Джун Зингер - Любовницы президента

— Знаешь что, Фрэнки, по-моему, ты что-то перепутала! — Карлотту раздражали расспросы старшей сестры. — Я всего на год моложе тебя, а потом, ты ведь мне не мать, а сестра. Ты мне не сторож! А теперь позволь мне пройти в спальню! — Она резким движением поправила волосы, и Франческа заметила, что на ее руке нет обручального кольца.

— Карлотта! — воскликнула Франческа. — Ты сняла обручальное кольцо? Куда ты его дела?

— Оно в сумочке… Понимаешь, я поранила палец, он опух… — Она направилась к лестнице.

Франческа всегда знала, когда Карлотта лжет. Она схватила сумочку Карлотты и высыпала ее содержимое на пол — ключи, косметичка, губная помада, новой платок, скомканная пачка «Лаки страйк», зажигалка, долларовая банкнота, мелочь… Кольца в сумочке не было.

— Где оно?

Карлотта нервно рассмеялась:

— Ты, конечно, не поверишь, но это чистая правда. Мы… мы с Трейсом пошли на одну вечеринку, и гости начали играть в карты. В покер… Знаешь, ради смеха я тоже решила сыграть. Просто так, очень захотелось. У меня не было денег, вот и поставила кольцо. Я думала, это шутка.

Карлотта говорила все быстрее и быстрее. Наконец, ее слова начали сыпаться, как из пулемета:

— Понимаешь, я была уверена, что все это несерьезно. Была уверена, что кольцо вернут…

Неожиданно для самой себя Франческа с размаху ударила Карлотту по лицу. Та прижала ее руку к лицу, несколько мгновений молча смотрела на старшую сестру, а потом разревелась. Франческа была потрясена ничуть не меньше: впервые в жизни она кого-то ударила.

Карлотта повернулась и побежала вверх по лестнице. Она никогда не простит этого Фрэнки! Никогда! Фрэнки думает о Билле и его проклятом кольце больше, чем о родной сестре! Ей и самой было страшно стыдно, что все так получилось! Трейс поклялся, что отдаст кольцо через пять минут, что отыграет его и получит еще десять тысяч долларов в придачу!

Добежав до верхней ступеньки, Карлотта обернулась и жалобным голосом проговорила:

— Трейс обещал вернуть кольцо. Он обязательно его вернет, Фрэнки. Вот увидишь!

Только сейчас Фрэнки поняла, что произошло на самом деле.

— Так, значит, это он проиграл кольцо Билла? Он?! И ты посмела дать ему это кольцо?!

Карлотта зажала уши и бросилась в свою комнату.

Кольцо Билла! Кольцо Билла! Кольцо Билла! Фрэнки только об этом и думала! Интересно, если бы она рассказала Фрэнки, откуда у Билла взялись деньги на это кольцо, она по-прежнему любила бы его?

Но Карлотта твердо знала, что никогда не сможет рассказать этого сестре. Фрэнки любила Билла. Любила всем сердцем. А сама Карлотта Коллинз любит другого человека — Трейса Боудина! И она будет любить его до самой смерти!

В эту ночь Франческа так и не заснула. Она сидела в кресле у окна и глядела на белый снег…

Карлотта отдала Трейсу Боудину не только тело, она отдала ему свою душу…

III

Сначала Билл не мог вообще ничего понять. Джудит поручила ему разобраться в корпоративной структуре винного завода в Грин-Хейвене. Но никакой корпоративной структуры вообще не существовало. Была лишь огромная куча разных бумажек, на одну сортировку которых у Билла ушел целый день. Он выяснил, что пять процентов капитала компании принадлежали кузену Говарду, семь — кузену Джошуа, двенадцать — дяде Питеру, но, судя по всему, тот продал пять из двенадцати своих тете Гертруде, у которой в результате оказался двадцать один процент. Десять процентов капитала принадлежало дяде Гарри, но он перешел в лучший из миров, и было совершенно неясно, кто унаследовал его долю. Короче, полная неразбериха!

Билл был в полном недоумении: зачем Джудит, обладавшая таким острым чутьем во всем, что касалось бизнеса, решила залезть в эту помойку. Иметь дело с компанией, совладельцами которой являются чуть ли не два десятка человек, да тут сам черт ногу сломит! Потеряешь уйму времени, а толку — чуть.

Через два дня приехавший вместе с Биллом Джудиан Уинтроп, специалист по бухучету, признался:

— Знаешь, Билл, я отказываюсь что-либо понять! Все книги перепутаны. По-моему, никто всерьез не занимался отчетностью в течение последних ста лет. Вот, например, неоплаченные счета пятилетней давности. А этот кузен Хэтти Уинкер — он у них вроде бы за бухгалтера — не может или не хочет отвечать на мои вопросы. И, наконец, самое главное: это ведь винный завод, следовательно, должно быть и само вино — в бочках ли, в бутылках. У меня есть подозрение, что вина-то как раз и нет! По-моему, нам надо убедиться в его наличии.

— И что ты предлагаешь? Заглянуть в бочки? Нет уж, спасибо! У меня такое ощущение, что кто-то над нами поиздевался.

— Думаешь, они хотели обмануть миссис Стэнтон? Но как? У них бы ничего не вышло!

— Да, брат, ну и головоломка!

На самом деле Билл понимал, что головоломка заключалась не в том, что творилось на этом злосчастном винном заводишке, а в том, зачем Джудит понадобилось посылать его в эту дыру.

Прямо с вокзала Билл отправился к Джудит. Не успел он взяться за медный молоточек, как дверь открылась: на пороге стояла Джудит, а рядом с ней — Трейс Боудин. Судя по всему, он собирался уходить — на нем было пальто, кашемировый шарф и мягкая широкополая шляпа. Он был весел — черные глаза ярко блестели. Увидев Билла, Боудин галантно приподнял шляпу и поклонился:

— Кого я вижу! Адвокат Шеридан!

Биллу захотелось заехать ему в челюсть, но он сдержался, все равно это ничего не изменило бы. Да и вообще, при чем здесь Боудин? Он был всего лишь орудием в руках Джудит.

— Как ты здесь оказался, Билл? — Казалось, Джудит вовсе не удивлена. — Я думала, ты задержишься в Грин-Хейвене… Ну ладно, проходи, не стой на пороге. Мистер Боудин как раз уходит…

Не успели они войти в библиотеку, как Билл спросил:

— Что за дела у тебя с Боудином?

— Да так, пустяки… Помогает достать мне кое-какие вещи. Таким, как Боудин, нельзя поручать серьезные дела, нельзя им доверять, — проговорила Джудит вкрадчивым голосом. — Но, должна признаться, он очень, очень привлекателен как мужчина… Именно в физиологическом смысле этого слова. Должно быть, он очень хорош в постели. — Она сделала паузу. — Только я еще не сошла с ума, чтобы ложиться вместе с ним.

— Да? Насколько мне известно, ты не очень-то разборчива в мужчинах.

Джудит рассмеялась:

— Неразборчива? Да нет, Билл, я как раз очень разборчива, слишком это ответственно выбирать себе партнера. Ошибиться в этом деле непозволительно… Такие мужики, как Боудин, стремятся сразу же поймать женщину на крючок, а потом использовать ее, торговать ею, ездить на ней верхом. А что до меня, сам знаешь, где сядешь — там и слезешь. Я сама кого хочешь оседлаю. — Она кокетливо улыбнулась. — Знаю, как обращаться и с Трейсом Боудином. Кроме меня, такую власть над ним имеет лишь его работодатель.