Давай, расплачивайся - Екатерина Юдина

было свидание. Он же тебе нравился, — голос Матео безжалостным ядом скользнул по телу. — А ты хрупкая. Кричала и ревела даже после того, как увидела того уебка, который издевался над тобой еще со школы.

— Разве ты не…

— Я решил, что у нас будут нормальные отношения и ты будешь только моей. Так, скажи, я ошибся? Если я уже теперь сделаю по-другому и по частям подарю тебе этого Кармина, ты будешь смотреть только на меня?

В груди всколыхнулось от ужаса. Едкого. Мощного. Раздирающего по частицам в первую очередь от того, что я не могла посчитать, что Лонго сейчас преувеличивал в своих словах. И от этого сознание еще сильнее ломало. От соприкосновения с тем, что для меня было невозможным. Слишком страшным.

Но, прежде чем я успела хоть что-то сказать, дверь за моей спиной открылась и, поскольку я вжималась в нее, тут же рухнула на пол.

Видя над собой очертания какого-то громоздкого парня.

— Блядь, — он выругался и, несмотря на то, что я его толком не видела, по голосу, кажется, узнала. Это Леон? Сын мера Флоренции? Я слышала, что они с Лонго дружат, но сейчас растерялась. Еще сильнее сжалась, в то время, как он, подхватил меня за руку и, быстро подняв на ноги, поставил себе за спину.

— И как это понимать? — раздался голос Лонго. Он стал еще более жестоким и пробирающим.

— Меня, конечно, охренеть как насторожило то, каким ты был сегодня, но какого черта ты творишь? — Леон пока что не отпускал мою руку, а я, пытаясь выровняться и удержать равновесие от рваных эмоций еще сильнее потеряла связь с реальностью, которая трещала по швам.

— С каких пор ты решил, что можешь лезть в мои дела? — Лонго сжал кофту Леона. В его голосе почувствовался гнев и слова звучали так, что даже у меня мысли разорвало в клочья.

— Что ты с ней собирался сделать?

— Знаешь, я в ярости. С чего ты решил, что можешь войти сюда?

Даже находясь за спиной Леона, я поняла, что Матео занес руку для удара. Но парень не сопротивлялся. Все так же стоял ровно, а у меня биение сердца оборвалось от ужаса. Лонго ведь лишь одним ударом может изувечить.

— Скажи, ты забыл о том, что твой отец сделал с твоей матерью? — Леон задал этот вопрос тише, чем все предыдущие, но после него на комнату обрушилась та тяжесть, которая адом пожирала тело. А я в своем воспаленном сознании не сразу поняла, что услышала.

— Заткнись.

Я качнулась вбок и даже без очков увидела то, с какой мощью Лонго сжал кулак. До побелевших костяшек. Но не бил. Даже не шевелился. Но черты лица, которые я и так видела расплывчато, сейчас казались вовсе изменены до неузнаваемости.

— Ты же за это его убить хотел, а в итоге что? Оказывается, ты похож на отца больше, чем думал? — Леон продолжил. Я толком ничего не понимала. Шумно дыша, толком не улавливала слова, но звучали они, как гвозди забитые в крышку гроба.

На несколько секунд возникла тишина. Такая тягучая и жуткая, что мне казалось, я сама ею захлебнусь. Я опять качнулась вбок. Оказалось, что Матео к этому моменту уже опустил кулак, но я не могла отделаться от едкого ощущения того, что я что-то пропустила. То, что только что на несколько мгновений появилось в нем.

— Пошли, поговорим, — Леон кивнул в сторону балкона, только сейчас отпуская мою руку.

Опять несколько секунд тишины и, к моему удивлению, Лонго молча вышел из ванной комнаты.

Проходя мимо, он перехватил меня за талию. Я закричала, но Матео лишь опустил меня в кресло, после чего вместе с Леоном пошел к балкону.

Дверь за ними закрылась и еще несколько секунд я сидела неподвижно. Затем быстро вскочила на ноги и побежала обратно в ванную. Спотыкнулась о порог, но, выровняв равновесие, стала на колени, после чего начала искать очки.

Найдя их, надела, с облегчением понимая, что очки, к счастью, не разбились. Хоть и пока что это было далеко не самым важным.

Случайно я увидела себя в зеркале. Растрепанная и мокрая. Естественно, Лонго смыл и тоналку, но я вся была красная и очертания практически сошедших ожогов казались не заметными. Да и плевать.

На ватных ногах выйдя из ванной, я остановилась около кресла. Что делать? Мысли рвались, путались. Остатки эмоций до сих пор прожигали и я все еще пыталась понять, что только что произошло.

— Ты рядом с ней становишься пиздец, каким ненормальным… — до меня донеслись еле слышные слова Леона. Вернее, обрывки фраз. — Скоро совсем двинешься… Тебе вообще должно быть запрещено приближаться именно к ней.

Я замерла, практически не дыша. Слов Лонго не слышала. Лишь кое-какие слова Леона. И то лишь по той причине, что он их произносил более громко. Вот только, как бы сильно я не пыталась прислушаться, дальнейший их разговор уловить не смогла.

Делая несколько глубоких вдохов, я села на кресло. Волосы у меня были мокрыми только спереди. Лонго макал в воду только мое лицо, но пряди все равно неприятно липли к коже. Я попыталась их поправить, но сразу же бросила эту затею.

И что все это значит? Гаспар что-то сделал с матерью Матео? Или я что-то не так поняла? Я больше склонялась ко второму, так как я один раз видела эту женщину и она выглядела, как неприкосновенная королева.

Сделав еще один вдох, я посмотрела в сторону двери. Я солгала бы, если бы сказала, что не думала о побеге. Но знала, что в коридоре стояли верзилы. Я даже сейчас слышала их голоса. Да и куда я убегу? Мы с Лонго живем в одном доме. И ведь Кармин до сих пор у него.

Нет… Нам нужно поговорить.

Матео и Леон слишком долго были на балконе. Я бы не сказала, что к этому моменту смогла успокоиться и, когда они вдвоем вернулись в номер, я вздрогнула.

Леон сразу пошел к двери. Открывая ее, он лишь раз обернулся и посмотрел на меня. Что-то произнес одними лишь губами и мне показалось, что это было:

«Беги от него»

После этого парень вышел в коридор, а я подняла растерянный взгляд на Лонго. Я хотела опять в первую очередь попросить отпустить Кармина, но Лонго, взяв свое пальто и, набросив его на меня, сказал верзилам находящимся в коридоре:

— Свяжись с Викензо и скажите, чтобы они отпустили того человека.

— Ты отпустишь Кармина? — спросила, поднимаясь