Кэти Хикман - Гарем

— Если б я только могла увидеть его, милая Аннетта! — Лицо Селии жалобно сморщилось, она едва не плакала. — Больше мне ничего не нужно. Моего отца уже нет на свете, мне больше никогда не увидеть его. Но если б мне взглянуть на Пола, хоть на одну минутку, я могла бы жить дальше и вынести что угодно!

Девушка огляделась вокруг. Сейчас она находилась в комнате, которую когда-то делила с Аннеттой, — небольшое, лишенное окон помещение, примыкающее к дворику купальни. Оно располагалось на втором этаже недавно отстроенной части дворца. Полное отсутствие мебели, только небольшие кладовки вдоль одной из стен, куда девушки укладывают на день скатанные матрацы и покрывала. Приятный запах свежеоструганного дерева.

— Будь готова к тому, что я скоро опять поселюсь здесь, с вами, — вздохнула она. — Не думаю, что до моего возвращения остается так уж много времени.

— Бедная моя Селия.

Аннетта бессильно откинулась на подушках. Лицо ее бледнело прямо на глазах.

— Вовсе не надо меня жалеть. Поверь, я бы предпочла оставаться здесь, с тобой, чем жить там, где я живу сейчас. За мной все время следят. — Селия прижала ладони к груди. — Ты понятия не имеешь, как это ужасно. У меня такое ощущение, будто мне не хватает воздуха, его отнимают у меня. Даже когда я захотела навестить тебя, они отправили со мной трех прислужниц. — Она в страхе оглянулась. Из коридора доносились голоса сопровождавших ее женщин. — Никогда мне не удается остаться одной. Обо всем, что я делаю — даже о самых пустяках, — тут же становится известно валиде. Они шпионят за мной даже сейчас.

Аннетта непонимающе нахмурилась.

— Шпионят за тобой? Кто это за тобой шпионит?

— Те, кого она заставляет. Мне хасеки сказала. Она назвала их Ночные Соловьи.

— Ночные Соловьи? Что за ерунда, она просто хотела напугать тебя, вот и все. — Аннетта с трудом приподняла слабую руку и положила ладонь на плечо подруги. — Что эта противная хасеки сделала с тобой? Ты раньше такой не была.

— Нет-нет. — Селия горячо покачала головой, серьги ее зазвенели. — Я хочу, чтобы ты поняла. Она пыталась помочь мне. Но кто меня действительно пугает, так это некая Ханзэ. Есть тут такая особа.

— Кто это? Что за Ханзэ?

— Ее так зовут. Она была одной из служанок хасеки, — принялась объяснять Селия. — Но вчера ночью султан сделал ее своей наложницей.

— Вчера? То есть ты хочешь сказать, что… — Внезапно заинтересовавшись, ее подруга сделала попытку приподняться на своем ложе. — Вы были у него ночью вдвоем?

— Да, мы были вдвоем. Но он захотел только ее.

— Ох, какая ты балда! — Сочувственная пауза. — Как досадно.

— Не так уж и досадно. «Свеженькая новенькая куло для старого толстяка», помнишь, ты сама мне так говорила? Вот, именно так оно и было. И представь, прямо при мне.

— При тебе? — Приступ смеха сотряс тело Аннетты. — Нет, мне правда досадно. Ну и какова она, эта Ханзэ?

— Не смейся, пожалуйста. Она ровно такая же плохая, насколько хасеки хорошая. Но к счастью, не слишком умная.

И Селия рассказала историю с салфеткой.

— О мадонна! — Аннетта в полном изумлении уставилась на подругу. — Ты-то откуда про это знаешь?

— А я и не знала. Я все это придумала. — Увидев выражение лица Аннетты, Селия холодно улыбнулась. — Не смотри на меня, пожалуйста, так. Некоторые слова хасеки заставили меня вдруг задуматься вот о чем: мы с тобой живем здесь, в самом сердце событий, происходящих во дворце, но никто ни о чем не рассказывает нам, простым обитательницам гарема. Только слухи и домыслы, причем большинство из них ложные. И чем выше твое положение, тем хуже становится. В конце концов ты перестаешь понимать, что происходит на самом деле. И я решила, что должна доискиваться до всего сама, необходимо разобраться в дворцовой жизни. Ты-то всегда была сильна в этом, Аннетта, но не я. Мне теперь кажется, будто я до сих пор спала. — Девушка снова устало прижала пальцы к глазам. — Господи, у меня совсем не остается сил.

— И что эта Ханзэ рассказала тебе? С твоей стороны было очень благородно спасти ее шкуру.

— Да, благородно. — Селия села поудобнее. — Скажи, ты можешь хранить тайну?

— Ты сама прекрасно знаешь. Конечно могу.

— Она мне ничего не сказала.

— А что сделала? Я по твоему лицу вижу, что что-то важное. Скажи скорее, я нервничаю.

— Она дала мне это.

И с этими словами Селия вынула из кармана ключ. Аннетта беспокойно задвигалась.

— Что это за ключ? От чего он?

— От Двери Птичника, как они это называют. Одна из старых дверей ведет в третий дворик, но теперь она почти никогда не используется. А хасеки рассказала мне, что как раз сейчас английские работники устанавливают во дворце у султана подарок, который сделало ему английское посольство. Я сама слышала, как стучат их молотки. Поэтому, понимаешь, я просто подойду…

— Откуда ей все это было известно? — быстро перебила ее Аннетта.

— Кому, хасеки?

— Да нет же! Не хасеки, а Ханзэ, конечно. Ты бы спросила себя, зачем ей давать тебе этот ключ? Откуда ей знать, что именно тебе он так нужен?

— Н-не знаю, — пожала плечами Селия. — Я думаю, что она подслушала, как хасеки рассказывала мне об этих англичанах. Нет, не знаю, но мне до этого нет никакого дела.

— Ошибаешься. Это очень важно. — Лоб Аннетты внезапно покрылся потом. — Как ты не видишь, они ведь охотятся за тобой! За нами.

Селия непонимающе уставилась на нее.

— Что ты имеешь в виду, говоря «за нами»?

— Я имею в виду, что они могли догадаться о твоей связи с тем сахарным корабликом.

— Что за чепуха. Если б они догадались об этом, то, наверное, кто-нибудь спросил бы меня о нем.

— Именно поэтому и не спрашивают. — Глаза Аннетты, расширившиеся от ужаса, казались еще огромней из-за темных кругов вокруг них. — Здесь так не делается. Они следят. Следят и выжидают.

— Чего?

— Пока мы с тобой не сделаем какой-либо ошибки.

— Это мне безразлично! — В голосе Селии звенело волнение. — Я не хочу упустить единственный шанс. Другого не представится. Разве ты не понимаешь? — Слезы брызнули из глаз измученной девушки. — Англичане здесь, они каждый день приходят сюда. Нас разделяет только одна дверь!

— Нет! — Аннетта почти кричала. — Ты не должна этого делать!

— Почему не должна?

— Не должна, и все. Я прошу тебя, не думай об этом. Иначе нас обеих убьют. Ничто не должно наводить их на мысль о том, что тебе известно об англичанах, работающих во дворце.

Девушки долго молчали. Чувство страха обуяло и Селию.

— Что с тобой, Аннетта? Ты заболела? — внезапно охрипшим голосом спросила она.