Мелисса Натан - Гордость и предубеждение Джасмин Филд

— А-а, — прошептал он почти неслышно, в полной растерянности.

— Я хотела поблагодарить тебя, — сказала она хрипло. — Я так благодарна. Просто слов не нахожу. Ты… — на этом месте она вдруг перестала шептать и заговорила, хотя и тихо, но взволнованно. — Ты спас мне жизнь. И я могу лишь догадываться, как тяжело тебе было, наверное, это сделать. И я… я… Это так здорово. — Слова казались ей такими пустыми, не способными выразить то чувство глубокой благодарности, которое Джасмин испытывала.

Фиолетовые Очки снова запыхтели. Не в силах больше сдерживаться, Джаз резко развернулась и грозно спросила:

— В чем дело? У вас что, крошки застряли в зубных пластинах?

Фиолетовые Очки с оскорбленном видом торжественно удалились. Джаз помертвела. Боже, какая она все же злая. Надо будет потом извиниться. О господи, как все мерзко. Через секунду Джасмин уже забыла о раскаянии и вновь повернулась к Гарри. В темноте невозможно было разглядеть его широкую улыбку.

— И я хочу также сказать, что мне ужасно стыдно за свое поведение — я вела себя как последняя дрянь, — закончила Джаз.

— Совершенно не за что извиняться и благодарить, — проговорил Гарри. — Я это все делал из чистого эгоизма. — Он откашлялся.

В отдалении за кулисами миссис Беннет закрепляла на голове шляпку и поправляла блузку. Джаз безумно захотелось подставить ей подножку.

— Что ты хочешь этим сказать? — нетерпеливо спросила Джаз, когда миссис Беннет наконец прогарцевала на сцену.

Гарри повернулся к ней, и она услышала, как он глубоко вздохнул.

— Ведь я же не мог по уши влюбиться в особу, у которой семья замешана в скандале на сексуальной почве, разве не так? И ты же знаешь, что прежде всего я должен думать о своей карьере.

Даже в темноте она видела, как его глаза горели от волнения.

— Твой выход, Джаз.

Джасмин буквально выкатилась на сцену и остановилась, моргая от яркого света.

Когда через пять минут Гарри тоже вышел на подмостки, он излучал невероятное обаяние, а сама Джаз была настолько переполнена эмоциями, что, казалось, она сейчас воспарит. Ей хотелось смеяться, и сдерживаться было очень тяжело. Она издала пару смешных судорожных звуков, совершенно не в духе Элизабет Беннет, и очень надеялась, что зрители ничего не заметили. Вся игра Джаз теперь была освещена силой ее чувств. Она была Элизабет Беннет, теперь в этом не осталось сомнения. А Гарри был обожающий ее мистер Дарси. Взаимоотношения между ними оказались слишком сложными, но того требовала пьеса.

Все было замечательно. Они теперь играли сцену, в которой Дарси делает Лиззи предложение во второй раз и она его принимает. В книге Джейн Беннет и мистер Бингли идут за влюбленной парой. В сценическом варианте Лиззи и Дарси останавливаются у придуманной скамейки, когда Джека и Джорджии вообще нет на сцене, — предполагалось, что они прошли вперед. «Наверняка целуются в гримерке», — радостно подумала Джаз.

Когда Гарри произнес слова: «Моя дорогая, любимая Лиззи», глядя на нее с искренней любовью, Джаз захотелось повиснуть у него на шее.

Конечно, она сдержала себя, ведь к ее глубокому сожалению, нужно было еще до конца пьесы оставаться на сцене, за исключением нескольких минут, когда меняли декорации для картины общей свадьбы, но тогда они с Гарри выходили на сцену с разных сторон.

По замыслу режиссера, в финальной сцене не предполагался венчающий все поцелуй, но свет должны были погасить как раз в тот момент, когда герои уже были к нему готовы. Джаз стало вдруг страшно. Поцеловать? Не поцеловать? Он поцелует? Не поцелует? Она взглядом искала подсказку и не нашла. Когда Джаз поняла, что свет начал меркнуть, они обнялись. Их тела слились в пьянящем объятии, и Джаз не хотела, чтобы оно когда-нибудь кончилось. Тело Гарри было влажным от пота, и сердце его учащенно билось.

Джасмин еще не успела прийти в себя, как до нее донесся грохот аплодисментов, и все актеры вышли на сцену, выстроившись в одну линию, а она, Гарри, Джорджия и Джек быстро покинули сцену.

Оказавшись за кулисами, Джорджия и Джек замерли в страстном поцелуе. Джасмин наблюдала, как Гарри смотрел на своих актеров. До чего же ей повезло, что она попала в этот спектакль.

— Все! Отстрелялись! — сказал он, и все пошли на поклоны.

Джаз никогда раньше не приходилось кланяться зрителям. Это были самые восхитительные минуты в ее жизни. Она решила сразу же записаться еще куда-нибудь на прослушивание. Это стоило того. Всех переживаний, репетиций, скуки. Казалось, аплодисменты никогда не прекратятся. Теперь она стала даже различать восторженные крики. Гарри сделал шаг вперед, и аплодисменты разразились с новой силой. Они были оглушительными. Джасмин увидела, что некоторые зрители в левой стороне зала аплодировали стоя. Она вдруг поняла, что смеется. Потом Гарри взял ее за руку, и они стали кланяться вместе. Джаз все время смеялась, хотя из-за шума ее смеха не было слышно.

Наконец занавес опустился, и все стали обнимать друг друга. Только было она хотела повернуться к Гарри, как рядом с ней оказалась Джорджия, которая чуть не задушила сестру в объятиях. И все вдруг стали обнимать Гарри. Актеры окружили его и все дальше и дальше оттесняли его от Джасмин. Он никогда не выглядел таким взъерошенным. Когда Уиллс крепко и по-дружески обнял Джаз, она встретилась глазами с Гарри. Его как раз обнимала Сара, и он был весь мокрый от пота: щеки пылают, волосы — разлохмачены. Внутри у Джаз все оборвалось.

— Довольно, — сказал наконец Гарри, и все инстинктивно замолчали. — Все сейчас идем в мужские гримерные.

Актеры быстро полетели к гримерным.

Там все тесно уселись рядышком, начали целовать друг друга, обниматься и болтать без умолку. Но как только заговорил Гарри, все тут же смолкли.

— Ну, что я хочу сказать? — начал он, и все засмеялись. Он попытался собраться. — Вы превзошли мои самые смелые ожидания. — Кто-то из девушек зашмыгал носом. — И могу честно сказать, что, ставя эту пьесу и исполняя в ней одну из ролей, я для себя получил гораздо больше, нежели где-либо и когда-либо. — Когда Гарри произносил последние слова, голос его дрогнул. — И я думаю, что вы понимаете: я имею в виду не только работу над самим спектаклем. Спасибо вам всем. Я никогда не забуду этот опыт, и, я надеюсь, вы тоже!

Наступила долгая пауза, и вдруг миссис Беннет начала хлопать, и все подхватили. Актриса крепко обняла Гарри, за что он был ей безумно благодарен, так как из-за ее широкой спины не было видно, что он плакал. Наконец режиссер высвободился из объятий и хрипло произнес:

— До встречи на банкете.