моего телефона не было. Блять. Возможно, он выпал во время похищения, но я подозревала, что теперь он у Воинов.

Это плохо. Боже, это так плохо. Я не была уверена, как мне выбраться отсюда самой, не говоря уже о том, чтобы тайком вытащить Кассандру.

Мои руки были крепко связаны, и Кассандра сидела в такой же позе. Наши лодыжки не были связаны, но даже если бы нам удалось открыть дверь, у нас не было возможности выбраться из этого здания незамеченными. Это место, вероятно, кишело людьми.

Боль в голове усилилась, и я сосредоточилась на своем дыхании, делая глубокие вдохи, пахнущие бетоном, отбеливателем и смертью.

Добрался ли Люк домой? Волновался ли он?

Черт возьми, я должна была оставаться на месте. Я должна была оставаться в тени. Если первой остановкой Воинов был дом агента ФБР, то Люк — следующей. Может быть, я просто сэкономила им время.

— Скарлетт. — Плечо Кассандры подтолкнуло мое.

Я резко вскочила, не осознавая, что почти заснула.

— Да?

— У тебя, наверное, сотрясение мозга.

— Наверное. — На макушке у меня было странное липкое ощущение. Вероятно, это была засохшая кровь.

— Будет лучше, если ты не будешь спать.

— Хорошо. — Я заставила себя открыть глаза, комната закружилась.

— Поговори со мной. Расскажи мне что-нибудь.

— Что, например?

— Эм… твое любимое место?

— Река Смит. — Если бы я могла просто немного вздремнуть, я бы снова оказалась там в своих снах. Вместо музыки я бы услышала шум реки. Вместо того, чтобы чувствовать холод и страх, мне было бы тепло под солнцем. И Люк был бы рядом.

Возможно, мы бы снова поговорили о наших мечтах. И на этот раз у меня был бы свой собственный ответ.

Чего я хочу от жизни?

Люка.

Жизни с Люком.

— Открой глаза.

Я повиновалась, сосредоточившись на пятне на стене напротив нас.

— Хорошо.

— Сколько тебе лет?

— Двадцать восемь.

— Мне двадцать четыре. — У нее были тонкие, юношеские черты лица. Кассандра была худощавой, но выше меня на несколько дюймов, учитывая, где мое плечо доходило до ее плеча. Из-за отсутствия макияжа и безупречной кожи она могла сойти за старшеклассницу.

— Ты не выглядишь на двадцать четыре.

— Я часто это слышу, — пробормотала она. — В каком месяце твой день рождения?

— В августе.

— Мой в мае. — Она пошевелилась, садясь прямее и вытягивая ноги. Ее руки, вероятно, онемели, как и мои, от холодного пола. — Откуда ты знаешь шефа Розена?

— Я люблю его. — Я склонилась набок, мои веки отяжелели, но мне удалось держать их открытыми.

Достаточно, чтобы, когда дверь распахнулась и внутрь вошли четверо мужчин, от меня не ускользнуло выражение лица Такера Талбота, когда он посмотрел на меня.

Один из мужчин был тем, кто ударил меня. Я не могла вспомнить его имя с тех пор, как жила здесь. Двое других были лейтенантами Такера. Куда ходил он, туда ходили и они. Оба были моложе Такера и не удостаивали меня даже взглядом, когда я жила здесь с Джеремаей.

Теперь я была в центре внимания.

Белый свет, струившийся в комнату из коридора, заставил меня вздрогнуть. Может быть, все-таки была не ночь. Я смутно припоминала ряд узких окон вдоль коридора из моего первого и единственного пребывания в этом подвале. Летние дни были долгими, но на улице все еще было светло.

Мы пробыли здесь не так долго, как я думала.

Такер изучал меня с непроницаемым холодным выражением лица, когда пересекал комнату и приседал передо мной на корточки. Его взгляд скользнул по моим волосам, задержавшись на том месте, куда меня ударили.

— Златовласка.

Я хотела плюнуть ему в лицо.

Что я и сделала.

Его челюсть сжалась, когда он полез в задний карман и вытащил бандану. Он насухо вытер лицо, затем бросил ее мне в лицо. От нее пахло бензином и смазкой, когда она врезалась мне в нос, а затем упала мне на колени.

Он ничего не сказал. Не пошевелился. Он просто уставился на меня своими темными глазами.

И я уставилась на него в ответ.

Подошел еще один мужчина, долговязый, с грязно-светлыми волосами, и пнул Кассандру в колено.

— Кто это?

— Она нас увидела, — сказал мужчина, который ударил меня.

— И поэтому ты забрал ее? — спросил блондин. — Тупой ублюдок. Разве ты не заметил, что федеральные агенты окружили это место? Я знал, что должен был пойти сам.

Такер поднял руку, прекращая разговор. Его глаза не отрывались от