Аира - Фей для Ксюши

Рассвет настает, ты открываешь глаза,

Прижимаешься нежно, шепчешь: "Люблю тебя".

Я же в ответ как всегда молчу,

Не в силах сказать как я быть рядом хочу...

Но знай:

Ты мне нужна как воздух.

Обидишься ты, уйдешь от меня

Мне будет хуже день ото дня

Хотел бы признаться, хотел бы сказать,

Но легкие воздух начинают терять.

И я задыхаюсь

Вернись умоляю...

Но еле слышен мой вздох...

Ксюха, я тебя люблю...

Он наконец оторвал взгляд от гитары и посмотрел на меня. Последний раз дёрнул струны...

- Ты мне нужна как воздух...

Так он там и стоял, задрав голову и смотрел на меня, совершенно не обращая внимания на скучковавшихся рядышком случайных прохожих, видимо желающих досмотреть представление до логического, ну, или хоть какого-нибудь конца. Эх, знать бы, что у него на уме...

- Девка, парень-то околеет у тебя! - заорала мне сухонькая бабуська с авоськой. - Али отморозит чего нужное!

Я размышляла лишь секунду - мне и самой было ужасно холодно ступням. Поэтому приглашающе махнула Тимке, чтобы он поднимался уже в квартиру, и сама поспешила в уютное тепло кухни, лишь краем глаза ухватив, как Фейка, подхватив старушку в охапку, целует ее в морщинистые щеки... Ладно уж, эту старушку я ему так и быть прощу.

Тимка явился через 10 минут, когда я уже с ума сходила от нетерпения и избытка фантазии. Нарисовался на пороге, скромно позвонив в и без того незапертую дверь.

Сказать по правде, меня трясло. И Фейка тоже как-то неловко переминался на махровом коврике со скромным напоминанием о приличиях, гласившем, что "Даже боги вытирают ноги".

- Прости, я вчера ерунду сказал, - наконец произнес Булыгин. Я скромно кивнула - хотелось какого-то взрыва, скандала... или просто поорать что ли, чтобы выпустить наконец бурю эмоций клокотавшую уже у самого горла.

- Не стой на пороге, заходи раз пришел, - шмыгнула я сопливым носом.

С опаской шагнул в прихожую, таща за собой огромный букет алых роз, при виде которых у меня в животе что-то булькнуло, недовольно заворочалось.

- Отличный спектакль, - едко заметила я. - Не хуже, чем у твоей подружки, как там ее? Анька? Ленка?

- Лера, - глухо произнес Булыгин, прикрывая за собой входную дверь.

- Во-во, Лерка, - покивала я - хотела злорадно, но в носу вдруг засвербило и я отчаянно громко чихнула. Злорадный эффект, так сказать, потонул в соплях. Но я решила не сдаваться, продолжая заниматься самораспалением: - Что ты ей там поднимал? Самооценку в глазах окружающих?

Тим молча пристроил букет на скамеечке под зеркалом, нарочито медленно стянул с ног начищенные ботинки, аккуратно повесил пальто на вешалку, оставшись в джинсах и приятной темно-синей рубашке в мелкую вертикальную полосочку...

- Ты почему босиком? - спокойно поинтересовался он после этого.

Вопрос меня слегка сбил с толку. Я замялась, с покорностью загипнотизированного кролика наблюдая как Тимофей приближается ко мне. А этот удав остановился чуть ли не в плотную к моей маленькой тушке, протянул руку и осторожно коснулся лба, заставив поёжиться от ощущения как десять миллионов мурашек разбегаются по моему телу.

- Чёрт! Да ты горячая, как печка! - возмутился удав, сбрасывая с меня оцепенение.

- Это ты, дурак, холодный! Это ж надо в такой мороз пальтишко осеннее нацепил, выпендрёжник!

- Я выпендрёжник? Ты уж определись для начала чего ты хочешь, а потом претензии предъявляй!

Я даже подавилась от возмущения.

- Хочешь сказать, я всю жизнь мечтала чтобы ты ко мне посреди зимы в осеннем пальто припёрся?

- Я хочу сказать - кто-то требовал романтики, как в кино!

Я припомнила, что да, в тот единственный раз, примерно неделю назад, когда я все-таки ответила на Тимкин звонок (каюсь, была не так чтобы совсем трезвой, потому как у Авелин случился день рождения), я что-то такое наорала ему в трубку про романтику в его исполнении, но отчего-то всё время не в мой адрес. Вот, я ему и слова почти сказать не дала, а Тим может еще тогда помириться хотел... а я просто боялась, что он названивает, чтобы сказать: "Забирай уже от меня свои шмотки".

Выходило, что романтики я действительно требовала, но признаваться в этом? И при чем здесь пальто?

- Не ори на меня! - лучшая защита - нападение.

Феечка офигел - это отчетливо было видно по его лицу, в частности по поползшим вверх бровкам. И он возможно так бы и стоял в легком ступоре, но я опять громогласно чихнула.

- Так. С меня хватит, - меня отодвинули в сторонку и в наглую протопали в мою же комнату. Без спросу зарылись в мой шкаф (шкаф - предатель, даже не сопротивлялся) и извлекли на свет божий шерстяные носки с кривоватыми снежинками - видно у бабушки моей тоже не все так гладко с рукоделием.

Забота умиляла, но я не собиралась подчиняться.

- Если ты думаешь, что я собираюсь их надевать...

- О, нет. Я как раз надеялся, что ты откажешься.

Фейка совершил подлый захват моего ослабленного организма и не очень-то аккуратно бросил на незастланную кровать, после чего взгромоздился на меня сверху, прижав мои руки к подушке, чуть выше головы. Я дернулась раз, другой, но с таким мамонтом мне было не справиться - Тимка лишь крепче сжал меня и некоторое время насмешливо рассматривал мою пыхтящую физиономию. После чего все таки наклонился и прижался к моему рту в требовательном поцелуе и я б с радостью сдалась и ответила, но к несчастью, почти сразу начала задыхаться... И это, вообще-то, насилие!

- А теперь мы спокойно поговорим, - сообщил Тим, очень неохотно давая моим несчастным лёгким доступ к кислороду.

Да-да, и это его "спокойно" уже упиралось мне в живот.

- Во-первых, я уже попросил прощение за вчерашнюю неудачную шутку...

Ну, попросил.

- Прощаю.

- Во-вторых, что касается Лерки... Тебе ведь Рита наверняка уже все объяснила по поводу того дурацкого поцелуя? - Тим выжидательно уставился на меня и мне пришлось согласно кивнуть, потому что про этот "дурацкий поцелуй" я слышала уже раз сто не меньше. - Понимаешь, не мог же я сначала о любви орать, а потом отпихивать её?

- А нечего вообще посторонним девушкам о любви орать!

- Да, согласен. И это в-третьих. Обещаю, что больше никогда не буду устраивать подобного рода представлений. Я бы и с Лерой уже не стал, но я ей давно обещал, понимаешь?

Ух, я такой понимающей стала - опять кивнула. Тим в благодарность потерся носом о мою шею и наконец отпустил мои руки, одна из которых тут же уцепилась за его шею, а другая сама собой зарылась в отросшие волосы, чтобы притянуть Фейкину голову еще ближе. Наконец-то...