Артем Литвинов - Пылающая комната

Чемодан Сью оставила в машине. Мы вошли в здание, где находились студии различных групп, в том числе и студия «Ацтеков». Я провел сестру в бар и поручил ее заботам Бобби, а сам отправился разыскивать Криса. На месте его не оказалось, пришлось бегать по этажам, и наконец он обнаружился на лестнице, беседующим с Арчи. Он радостно бросился ко мне и тут же заговорил о том, как они решили аранжировать «Черную магию», которая не вошла в основной альбом, а должна была выйти как сингл… Я попытался терпеливо выслушать их обоих, но, казалось, потоку их идей не будет конца.

— Крис, удели мне минуту, — недвусмысленно обратился я к нему.

Харди тут же подмигнул Арчи и послушно отошел со мной в коридор.

— Что случилось? — спросил он с явной тревогой.

— Ничего особенного, — ответил я, стараясь говорить как можно спокойнее, — просто внизу в баре сидит моя сестра Сьюзен, я тебя с ней хочу познакомить.

Крис уставился на меня, вероятно, прикидывая, насколько я способен шутить таким образом.

— Ты что спятил? — сказал он, — какая сестра, откуда она тут взялась?

— Она приехала, неожиданно, разыскала меня, когда они в газетах статьи прочитали, ну, что, пойдешь?

— Черт побери, конечно, пошли, очень хочу на нее посмотреть.

И, не предупредив о нашем исчезновении Арчи, мы заскочили в лифт и спустились на первый этаж. Бобби сидел за столиком с Сью, и они явно дружески о чем-то беседовали. Мы тихо подошли к ним, и я позвал Сью.

— Это Крис, — сказал я, кивнув на моего друга, — вот что он такое, а вовсе не то, что о нем пишут.

Моя сестра и Харди полминуты внимательно смотрели друг на друга, я никогда не видел Криса настолько смущенным, а Сью настолько очарованной, она улыбнулась ему доверчиво, как ребенок, и вдруг протянула руку. Харди взял ее и с непередаваемым изяществом приложился к ней губами.

— Привет, Сью, приятно познакомиться, — добавил он.

Она смотрела на него во все глаза. Мы сели за столик. Бобби отправился принести нам выпить.

— Вы очень похожи, — заметил Крис, — пожалуй, если бы я тебя на улице встретил, принял бы за твоего братца. — совершенно естественно продолжая обращаться к ней на ты.

— Вы… то есть ты, — исправилась Сью, — ты поешь его песни?

— Еще как, — подтвердил Крис, — хочешь послушать?

— Хочу, — непринужденно ответила Сью, и я понял, что Крис просто загипнотизировал мою сестру. Мы переглянулись с Бобби, и я облегченно вздохнул.

— Тогда идем, — он залпом выпил стакан Мартини, и предложил моей сестре руку, помогая ей подняться из-за стола. Я смотрел на них с удовольствием, пожалуй это было самое чистое и возвышенное удовольствие в моей жизни, не омраченное абсолютно ничем.

Они пошли чуть впереди, о чем-то весело разговаривая, а мы с Бобби, несшим в руках чашку кофе, чуть отстали.

Крис был просто в ударе. Он построил всех, кого можно, чтобы в глазах Сью все выглядело идеально. Я сам впервые услышал полную версию «Черной магии» и был потрясен тем, что сумел сделать мой друг с моими плохо поддающимися вокальной обработке словами. Это в прямом смысле было волшебство, волшебство его голоса, музыки, то напряженной и дикой, то вдруг переливающейся и легкой как воздух, Сью сидела на стуле в полном восторге, слушая и следя за каждым движением Криса. «Он демон, — подумал я, — он действительно способен околдовать и свести с ума любого». Довольный Арчи стоял за спинкой стула моей сестры и гордо улыбался. Все хитро переглядывались, а Джимми, закончив играть, подошел ко мне и спросил, разрешу ли я ему пригласить Сью в кафе, просто потому что он не может не пообщаться с такой прелестной девушкой. Я рассмеялся и сказал, что это невозможно, что она уезжает и должна вернуться в гостиницу и выспаться как следует после всего, что ей пришлось пережить за этот день.

Около девяти вечера мы все трое сели в кадиллак, и Бобби повез нас в гостиницу, где остановилась Сью. Она чувствовала себя прекрасно и время от времени пожимала мне руку и поглядывала на Харди. Подъехав к месту, где нам следовало проститься, мы все трое вышли из машины, я взял чемодан Сью.

— Спасибо, — с нескрываемой радостью сказал моя сестра Крису, — это было так здорово, просто чудесно.

— Не стоит благодарности, — с неотразимым пижонством ответил Харди, — еще немного и мне придется разрезать мое сердце пополам.

Сью рассмеялась этой шутке без всякой обиды, и потрепала меня по щеке.

— Тэн, ты слышал?

Я покраснел, так как только может краснеть человек в столь двусмысленной ситуации.

— Когда выйдет ваш клип? — спросила она, обращаясь к нам обоим.

— Уже скоро, — сказал Крис, — осталось только начать и кончить, но это нам ничего не стоит.

— Я очень хочу его увидеть, — сказала Сью, — даже если мне запретят на это смотреть, я достану его тайно.

— Я тебе пришлю его, — пообещал я.

Подходило время прощаться.

— Мне пора, — печально заметила моя сестра.

— До встречи, — сказал Харди и поцеловал ее в щеку, от чего она покрылась румянцем смущения. Но выглядела при этом весьма довольной.

Крис достал пачку сигарет и остался курить и ждать меня около машины, А я отправился проводить Сью до дверей ее номера. Уже в лифте, она обняла меня за шею и воскликнула,

— Господи, Тэн, если бы я знала какой он, я бы никогда так не говорила, он действительно удивительный человек.

Ее слова затронули самые скрытые струны моей души. Втайне я всегда доверял ее отношению к людям, и, если ей кто-то искренне нравился, я был уверен в этом человеке как в самом себе. Мы вышли из лифта, прошли по коридору и остановились перед дверью. Сью повернула ключ в замке, мы вошли в комнату. Она зажгла ночник. Я поставил на стол перед зеркалом ее чемодан.

— А зачем ты брала его с собой, Сью? — спросил я о багаже, только сейчас задавшись вопросом, почему он таскала эту тяжесть, вместо того, чтобы оставить ее в гостинице.

— Сейчас узнаешь, — она открыла чемодан и вынула оттуда папку, набитую мои рисунками, давними, хорошими, отличными, неудачными, вероятно, это было все, что ей удалось разыскать дома. — Тебе они пригодятся, а я так не хочу с ними расставаться.

Я взял папку и покачал головой.

— Что ты скажешь дома? — спросил я.

— Я все расскажу маме, всю правду как есть, она поймет меня, мы все это сохраним втайне от отца, а письмо я не буду отдавать, мы его переубедим.

— Нет, Сью, — возразил я, — ты отдашь письмо, это необходимо. Он должен прочитать его. Ты мне клянешься?

Похоже, ее расстроило мое требование, но она с ним все же смирилась.