Пейдж Тун - Люси в небесах

Когда Джеймс выходит спустя десять минут, я решительно ему это объявляю, но он ничего не отвечает. 

— Куда ты ходил? — вопрошаю я. 

— Ты не имеешь права спрашивать меня о таких вещах. — Он говорит так, словно я чужой человек. 

— Мы можем это обсудить? — умоляю я. 

— Знаешь что? — Он поворачивается и зло смотрит мне в глаза. — Я сыт по горло разговорами. Давай покончим с этим, а? 

— Что ты имеешь в виду? — тревожусь я. — Ты имеешь в виду — расстанемся? 

— Нет. — Он смеется, и на секунду мне кажется, что я вижу моего чудесного парня, но его смех вдруг становится мрачным. — Я просто имел в виду, давай больше не будем об этом говорить, я уже замучился трепать языком. 

Слава богу. 

— Пожалуйста, можем мы… 

Я подхожу к нему, желая, чтобы он обхватил меня своими сильными руками и крепко прижал к себе. Он касается своей ладонью моей. 

— Все в порядке, Люси. — Джеймс вытирает слезы, текущие по моему лицу. — Все будет хорошо. 

Он обнимает меня так крепко, что я едва могу дышать. Кладу ему голову на плечо. Спустя миг он отстраняется. Я думаю, что сейчас мы пойдем в спальню, но он предлагает: 

— Давай посмотрим, что по телику есть. 

Остаток дня мы проводим в странной нереальной тишине, делая все возможное, чтобы забыть последние двадцать четыре часа. 

          ***

На следующее утро не хочу идти на работу. Веки все еще припухшие, а лицо в пятнах ото всех слез, что я пролила за выходные. Решаю позвонить и сказать, что заболела, но раз уж Джеймс ушел в офис как ни в чем не бывало, заставляю себя встряхнуться. 

— Что с тобой? — распахивает глаза Хлоя, едва я усаживаюсь за свой стол. Я опоздала на двадцать минут. Качаю головой и не отвечаю. Через несколько минут, когда компьютер загружается, получаю от нее письмо: 

«Что случилось? С Нейтаном все в порядке?» 

Не хочу это обсуждать. Отписываюсь: 

«Поговорим потом». 

Я весь день избегаю ее многозначительных взглядов и по возможности притворяюсь, что все как обычно. Идя в очередной раз к своему столу, замечаю, что Хлоя с Джеммой шепчутся, но при виде меня замолкают. Стараюсь не заострять внимания. 

Ближе к концу дня отправляю Нейтану смс: 

«ПРОСТИ ЗА ВЧЕРАШНЕЕ. НАДЕЮСЬ, ПЕРВЫЙ ДЕНЬ ПРОШЕЛ НОРМ?»

Спустя мучительные полчаса он присылает: 

«АГА, СУПЕР». 

Он не упоминает о нашем телефонном разговоре. Мне от этого становится нехорошо.

          ***

— Звонила ему сегодня? — спрашивает меня позже за ужином Джеймс. 

— Нет, — честно отвечаю я и внимательно гляжу на него. — Только послала сообщение, чтобы пожелать удачи в первый рабочий день.

— Люси, ради всего святого! — Джеймс бросает на стол нож с вилкой и отодвигает стул. 

— Я должна была! — восклицаю я. — Он же не знает, что происходит! Было бы странно вот так его слить. 

Джеймс встает, оставив полупустую тарелку, плюхается на диван и включает телевизор, сделав звук погромче. Я в унынии смотрю на него. Проклятый телевизор. Есть уже не хочется, так что я убираю со стола и свой прибор. Джеймс больше не поднимает эту тему, так что мы просто сидим и молча смотрим документальный фильм о дикой природе. В конце концов я иду в постель, и он вскоре тоже приходит. Между нами огромное расстояние. Засыпаю, чувствуя себя совершенно несчастной. 

          ***

Вторник не приносит облегчения. Я не звоню и не пишу Нейтану, и он тоже никак не дает о себе знать. Что же будет дальше? Это просто катастрофа. В очередной раз проклинаю себя за то, что открылась Джеймсу о своих чувствах к Нейтану. Но что я могла сказать? Мне не стоило, черт побери, засыпать в его комнате! Почему я это сделала? 

Но это и так произошло бы рано или поздно. Признайся себе в этом, Люси! 

Девчонки стараются вытащить меня пообедать, но у меня так много работы, что это сходит за вполне приемлемую отмазку. Хлоя продолжает доставать меня письмами, пытаясь выведать, связано ли мое подавленное состояние с Нейтаном, но я непреклонна. Конечно, когда-нибудь придется все ей рассказать, но я абсолютно не желаю делиться с ней своими горестями прямо сейчас. 

К среде становится немного легче. Мы с Джеймсом заключили что-то наподобие хрупкого перемирия. Он спросил меня, звонила ли я вчера Нейтану, и я с чистой совестью сказала «Нет». 

Девочки снова пытаются пригласить меня куда-нибудь, но я динамлю их отговорками про работу. Вечером выхожу из офиса в полседьмого, и Хлоя выбегает за мной вслед. 

— Люси! Стой! — зовет она. Я останавливаюсь. — Что происходит? Почему ты сама не своя? — пыхтит она, догнав меня. — Это все из-за Нейтана или из-за Джеймса? 

— Из-за них обоих. 

— Выпьем? 

Я колеблюсь. 

— Да давай уже! — подзадоривает подруга. 

В темном баре мы ставим свои бокалы с вином на стол, и я раскрываю ей все карты. Она терпеливо слушает. 

— Ну и угораздило же тебя, — подытоживает Хлоя, когда я заканчиваю рассказ. — Кошмар. 

— Угу. 

— И что ты собираешься делать? Будешь продолжать видеться с Нейтаном? 

— Даже не знаю, — слабо пожимаю я плечами. 

— Люси, поговори со мной! Перестань держать это в себе! — требует она. — Что у тебя на уме? 

— Что у меня на уме? Да то, что я в полной заднице! — «Хочешь правды? Ну, слушай». — Я втрескалась в двадцатитрехлетнего, то есть, двадцатичетырехлетнего серфера, строителя или кто он там, мать его, который словно прилетел с другой планеты! Я не доверяю своему парню, чтоб его, и не знаю почему. Вот уж ирония судьбы, да? Потому что из нас двоих об измене подумываю именно я! 

— О боже! — закатывает глаза подруга. 

Делаю глубокий вдох и горестно смотрю на нее, положив подбородок на руки. 

— Эй! — Она нагибается через стол, чтобы успокаивающе похлопать меня по руке. — Все устроится. — Я не отвечаю. Хлоя запинается. — Ты же не собираешься и впрямь изменить Джеймсу? 

— Нет. 

«Да. Может быть».

— Хорошо. Потому что это только все усложнит, точно тебе говорю. 

— Знаю… 

Конечно, я знаю. Но я также знаю и то, что поцелуй меня Нейтан тогда в Сиднее, я бы стопудово ему ответила. И от признания этого факта мне только хуже. 

          ***

В четверг Джемма и Хлоя демонстративно выдергивают меня на обед. Я пытаюсь убедить их, что у меня полно работы, но они непреклонны. Мы садимся в кафе и заказываем официантке сэндвичи. Наконец коллеги поворачиваются ко мне со странными выражениями на лицах. И я сразу понимаю: что-то тут не так. 

— В чем дело? — Я нервничаю. Они косятся друг на друга. — Что? 

— Э… У Джеймса есть сестра? — спрашивает меня Джемма.