Татьяна Тронина - Русалка для интимных встреч

— У тебя есть любимая девушка? — опять засмеялась Валя.

— А как же! — важно ответил Ваня и искоса стрельнул в нее хитрым взглядом. — Ее зовут Валентина, и у нее зеленые глаза, словно у русалки.

— Не зеленые, а болотного цвета, — поправила она.

— Нет, зеленые!

— Но девушка замужем!

— Ничего, не такая большая проблема…

Они веселились и дурачились — странное дело, это оказалось не так сложно. Правда, завтрак немного испортил Вале настроение — у Вани совсем не было аппетита, еда вызывала у него отвращение. Несколько ложек овсяной каши — и все…

— Скажи честно, Валька, это ты унаследовала от своей матери?

— Что — это?

— Любовь к диетическому питанию…

— А то ты не знал!

— Предлагаю посетить какой-нибудь шикарный ресторан и наесться от пуза чем-нибудь таким, что не имеет никакого отношения к диете…

— Ванька! Запомни, я не потерплю никакой критики в адрес своей кухни!

Они обнимались, они ласкали друг друга с такой неутоленной жаждой, словно стремились наверстать то, что было упущено за прошедшие годы. За окнами блестела на солнце река, медленно плыл по ней прогулочный теплоход — едва слышно доносилась издалека веселая музыка.

— Пойдем завалимся куда-нибудь! — с азартом повторил свое предложение Ваня. — Будем есть и пить — словно завтра конец света…

— Пойдем!

— Только, знаешь, заглянем сначала в какой-нибудь магазинчик… — с вдохновенным лицом продолжал он. — Купим тебе что-нибудь эдакое, сумасшедшее…

— Из одежды?

— Да!

Они быстро собрались и поехали в центр. В одном из главных универмагов Валя с Ваней бродили по этажам, заглядывая во все отделы подряд.

— Ты никогда не думала о красном нижнем белье? — спросил Ваня.

— Это одно из твоих тайных желаний? Ванечка, а я думала, что ты эстет! — засмеялась Валя. — Красное белье… Сейчас, наверное, какие-нибудь другие модные тенденции. Давай спросим продавщиц!

— Продавщицы — дуры, я нигде не видел продавщиц, которые могли бы дать дельный совет. Либо им на все наплевать, либо они всеми силами стремятся продать какой-нибудь неходовой товар, — не согласился Ваня. — Я настаиваю на красном белье — думай обо мне что хочешь…

Они набрали кучу разных комплектов, в том числе и красного цвета.

— Тебе не кажется, что мы похожи на детей, которые наконец дорвались до взрослой жизни? — спросила Валя.

— Кажется. Впрочем, не будем себя ни в чем ограничивать. Ну-ка, заглянем в соседний отдел!

В соседнем отделе было куплено дымчатое атласное платье на тоненьких бретельках с газовой пелериной, которая накидывалась на плечи. Как уверяла продавщица, платье — писк вечерней моды. Впрочем, Валя с Ваней почти не слушали ее щебетание, они руководствовались только своими фантазиями. Платье было безумно дорогое — во всяком случае, Илья никогда бы не подарил такое Вале.

Она стояла перед зеркалом, вертясь в разные стороны. Волосы она распустила, и они волной прикрывали обнаженные плечи, газовая пелерина спускалась к локтям.

— Ты царица! — с восторгом произнес Ваня. — Честное слово, ты красавица, Валька!

Потом к платью были подобраны туфельки, сумочка и даже длинные, до локтей, перчатки — хотя Валя никогда не носила перчаток, кроме периода осенне-зимних холодов. Затем к списку покупок прибавились домашний халатик из шелка, такая же ночная рубашка, простенькие домашние тапочки стоимостью в целую зарплату библиотечного работника, жемчужное колье и жемчужные же сережки, несколько коробок парфюма, роскошная бижутерия для волос, несколько брючных костюмов для повседневной жизни… Покупками они забили весь багажник и салон машины.

Потом они вернулись домой и долго выбирали ресторан, в котором хотели бы поужинать. В конце концов забронировали столик в каком-то новомодном заведении недалеко от дома, в котором поселились.

— Эх, гульнем! — в очередной раз торжественно провозгласил Ваня. — На обратном пути за руль уже не сяду…

В десятом часу они оправились в ресторан. Валя чувствовала себя немного странно — в этом платье, с роскошной и бесполезной сумочкой, в которую, кроме тюбика губной помады, ничего не влезало, с заколками в волосах («Ты — как испанская принцесса!» — восхищался Ваня), благоухающая божественным ароматом дорогих духов… Но когда они вошли в зал ресторана, неловкость у нее прошла. Здесь, в интерьерах под антиквариат, Валя почувствовала себя вполне к месту.

Перелистывая меню, она старательно выбирала те блюда, которые, по ее предположениям, не могли навредить Ване.

— Валька, к черту парную телятину и запеченную форель! — засмеялся Ваня, выслушав ее предложения. — Нажремся устриц и свинины, закажем целый тазик черной икры… И коньяк. Настоящий дагестанский коньяк, а не французский одеколон! Пусть он хоть сто раз правильный, но я его терпеть не могу.

— Ванечка, да ты патриот! Только устрицы в этом случае лишние.

— Нет, от устриц я не откажусь, — упрямо покачал он головой. — А завтра пойдем в какое-нибудь китайское или японское заведение, будем пробовать змей и ядовитых рыб…

Заказ был сделан, Валя отправилась в дамскую комнату.

За мраморными колоннами, в отдельном закутке, вдруг мелькнуло чье-то знакомое лицо. Стае Сокольский…

— Ты? — с изумлением воскликнул он. — Господи, как тебя там…

Это «как тебя там» покоробило Валю. Столько лет она была лучшей подругой его жены, а он так и не удосужился запомнить ее имя.

— Валентина! А я тебя сразу и не узнал. Можно тебя на минутку?

Она подошла ближе. Стае сидел за столом, а перед ним стоял большой хрустальный графин, уже наполовину пустой, и миска с салатом. Стае, по всей видимости, тоже был патриотом — водка и салат «Оливье». Рядом с ним за столом приютился какой-то молодой человек, заросший трехдневной щетиной, с грустными испуганными глазами.

— Это мой секретарь, Вова… — указал на него пальцем Сокольский. — Вова, как твоя фамилия, я забыл…

— Киселев, — вздохнул тот.

— Точно! Вова Киселев!

То, что Стае был пьян, не вызывало никаких сомнений. Валя хотела тут же уйти, но тот проявил завидную настойчивость, и, чтобы не привлекать внимания, Валя скользнула к ним, за мраморные колонны, обвитые плющом.

— Валька, садись… Слушай, ты шикарно выглядишь! Нехилый прикид… Да ты стой… Ты в курсе, что Лидка меня бросила?

По обнаженной спине Вали побежали мурашки.

— Бросила? — рассеянно переспросила она. — Лида… Ах, ну да.

— Ты знала. Признайся, ты ведь все знала! — пьяно рассмеялся Сокольский. — Вован, слышь, это Лидкина подруга! Но мужья всегда узнают последними.

Вова пожал плечами и с тоской посмотрел на полный стакан, стоявший прямо перед его носом. Пить ему явно не хотелось, да и захмелевший хозяин не вызывал никаких положительных эмоций. Только по долгу службы он находился здесь.