Элизабет Лоуэлл - Жемчужная бухта

– Вы видели его товар?

– Конечно.

– Опишите жемчужины.

– Трех размеров. Двенадцати, четырнадцати и шестнадцати миллиметров. Круглые, как шарики. Жемчуг – высший сорт.

Ханна явно ощутила, как ухнуло сердце. Она исследовала свои ногти, изо всех сил пытаясь сохранить спасительную маску равнодушия.

– А цвет? Они подобраны? – спросил Арчер.

– Трудно сказать. При тамошнем освещении я плохо рассмотрел. Запомнил только их чудесную яркость и блеск. Как ровно они перекатывались через стол. Круглые. Красивые.

Арчер осторожно глотнул кофе из кружки на столе.

– Просверлены ли они?

– Нет. Нетронутые.

– Похоже, что их продают в десять раз дешевле их истинной стоимости, – небрежно заметил Арчер.

– Да, – сказал Тэдди. В голосе его чувствовалась тоска. – Я собирался сделать вложения в школьный фонд для внуков. У меня восемь внуков. Нет, совсем недавно появился девятый.

– Взгляните на это с другой стороны. Теперь вы будете жить. Сможете смотреть, как растут внуки.

– О, Инь не показался мне бандитом.

– Я не говорю об Ине, – сказал Арчер и поднялся со стула. – Счастливого пути. Если еще увидите такие жемчужины, позвоните мне. Только мне.

Донован-отец был на дюйм выше своих сыновей, а Сьюзи – на несколько дюймов ниже своих дочерей. Но за ее хрупкой внешностью скрывался железный характер. Несгибаемая водя таилась под ее нежной улыбкой. На праздник Сьюзи надела бирюзовую шелковую тунику и тонкие черные брючки. Ее шею украшало ожерелье из причудливых жемчужин, соединенных серебром ручной выделки. Подобранные по цвету серьги и браслет искрились, отражая свет, при малейшем движении. Жемчуг ей подарил на день рождения старший сын. Необычный дизайн и отделка были подарком дочерей-близнецов. Бирюзовые глаза с золотистыми прожилками достались Сьюзи от дедушки, которого никогда не видела.

Сьюзи сразу узнала приближающиеся шаги.

– Арчер, – с восхищением сказала она. – Я боялась, что ты не сможешь прийти. Дон очень неопределенно говорил о твоих планах.

Щебеча, она оглядывалась через плечо на крепкого, сильного мужчину, загораживающего дверной проем. Его густые черные волосы местами посеребрила седина. Он был одет в старый свитер и широкие спортивные брюки. И. Сьюзи не могла не улыбнуться от сознания, что он рядом с ней.

– Что, пропущу одно из представлений Донованов? – усмехнулся Арчер. – Я и так чувствую себя виноватым, что из-за меня переносят праздник.

– Не глупи, – сказала Сьюзи, протягивая руки. – Дон говорит, что может отмечать день рождения, когда захочет.

Арчер крепко обнял мать. Только Сьюзи называла Донована по имени. Она была безмерно к нему привязана.

– Ты сегодня красивее, чем когда-либо, – сказал Арчер, чмокая ее в щеку. – Но по-прежнему слишком худая.

– Прикуси язык, – пробормотала Сьюзи, в свою очередь целуя сына. – Я просто модная.

Улыбаясь, Арчер посмотрел поверх медово-золотистых волос матери на отца.

Донован слегка кивнул, безмолвно сообщая сыну, что Сьюзи чувствует себя хорошо. Арчер тихо вздохнул. Он был абсолютно беспомощен перед болезнью матери. И это ему не нравилось.

– Она здесь? – спросила Сьюзи.

– Она?

– Вдова Лэна.

Арчер снова посмотрел на отца. Тот горько улыбнулся.

– Она знает. Знала прежде, чем вышла за меня замуж. Я, только… хотел пощадить…

Изящные пальцы Сьюзи переплелись с пальцами мужа. Она слегка подняла голову и улыбнулась ему.

– Глупый гусь. – Привстав на цыпочки, Сьюзи поцеловала Допована. – Чудесный гусь. Я знала, что не первая у тебя.

– Зато последняя.

– Да. А ты мой последний. И только это имеет значение.

Он наклонился и что-то прошептал ей на ухо, что заставило ее щеки залиться краской. В ее глазах заплясали озорные искорки.

– Безнравственный, испорченный мужчина, – пытаясь казаться строгой, сказала она. Арчер усмехнулся:

– Но ведь именно таким ты его и любишь.

– Тише. Я не хочу, чтобы он это знал.

– Слишком поздно, мама.

Вошла Ханна и нерешительно остановилась, чувствуя себя незваной гостьей. Любовь между этими тремя Донованами была столь же яркой и ясной, как солнечный свет. Но не это заставило ее замереть. Перемена в Арчере поразила ее. Хотя он был одет в черные брюки и черный свитер, он выглядел… светлее. Холодный, сдержанный мужчина, покинувший ее спальню прошлой ночью, исчез.

Ханна почувствовала невероятное облегчение.

Очевидно, Арчер преодолел свой гнев и готов спокойно поговорить с ней. Два рассудительных взрослых человека, ничего больше и… ничего меньше. Он снова был близок.

Арчер повернулся к Ханне, почувствовав ее присутствие. Он изменился в долю секунды. Холодность и отчужденность проступали так же явно, как мгновение назад любовь к родителям. Ханну захлестнула волна чувств. Она не могла разобраться в них, поэтому выбрала злость, проигнорировав остальные.

Подняв подбородок и расправив плечи, она подошла к родителям Арчера.

– Мистер Донован. Миссис Донован. Я – Ханна Макгэрри. Очень мило с вашей стороны, что позволили мне остановиться в вашем доме. Однако, как я понимаю, сегодня вы ожидаете гостей, поэтому не хочу навязываться. Возможно, мне лучше отправиться в отель, где…

– Нет. – В голосе Арчера звучал металл. – Ты приехала ко мне с определенной целью. И легче обеспечить тебе защиту здесь, чем в отеле.

Почувствовав грозовое сгущение воздуха между Ханной и Арчером, Сьюзи прищурилась. Дон переводил взгляд с сына на невестку, которую никогда не знал. Она была высокой, хорошо сложенной, с короткими, выгоревшими на солнце каштановыми волосами и синими глазами, столь темными, что сначала они показались ему черными. Их ночной блеск хорошо гармонировал с шелковой блузкой с открытым воротом. Вырез блузки был как раз достаточным, чтобы соблазнить мужчину. Черные джинсы облегали ее стройные ноги.

Кроме того, как он заметил, у нее была походка, на которую мужчина не может не обратить внимания.

Сьюзи также переводила взгляд с сына, превратившегося в мгновение ока в кусок льда, на высокую женщину с потрясающими глазами.

– Что случилось? – резко спросила Сьюэи. Арчер посмотрел на отца.

– Если не возражаешь, я расскажу ей.

Донован пожал плечами.

– Она бы все равно узнала все от меня до утра.

Сжато и четко, как человек, делающий доклад, Арчер рассказал о «Жемчужной бухте», Лэне, «Черной троице» и опасности, угрожающей Ханне, пока не найден убийца Лэна. Арчер умолчал о Красной триаде, Эйприл Джой и борьбе за торговлю роскошным жемчугом.

Сьюзи слушала, глядя на Ханну так, будто взвешивала все «за» и «против».