Юна-Мари Паркер - Великосветский скандал

Серж усмехнулся:

– А что будет, если они попытаются с тобой связаться по телефону? Уж лучше бы сказала, что я тебя похитил и утащил в горы… где насиловал весь уик-энд.

Оба рассмеялись.

– Если бы был только ты! Ничего лучше и придумать нельзя. Но все последние дни – это какой-то сплошной кошмар!

Серж поднял бокал:

– За тебя, любовь моя! А если говорить серьезно – так ли необходимо тебе ехать в Англию?

Франческа кивнула:

– Я должна до конца разобраться в этой запутанной истории. Она здорово раскачала положение компании, и я намерена все выяснить.

– Опять для тебя работа важнее всего, любовь моя. – Серж положил себе салата и пододвинул салатницу к Франческе. – Когда мы с тобой окажемся на первом месте?

– Ой, Серж, ты несправедлив! Я уеду всего на несколько дней. И ты должен понимать, насколько это важно.

– Все, имеющее отношение к «Калински джуэлри», чрезвычайно важно, с твоей точки зрения, – глухо сказал Серж, и взгляд его как-то потух. – Ты много раз ездила по делам в течение этого года. Ты когда-нибудь намерена перейти к оседлой жизни, завести ребенка, вести нормальную, размеренную жизнь?

Франческа тяжело вздохнула:

– Милый, ты же видишь, как все получается! И эта история с ожерельем… Постарайся понять, что моя жизнь делится надвое: одна часть принадлежит тебе, вторая – компании.

Серж наклонился и снова наполнил вином бокал Франчески. Она никак не хотела терять Сержа: он внес тепло, счастье и любовь в ее жизнь, она искренне любила его, но у нее была также и работа, которая значила для нее очень много. Правда, ей не хотелось даже себе признаваться в том, что работа значила для нее больше.

– Конечно, я понимаю, что тебе необходима определенная свобода, но мне хочется, чтобы мы наконец поженились и создали семью. Я хотел бы, чтобы мы были настоящей семейной парой. Но сейчас мне кажется, что жениться на тебе не легче, чем выйти замуж за президента Соединенных Штатов! – Серж невесело улыбнулся.

– Вот поэтому я хочу, чтобы все оставалось как есть! – воскликнула она.

– Я понимаю, что ты еще не готова выйти замуж, – медленно проговорил Серж, любовно глядя ей в глаза. – Ты должна покорить горы, прежде чем сочтешь себя готовой стать женой и матерью.

– А ты подождешь меня? – вдруг обеспокоенно спросила Франческа. Она слышала в себе два внутренних голоса. Один говорил: я люблю его, я нуждаюсь в нем и хочу, чтобы он был всегда рядом. А другой твердил: ты любишь также свою работу, ты нуждаешься в ней.

– Буду ждать тебя до тех пор, пока твои волосы остаются каштановыми, а глаза – темно-карими, – пошутил Серж. – Значит, ты вернешься через несколько дней?

Франческа взяла руку Сержа и крепко ее сжала:

– Обещаю. – Гай собирался прилететь в Нью-Йорк в пятницу утром, и это значит, что она должна вернуться раньше. – Знаешь, Серж, как только история с ожерельем прояснится, давай отправимся в путешествие. На Бермуды или куда-нибудь еще. Ты прав, мы мало времени уделяем личной жизни. Как ты на это смотришь? – В ее голосе вдруг послышались легкие нотки безрассудства. Она должна попытаться установить баланс между Сержем и «Калински джуэлри». Она должна заставить его понять, что он ей нужен и важен. – Как тебе нравится эта идея? – проворковала она.

Серж потянулся через стол и нежно поцеловал ее в губы.

– Это самая лучшая идея, какую ты высказала за долгий период времени, – сказал он.

Франческа ожидала Гая в аэровокзале, в месте появления прибывающих пассажиров, когда его самолет приземлился в пятницу утром в аэропорту Айдлуайлд. Гай поджал губы, а на лице его появилось выражение досады, когда он увидел сестру.

– Что ты здесь делаешь? – ледяным тоном спросил он.

– Нас ожидает машина, – сказала Франческа. – Думаю, нам лучше переговорить, прежде чем ты встретишься с мамой. – Она зашагала к машине, демонстрируя стройную фигуру в шерстяном костюме аметистового оттенка. На лацкане поблескивало одно из украшений, исполненных Сержем, – бриллиантовая корзинка, наполненная аметистовыми фиалками с изумрудными стебельками.

– Мне не о чем с тобой говорить, – отрезал Гай, наблюдая, как его багаж укладывают в машину. – Ты уже и без того доставила мне кучу неприятностей. А сейчас хочешь втянуть меня в грязную историю и опозорить, особенно в глазах мамы. И все кончится тем, что тебе придется принести мне публичные извинения от имени компании, и ты будешь выглядеть круглой дурочкой. – Гай раздраженно сел на заднее сиденье «линкольна» и с мрачным видом уставился в окно.

Франческа посмотрела на надменно отвернутое лицо Гая, поражаясь его наглости.

– Я была в Лондоне в среду, – сообщила она.

Гай отреагировал лишь тем, что слегка приподнял брови и скривил губы.

– Я встречалась с принцессой Муной.

Гай резко повернул голову и злобно сверкнул глазами. Однако и на сей раз ничего не сказал.

– У нас состоялся очень интересный разговор, – продолжала Франческа. – Похоже, ты нанес ей краткий визит, когда, по идее, был в Палм-Бич.

– Я был в Палм-Бич, – поспешил сказать Гай.

– Но не десять дней, – возразила Франческа. – Ты сбежал в Лондон и сделал ей некое предложение, разве не так?

– Вонючая сучка! – взорвался Гай. – Я убью эту сисястую корову!

Пропустив мимо ушей реплику Гая, Франческа продолжила свой рассказ:

– Ты запугал ее, грозя сообщить ее отцу, что она за последние годы купила множество драгоценностей и дорогих подарков своим любовникам. Ты раскопал это в наших гроссбухах и использовал информацию для шантажа принцессы, зная, что согласно строгим законам Корана отец отдаст приказ убить ее за адюльтер. Конечно, ее не забьют до смерти камнями, – саркастически заметила Франческа, – такая смерть уготована только крестьянам. Ее просто возьмут и расстреляют, все очень даже чисто.

Гай хранил молчание, лишь сжимал и разжимал челюсти.

Франческа между тем продолжала:

– Принцесса расплакалась и все мне рассказала. Мне стало очень жалко ее. Она была совсем девочкой, когда отец отдал ее замуж за шестидесятилетнего кузена. И она завела любовников, встречалась с ними днем, когда все думали, что она занимается покупками. Для этого она снимала номера люкс в «Дорчестере» в Лондоне или в «Ля Тремуй» в Париже – естественно, под вымышленным именем. Она покупала золотые часы, запонки из драгоценных камней в «Калински джуэлри» и просила доставить их тому или иному мужчине. Поэтому их фамилии зафиксированы в наших гроссбухах. Ты использовал конфиденциальную информацию, чтобы запугать принцессу. Она согласилась купить твое молчание за четыре миллиона наличными, которые должны быть выплачены четырьмя взносами и которые ты, без сомнения, положил в банк. Я права?