Кэти Келли - Прощай — прости

Машина бесшумно въехала на стоянку перед «Доббинс», и Марк заглушил двигатель.

— Хочешь поговорить об этом? — спросил он.

— Нет. Мне совсем не хочется говорить об этом, — ответила Джо. Она удивилась, насколько проницательным оказался Марк: он сразу понял, что речь идет о ее собственных проблемах. — Лучше обсудим дела.

— Отлично, — ответил он.

Сидя в отдельном кабинете, они изучали меню. «Все такое аппетитное, — мысленно облизнулась Джо. — Винегрет с эстрагоном, жареный во фритюре бри в соусе из красной смородины…»

— Мне нравятся описания блюд, — сказала она, чтобы нарушить неловкое молчание. — Можно не пробовать, достаточно прочитать!

Марк улыбнулся.

— Я вспомнил старый анекдот на эту тему, — сказал он.

— Расскажите! — потребовала Джо.

— Ладно. Заходит американец в ирландский паб и говорит официантке: «Принесите цыпленка, задушенного в соусе». Официантка ему отвечает: «Сэр, я не буду издеваться над цыпленком. Если вы хотите так жестоко расправиться с ним, то делайте это сами»[38]. Знаю, знаю, это ужасная шутка.

Джо громко рассмеялась, крошки от булочки полетели во все стороны.

— Простите! — пробормотала она с полным ртом, а, прожевав, с улыбкой посмотрела на Марка. — Шутка и правда дурацкая, но очень смешная. Мне всегда нравились такие анекдоты, особенно про слонов!

— Анекдоты про слонов? — переспросил Марк.

— Да, они очень глупые, но я их просто обожаю, — ответила Джо. — Вот, например: зачем слон покрасил свои подошвы в желтый цвет? Чтобы, перевернувшись на спину, спрятаться в миске с заварным кремом.

Марк ухмыльнулся.

— Ты права, редкая глупость.

К столику подошел официант.

— Давай лучше закажем еду, — предложил Марк, — иначе обед затянется надолго.

— Мне, пожалуйста, салат из авокадо, — сказала Джо с серьезным видом, — и цыпленка, задушенного в соусе!

Марк захохотал, а официант непонимающе переводил взгляд с одного хихикающего посетителя на другого.

— Простите, — Джо улыбнулась официанту. — Салат из авокадо, филе морского ангела и минеральную воду без газа, пожалуйста.

Она взглянула на Марка — он все еще просматривал меню. Ей показалось, что этого человека она видит впервые. За три года, что она проработала в издательстве, Марк обращался к ней исключительно по деловым вопросам. Сегодня он был совсем другим. Разумеется, он по-прежнему вел себя как настоящий босс. Если сейчас ему принесут недостаточно охлажденное вино, он отправит его назад с таким видом, словно этот ресторан — его собственность. И все же он будто стал больше доверять Джо, будто решил показать то, что находится за вывеской «идеальный бизнесмен». Определенно, нужно рассказать обо всем Роне.

— Бри и филе морского ангела, — наконец объявил он. — И бутылку «Номера 33».

Он даже не заглянул в карту вин, отметила Джо. Очевидно, Марк часто обедает в «Доббинс».

— Я не буду вино, — поторопилась вмешаться она.

— Прости, я должен был спросить. Тогда один бокал, — сказал он официанту.

Джо подумала, что сейчас он спросит, почему она не пьет, но Марк промолчал. Он откинулся на спинку роскошного кресла и улыбнулся ей поверх маленькой вазы с дикими гвоздиками. У Джо мелькнула мысль, что, улыбаясь, он становится красивым. Наверное, женщины вначале влюбляются в его улыбку, а потом — в него самого. На работе он никогда не улыбался.

— Итак, мисс Райен, что подвигло вас стать журналисткой? И почему именно мода?

Джо с любопытством посмотрела на Марка.

— Вам действительно интересно? — напрямик спросила она.

— Да. Я ничего не знаю о тебе. Разумеется, я знаю о твоей работе, ты замечательно пишешь, — добавил он. — Но, учитывая предстоящее путешествие, нам нужно получше узнать друг друга.

Марк был абсолютно серьезен, произнося это. Джо поймала себя на том, что любуется блеском его серо-голубых глаз. Она почему-то обрадовалась, что утром успела вымыть голову и надела шелковое платье, которое ей очень шло, — надела, несмотря на жуткую усталость и почти непреодолимое желание явиться на работу в халате. У нее что, воображение разыгралось? Ей кажется, или Марк смотрит на нее не только как на подчиненную и коллегу? «Прекрати, — приказала себе Джо, — он никогда не интересовался тобой и вряд ли когда-либо заинтересуется. У него наверняка свои мотивы, и этот разговор по душам явно неспроста».

— Как будто вы не читали мое резюме, — усмехнулась она.

— Читал, — согласился Марк. — Но это всего лишь резюме. Из него можно узнать, когда человек родился, какие оценки у него в аттестате, нравится ли ему дельтапланеризм или вязание, но оно абсолютно бесполезно, если хочешь по-настоящему понять, кто перед тобой.

Удивительно! Марк Дентон интересуется ею по-настоящему. Значит ли это, что он не настолько равнодушен к ней, как хочет показать на работе? Как странно! Джо задумалась. А она, что чувствует она? Она беременна от другого мужчины. Который бросил ее. В любом случае она не могла так быстро заинтересоваться кем бы то ни было.

— Согласна. Я буду откровенна с вами, но у меня есть одно условие, — уверенно ответила Джо.

— Какое же? — хмыкнул Марк.

— Вы тоже расскажете о себе.

— Боюсь, ты заскучаешь.

— Не важно. Это сделка: информация за информацию. — Джо с видом победительницы посмотрела на него.

— Ты умеешь вести дела.

— Разве не поэтому я еду в Нью-Йорк? — насмешливо спросила она.

— Разумеется, разумеется. Правда, кроме этого, ты неплохо ориентируешься в мире моды. Вот я, например, никогда не мог понять, как из двух метров ткани можно сделать платье, а потом заламывать за него две тысячи, — стал отшучиваться Марк. — Это просто грабеж.

— В Нью-Йорке держите это мнение при себе, — рассмеялась Джо, — иначе мы вернемся домой ни с чем. Золотое правило высокой моды: всегда говори дизайнеру, что он самый великий художник в мире и никогда не упоминай торговцев-шарлатанов.

Принесли еду. Джо с аппетитом набросилась на салат.

— Я не завтракала, — едва прожевав, объяснила она.

— Хочешь бри? — спросил Марк, протягивая кусочек сыра на своей вилке. Очень интимный жест, который скорей подошел бы любовникам, чем деловым партнерам. На миг она ощутила сладкую боль в груди.

— Нет, спасибо, — ответила она. Беременным не рекомендуются мягкие сыры. Еще немного — и она расплачется. Уставившись в тарелку, она водила листиком радиккио по дорожке из оливкового масла. Что это с ней творится? Ричард, которого она, похоже, по-настоящему любила, бросил ее, отказался от ребенка, а она сидит в ресторане и размышляет, действительно ли нравится Марку Дентону! Но тот сделал вид, что не заметил, как переменилось выражение ее лица.