Bad idea - Ана Эспехо

– Позволяешь какой-то девки помыкать собой? – он топчется на месте, сгорая от желания напомнить мне о моем месте в пищевой цепочке среди этих шакалов.

– Я тебе всё сказал, Брэд! – Хард разворачивается на пятках, но прежде, чем успевает уйти, Брэд бросает ему в спину последнюю фразу:

– Она крепко взяла тебя за яйца, Том! – у меня отходит кровь от лица, волосы встают дыбом на затылке, а по спине прибегает неприятный импульс. Томас замирает с каменным лицом и смотрит куда-то сквозь меня, перестав дышать, сжимая кулаки до хруста костяшек. Брэд ехидно скалится, посмеиваясь над правдой, которая сокрушила и уничтожила самого Томаса Харда, превратив его в жалкого парня, предпочитающего компанию одной и той же девушки. Хард возвращается к своему другу, лицезрея его ухмыляющуюся рожу и без лишних угрожающих слов, с правого хука, заезжает лучшему другу кулаком по лицу, попадая в скулу и в кровь разбивая нижнюю губу. От внезапного удара Брэд впечатывается в шкафчики и сползает на пол, прикладывая неимоверные усилия для сохранения собственного достоинства, остатки которого Хард выбил из него одним ударом.

– Меньше слов и действий Брэд, и твой внешний вид больше не пострадает! – Томас растирает сбитые и красные костяшки, наблюдая за другом, который в качестве ответа на предупреждение британца, сплевывает алую слюну ему под ноги.

Оцепенев и переспав соображать, я тупо разглядываю парней, которые никогда в жизни, по доброй воле не обратили бы на меня внимание. Теперь один из них набил морду своему закадычному другу и этот кто-то – Хард. Парень, меняющий девушек, как перчатки и относящийся к ним как к красивой конфетке, способной утолить его сексуальный голод. Парень, которому плевать на чувства девушек, стоит прямо передо мной с разбитой рукой, потому что вступился за мою честь. Хард ввязался в драку из-за девушки, с которой его связывают фиктивные отношения и собственными руками он разрушил ореол своей неприступности. Но почему? Пока я пытаюсь найти ответ, с удовольствием разглядывая разбитую рожу Брэда, Том хватает меня за руку и быстрым шагом уводит из коридора. Я успеваю только захлопнуть шкафчик, как и Томас, не обнаружив там ничего нужного.

С трудом поспеваю за брюнетом, настырно продолжавшим держать меня за руку и вести по пустынным коридорам. Он останавливается около дверей в библиотеку и переводит дух, отказываясь даже взглянуть на меня и объясниться. Томас убежден, что библиотечная табличка с надписью «соблюдайте тишину» не позволит мне повысить голос до шёпота. Наивный идиот!

Мы заходим внутрь и тихонечко закрываем дверь, целенаправленно двигаясь в сторону массивных книжных стеллажей, игнорируя при этом пристальный взгляд сурового блюстителя порядка и тишины – миссис Болм.

– Какого черта? – как только мы остаемся наедине, я обрушиваю свой шквал негодования и непонимания на британца. – Это правда? – только от одной мысли меня передергивает от отвращения. – Вы меняетесь девушками? – Хард проводит рукой по волосам. – Ты трахаешь девушку, потом она тебе надоедает, и ты отдаешь её Брэду! Это немыслимо! – мой яростный шепот переходит на полукрик и миссис Болм осуждающе поглядывает в нашу сторону, покачивая головой. – Со мной должно быть то же самое? – речь обо мне в извращенных секс-традициях Томаса и его друга, возвращает брюнета в реальность и исходящее тепло от его карих глаз, разжигает во мне желание избить его и одновременно поцеловать. – Вы договорились об обмене до того, как заключили спор или после? – застыв на месте, мне хочется рвать и метать, и будь моя воля и отсутствие последствий от моего поступка, я бы разнесла к чертовой матери эту проклятую библиотеку, столкнув один стеллаж на другой и так по кругу, пока расставленные книги в алфавитном и тематическом порядке, не превратятся в одну сплошную груду рваной бумаги.

– Я не собирался тебя никому отдавать! – Томас ставит руки на пояс, наклоняя корпус чуть вперед.

– Брэд думал иначе, – во рту появляется солоноватый привкус, а глаза начинает нещадно щипать, но я не позволю Харду видеть моих слёз. Он не заслужил такой чести.

– Молодые люди, потише, – миссис Болм не выдерживает нашего бесцеремонного поведения, нарушающего ее тишину.

Хватаю Харда за руку и веду за собой по направлению к небольшой комнате, которая служила и складом, и учебным уголком для моих поздних занятий. Сейчас я задерживаюсь в библиотеке только по надобности: отбыть наказание и провести заседание клуба «Отчаянные», но ничего, что могло связать мою задержку с учебой. Гениальная студентка Беркли буквально начала забивать на обучение!

– Приятно сюда возвращаться, – кареглазый черт мурлычет как довольный кот прямо мне в шею и восхитительные мурашки сводят затылок. Думает события вчерашнего дня как-то повлияют на ситуацию и поумерят мой гнев.

– Вы меняетесь девушками и трахаете их по очереди! Уму непостижимо! – искренность моего удивления и детского неверия граничит с раскрытием тайны мироздания! – Но почему я не удивлена? – Том стоит около двери на тот случай, если я вдруг наброшусь на него с кулаками, он рассчитывает по-быстрому сбежать.

– Ты сказал, что не собирался отдавать меня Брэду, почему? – складываю руки на груди и облокачиваюсь на стол, дыша спертым воздухом старых книг и деревянных книжных полок. – Ты переспал со мной, выиграл спор, я больше не представляю для тебя ценности, Том! Что изменилось?

– Ты называешь меня по имени только когда злишься, – Хард облизывает губы и приближается ко мне, а я выпрямляюсь, чувствуя напряжение, – и когда кончаешь, – влажные губы Томаса расплываются в блаженной улыбке, а я ненавижу себя за отсутствие силы воли перед этим подлецом.

– Как это относится к разговору? – вздергиваю подбородок и стараюсь вернуть себе непринужденный суровый вид.

Хард подходит ко мне вплотную и прижимается своим твердым телом к моему, размякшему и податливому. Склоняется к моему уху и обдавая горячим дыханием кожу на шее, произносит:

– Майя, ты такая сексуальная, когда злишься, – я хватаюсь за край стола и обреченно выдыхаю, кожей чувствуя, как Томас удовлетворенно улыбается, радуясь своей победе и своему умению безотказно влиять на меня, сбивая с толку.

– Я жду объяснений, Том, – кладу ладонь ему на грудь, слегка отстраняясь. – Почему я все еще интересую тебя? – пытаюсь заглянуть в его глаза и понять, что он скрывает. Но Хард отворачивается и отходит. Несколько минут не поворачивается, дыша через раз.

– Том! – плечи британца вздрагивают, и он слегка поворачивает голову в мою сторону, показывая, что прекрасно слышал меня и с первого раза.

– Майя, – он оборачивается и не глядя мне в глаза, садится на корточки, перебирая пальцы рук, – полюби меня, – голос Томаса звучит так