Связанные ненавистью - Кора Рейли

Чувствовал себя так, будто меня сбил грузовик. Должно быть, прошел не один час с моего приезда в зал, потому что снаружи уже рассвело. Мы с Лукой отправились в один из наших ночных клубов. Кроме уборщиц, в нем еще никого не было, так что я взял с полки бутылку виски и присел вместе с Лукой за барной стойкой. В светских кругах, вероятно, не принято пить алкоголь так рано. Но, к счастью, нам не нужно подчиняться этим идиотским правилам.

Мы пропустили по стаканчику, а потом он пригвоздил меня к стулу своим взглядом старшего брата.

– Ладно, в чем дело? Тебе уже стала надоедать твоя несносная женушка?

Я осушил еще один стакан виски, ожидая, когда знакомое жжение превратится в тепло, которое разольётся в моей груди.

– С чего ты взял?

Лука выгнул бровь.

– Может, с того, что ты предпочитаешь проводить ночь в потном спортзале, нежели в постели со своей юной женой.

– Мне не спалось.

– И ты не мог придумать ничего интереснее, чем заняться кикбоксингом?

– Ты начинаешь действовать мне на нервы.

Лука не обратил внимания на мой предупреждающий тон.

– По правде говоря, меня удивило, что ты смог так долго ее выдержать. Если я проведу больше десяти минут в комнате с Джианной, мне захочется залить себе в уши горячего воска.

– Я не устал от нее. Мне вообще-то нравится непредсказуемый характер Джианны. Это добавляет остроты. Жизнь была бы невыносимо унылой, если бы Джианна походила на других трофейных жен.

Лука сузил глаза.

– Ария не трофейная жена.

Конечно, ему разрешалось злиться, если я даже косвенно отзывался обидно про Арию, в то время как себе он позволял постоянно поливать Джианну дерьмом.

– А я и не говорил про Арию. Но мне нравится, когда мои женщины…

– Бесят и матерятся, – закончил за меня Лука, прежде чем забрал у меня бутылку виски. – Так в чем проблема? Чего ты надулся как ноющая сучка?

Я ожидал, что мне в голову придет один из моих неизменно остроумных ответов, но обнаружил лишь гребаную пустоту. Эта опасная херня меня всерьёз обеспокоила.

– Я начинаю задумываться о том, что, возможно, Джианна будет ненавидеть меня всю оставшуюся жизнь. Поначалу мне казалось, что это ее способ привлечь внимание, вызов, своего рода игра, в конце которой ее упрямые мозги встанут на место, и она западет на меня, как все девчонки до ее появления, которым я не давал прохода. Но сейчас я осознал, что Джианна – это испытание, которое я не прошел. Она не хочет быть со мной. Я думаю, ее ненависть к жизни со мной будет только расти с каждым гребаным днем.

Лука вгляделся в мое лицо.

– Тебя это и впрямь серьезно беспокоит.

Он таким тоном это произнес, будто это огромнейший ебаный сюрприз для него за всю его жизнь, как будто я чертов робот, который не способен проявлять такие эмоции.

– Я весь в тебя, – ухмыляясь, ответил я. – До Арии я даже не догадывался, что ты способен любить кого-то, тем более женщину.

– В твоих устах это прозвучало так, будто я педик. Это не значит, что я не любил баб. Просто за пределами спальни для меня в них не было никакого проку.

Я покачал головой.

– Как ты, мать твою, заставил Арию полюбить тебя? Это ж, блядь, восьмое чудо света. Появились какие-то новые наркотики, о которых ты ещё не рассказал мне?

– Ты уже пьян в стельку, Маттео.

– Нет ещё. Но если ты перестанешь обжиматься с этим виски, у меня появятся все шансы стать таким уже через пару часов. – Выхватив бутылку у него из рук, я поднес ее ко рту и сделал большой глоток. – Джианна напоминает тигра, запертого в клетке в чертовом зоопарке. Чертовски угнетает видеть, как она всеми способами пытается найти выход и вырваться из заточения.

– Она что, снова пыталась сбежать?

– Как бы у нее это получилось? Я держу ее на коротком поводке.

– Ты же не думаешь о том, чтобы отпустить ее?

Я не думал, что смогу это сделать, и не думал, что захочу этого когда-нибудь. Я эгоист и ничего не могу с собой поделать. Не сейчас. Я все еще хотел Джианну. Каждую ночь хотел ее прекрасного тела в собственной постели, а мой член жаждал тепла ее тугой киски. Я хотел ее всю целиком и сильнее всего хотел того, что она отказывалась мне отдать.

– Неужели ты разрешишь мне?

– Ещё чего. Семья уже и так недовольна. Ты будешь выглядеть еще слабее, если снова позволишь ей сбежать. Не надо добавлять мне проблем. Я не говорю уже о том, что этот ебучий Синдикат, конечно же, не замедлит объявить нам чертову войну, если мы снова упустим Джианну. Ее папаша иногда бывает настоящей занозой в заднице. – Лука одарил меня взглядом Дона, призванным запугать остальной мир, но напрасно потраченный на меня, и он чертовски хорошо это знал. – Ты не дашь ей уйти. Вы останетесь вместе, пока смерть не разлучит тебя с ней, а ее – с тобой. Мне похуй, насколько она несчастна или как люто ненавидит тебя. В любом случае, ей придется смириться.

– Ого, да ты сегодня просто сама доброта, да? – В глубине души я понимал, что он прав, и не то чтобы я вообще собирался отпускать Джианну, но почему-то его слова все равно меня взбесили. – Видишь ли, единственное, что останавливает Джианну от того, чтобы ночью перерезать мне глотку, – это то, что она не выносит вида крови. Ты же знаешь, как спокойно чувствуешь себя, засыпая рядом с той, что мечтает увидеть тебя мертвым и наконец стать свободной. – Не то чтобы она когда-то говорила такое, но иногда мне казалось, что я вижу это в её глазах. А может, дело во мне, и я стал настолько пизданутым, что думаю о людях хуже, чем они есть.

– Надеюсь, ты шутишь, – сухо произнес Лука.

– Как знать… – Я прикончил бутылку, только сейчас почувствовав коварные признаки опьянения, и растянул губы в улыбке. – Своим взглядом она определенно пыталась меня убить не один раз.

– Может, не стоит тебе спать с ней в одной комнате. В конце концов, она может перестать бояться крови.

– Не-а. Не в ближайшее время. И она не кровожадная. Надеюсь.

– Я бы не стал на это рассчитывать. Она может не на шутку съехать с катушек.

– Ты ведь не боялся спать рядом с Арией в то время, когда она ещё презирала тебя, так почему я должен бояться?

– Не сравнивай Арию с Джианной. Они как