Патрик Санчес - Привет, красотка!

Проверив почту, Руби вздохнула — ничего, кроме спама. После посещения сайта «Большие девочки, не плачьте!» в ее электронный ящик валом валили сообщения вроде «Натяни Бритни», «Опс, я потеряла трусики!» или «Толстые цыпочки, подберите задницы!». Руби поспешно стерла послания, не открыв. В этот момент зазвонил телефон.

— Руби Уотерс, — машинально назвалась Руби.

— У меня депрессия, — мрачно сообщил Джереми.

— С чего бы это?

— Во-первых, я посмотрел видеозапись Энрике Иглесиаса с Уитни Хьюстон, а во-вторых, не могу забыть Карлоса.

— Кого?

— Карлоса, ну, ты помнишь, — парня из Гондураса, с которым я познакомился пару недель назад.

— Ты же назвал вашу встречу разовой связью?

— Я так и думал, но, черт, он такой классный, горячий…

— Погоди, а как же Гэри и футбол?

— Я тебе не сказал? Гэри решил, что он натурал.

— Да что ты?!

— Ага, натурал, который любит делать минет и… — Джереми оборвал себя. — Обязательно посмотри по Ви-эйч-ай шоу «Можно мне оставить этот поцелуй?». Уитни Хьюстон делает вид, что умеет общаться с Энрике Иглесиасом.

— Может, она знает испанский, — нашлась Руби.

— Нуда, наверное, сможет сказать: «Дайте мне мой крэк!»

— Ты невыносим! — засмеялась Руби.

— Знаю, но у меня депрессия.

— У меня тоже. От Престона ни звонков, ни и-мейлов уже неделю.

— Плохой признак, — согласился Джереми. — Он в офисе?

— Нет, в командировке. Наверное, у него в каждом городе по любовнице.

— Ты ему звонила?

— Нет, только посылала сообщения по электронной почте.

— Он мог не проверить почту, или на сервере проблемы…

— В таком случае муж Лайзы Минелли — традиционной ориентации.

— Не наезжай на Лайзу, — грозно сказал Джереми. — Давай встретимся после работы и утопим наши депрессии в чем-нибудь подходящем.

— Спасибо, но я не могу, — договорилась встретиться с Вандой. Мы готовим маленькую подставу…

— Подставу?!

— Да. Начинаются съемки сюжета о моделях, демонстрирующих одежду больших размеров, и я должна помочь Ванде устранить с пути ее соперницу.

— И как ты собираешься это провернуть?

— Джереми, ты не поверишь. — И Руби посвятила приятеля в план разоблачения лгуньи Денизы.

Подстава

— Скорей, скорей, — подгоняла Симона. — У нас мало времени. Она сейчас в той комнате — третья дверь направо. Если кто-нибудь спросит, что вы делаете на телестудии, скажите, что отстали от своей группы или еще что-нибудь придумайте.

— О'кей, — пообещала Ванда.

— Удачи, — пожелала Симона и поспешила назад в свой офис. Служба безопасности на студии работала хорошо, и Симоне не хотелось, чтобы узнали, что это она провела Руби и Ванду в здание.

— Готова? — спросила Ванда, когда они с Руби подошли к третьей двери.

— Надеюсь, что да. — Руби немного нервничала, но события последних недель придали ей смелости.

— Я подожду здесь, — сказала Ванда, становясь у стены. — Хоть бы ты не обозналась…

— Сейчас выясним, — пообещала Руби. Глубоко вздохнув, она постучала и сразу же открыла дверь. — Привет, вы Дениза Проктор? Как дела, Дениза? Прекрасно, прекрасно. Я Лола Патона из костюмерной. Нам нужно торопиться, чтобы успеть подготовить вас к съемке. — Руби говорила быстро и уверенно.

— Что? — изумилась Дениза, которую только что целый час причесывал и красил студийный визажист.

— Придется вас переодеть, — сообщила Руби.

— Как переодеть? Мне выдали этот костюм…

— Кто выдал? — строго спросила Руби.

— Э-э… Джени, кажется, так ее зовут.

— О, Джени, глупая девчонка эта Джени. Нет-нет. Мы решили по-другому расставить акценты в сюжете.

— По-другому?

— Да, мы расскажем о последнем писке моды для больших девочек — бикини для полных!

— Это бикини? — с паникой в голосе переспросила Дениза, глядя на вешалку с цветастым купальником, которую Руби сунула ей под нос.

— Да. Переодевайтесь, у вас мало времени.

— Э-э… Нет-нет… Я не могу…

— Вам не нравится купальник? У нас есть другие, я вам покажу.

— А вы не считаете, что я гораздо красивее в костюме? — загорячилась Дениза. — Никто не ждет, что я буду давать интервью в бикини!

— Еще как ждут! Выбирайтесь из костюма, покажите зрителям свою прекрасную кожу, — приказала Руби.

— Мне не нравится эта идея. Я настаиваю, чтобы меня снимали в одежде.

— Боюсь, это невозможно. Я получила строгие указания от мистера Макфарленда насчет бикини.

— Ах… — задохнулась Дениза. В глазах ее плескался настоящий ужас. — Но я не могу… Правда…

Не успела она договорить, как в комнату вплыла Ванда.

— Так, Дениза, объясни, почему ты не хочешь надевать бикини.

— Ванда? А ты что здесь делаешь?

— Разоблачаю мошенницу.

— Что?!

— Мы знаем, почему ты не хочешь надевать этот купальник, — ласково сообщила Ванда. — Потому что тебе нечего в него класть! Никакая ты не пышка!

— Это просто смешно, — огрызнулась Дениза, отступая назад. Она пыталась сохранить хладнокровие, но было видно, что она взволнована.

— Неужели? — сладким голосом пропела Ванда. — Руби видела тебя, причем дважды — оба раза ты нагло занимала ее парковочные места.

— Один раз в городе, другой — в аэропорту, — добавила Руби, вспомнив, как стройная женщина заезжала на свободные участки, беззастенчиво подрезая «сатурн». В первый раз Руби спешила показывать Ванде дом, а во второй раз собиралась попировать в «Лигал-сифуд». — Когда ты вышла из машины, я запомнила цветную косичку, смешанную с черными брейдами, и эту брошку. — Руби указала на шмеля. — Не знаю, что ты сегодня навертела под свой костюм, но этого и в помине не было, когда ты с таким шиком влезала на мою парковку!

— Э… А… — Дениза безуспешно пыталась что-нибудь придумать.

— Бал окончен, цветик-цветочек, — сказала Ванда. — Признавайся, ты… — Ванда придвинулась ближе. — Ты… — И она рявкнула Денизе в лицо: — Ты тощая!

— Ладно, ладно! — завизжала Дениза. — Я тощая, черт бы все побрал! Надоело сидеть без работы! Красивых худышек — пруд пруди, а сексапильных, уверенных в себе пышек — днем с огнем… Намного легче устроиться демонстрировать одежду больших размеров. — Дениза, казалось, рада была наконец облегчить душу. — Я пыталась располнеть, ела и ела все подряд, но не набрала и килограмма. Проклятый образцовый метаболизм! Однажды я увидела серию «Друзей» с толстой Кортни Кокс и подумала, раз уж из изможденной наркоманки смогли сделать толстуху, то…

Руби и Ванда молча слушали исповедь Денизы.