Ева Модильяри - Черный лебедь

На Джанни был праздничный костюмчик, который нельзя было пачкать. Но любопытство победило осторожность. Напрягая все свои силы, он подтащил козлы к стене и установил прямо под окошечком. Кот из-под полуприкрытых глаз следил за каждым его движением.

Теперь предстояло забраться вдоль железного шеста и устроиться на круглой платформе. Выступающий каменный цоколь у самого основания здания мог послужить первой ступенькой, а высокая глиняная ваза, из которой рос душистый горошек, – второй.

Едва не свалившись, когда шаткая металлическая конструкция начала опасно колебаться под его ногой, Джанни инстинктивно схватился за железную решетку окна и удержал равновесие. Он сунул голову в окно, и его взору предстала маленькая комнатка: это был женский туалет, в данный момент пустой. Мальчик оглядел стены, отделанные венецианской лепниной, унитаз из белой майолики, умывальник и большое зеркало над мраморным столиком, где лежали бумажные салфетки и флакон духов.

Тут дверь открылась, и в поле зрения Джанни появилась внушительная синьора, которая кокетливыми, но в то же время торопливыми движениями подняла юбку из ярко-синего шифона, спустила трусы и уселась на унитаз.

Это была синьора Лаура Скавинш, мать его школьного товарища, которого Джанни терпеть не мог за то, что тот никогда не давал ему списывать уроки и жаловался учителю на его выходки. Семья Скавинш владела двумя большими ювелирными магазинами в Лугано, и Джанни знал, что уже не раз его мать обращалась к синьоре Скавинш, чтобы продать несколько колец за хорошую цену. Было смешно смотреть, как, сидя на унитазе, она поправляла себе вуалетку на шляпке с павлиньими перьями.

Можно было недурно позабавить и своих школьных приятелей, пересказав им увиденное, но в этот момент Джанни пришла в голову другая идея: он понял, как можно извлечь выгоду из своего открытия.

Осторожно соскользнув на землю, он обогнул здание и вошел в просторный зал, где происходил большой прием в честь свадьбы Мари Клер Регац, дочери банкира Карла Регаца, с Августом Дубланком, сыном банкира Давида Дубланка. Мари Клер была кузиной Ипполиты Кривелли. Венчание происходило с большой помпой в готическом соборе Сан-Лоренцо. Сам монсеньор Себастьяно Бригенти, который был связан давней дружбой с отцом жениха, прибыл из Лозанны, чтобы совершить этот обряд.

Сразу после церемонии новобрачные и гости приехали в это роскошное здание гольф-клуба, чтобы отпраздновать свадьбу. Среди тщательно отобранных приглашенных была и семья Монтальдо. Ипполита Кривелли и юная Валли Монтальдо были подружками невесты.

Эстер сделала все возможное, чтобы Валли могла достойно выглядеть на этой церемонии, не проигрывая рядом с элегантностью и вызывающей красотой Ипполиты. Она тщательно причесала дочь, завив ей волосы горячими щипцами и уложив их в длинные локоны, собранные на затылке заколкой.

– Все время улыбайся, Валли, – советовала она дочери, с беспокойством вглядываясь в ее лицо, лишенное миловидности. – Не забывай об улыбке.

Маленькая Лола тоже получила роль в этом свадебном спектакле. Она была среди девочек, которые поддерживали шлейф невесты, и выглядела очень трогательно в своем кисейном платьице с рукавами фонариком. Женщины похвалялись модными экстравагантными туалетами, мужчины были во фраках и цилиндрах.

Лавируя среди нарядно одетых людей, Джанни носился по залу в поисках своих приятелей. Он нашел здесь двоих, которые стояли у стола со сладостями, уписывая за обе щеки сливочные пирожные.

– Пошли со мной, – приказал он командирским тоном.

Оба приятеля тут же последовали за ним, не требуя никаких объяснений.

– Хотите посмотреть, как женщины делают пи-пи? – спросил Джанни со страстью коммерсанта, который торопится предложить свой товар.

Приятели недоверчиво посмотрели на него.

– Ты что, шутишь? – спросил один.

– Вот те крест, – поклялся Джанни.

– И где это? – с сомнением спросил второй мальчик.

Джанни ухмыльнулся.

– Полфранка, чтобы посмотреть одну. Франк и двадцать чентезимо, чтобы увидеть трех, – сказал он, протягивая руку за деньгами.

– Согласен, – решился один из мальчиков, кладя на ладонь Джанни блестящую монету в один франк.

– Хочешь сдачу или положишь еще двадцать чентезимо? – спросил его Джанни.

– Кладу еще двадцать чентезимо, – решил тот, доставая монетку из кармана брюк. Джанни взял деньги.

– Теперь давай лезь на козлы. То окно выходит прямо в туалет.

Друг с беспокойством оглядел шаткое сооружение и огромного кота, который возлежал наверху, похожий на льва Святого Марка.

– Давай, давай, – подбодрил его Джанни. – Я увидел там синьору Скавинш. Если повезет, сможешь увидеть Ипполиту Кривелли, – поддразнил он.

– А как же кот?

– Прогони его, – подсказал Джанни. – Я тебе помогу. Постарайся только, чтобы он спустился без шума. Если нас услышат, нам достанется.

Кот пытался защитить свою позицию, шипя и хищно скалясь, но, в конце концов, бесславно ее покинул, спрыгнув в траву и уступив место мальчикам. Джанни, который сунул деньги в карман брюк, помогал приятелю подняться, придерживая козлы.

Тот занял позицию у окна, спрятав лицо в густой зелени вьющегося горошка и уцепившись руками за крепкую решетку. Два друга на земле смотрели на него, раскрыв рты. Все сдерживали дыхание от волнения и страха, что их обнаружат.

Держась в шатком равновесии на верхушке козел, парнишка вытянул левую руку назад с двумя растопыренными пальцами, что означало присутствие двух клиенток в женском туалете. После того, как стих шум воды в унитазе, он обернулся, красный, как помидор.

– Две, – просвистел он, наклонившись. – Две задницы зараз!

Оба приятеля на земле глядели на него с завистью и восхищением. Когда туалетная комната опустела, мальчик сказал:

– Тут была твоя сестра Валли.

– Кто? – почти задохнулся Джанни.

– Тут была твоя сестра, – повторил наблюдатель. – Она была с этой ломакой Маризой Мели. Ну и зады у девочек! – восхищенно протянул он.

Джанни неожиданно выступил на защиту чести семьи.

– Моя сестра – нет! – взвизгнул он. – Как ты смел! Слезай немедленно!

Но мальчишка и не подумал оставлять позицию.

– Я заплатил за трех, и мне полагается еще одна, – запротестовал он.

– Насчет сестры мы не договаривались. Слезай немедленно, а то получишь, – пригрозил Джанни.

– Я дам тебе еще франк, – попытался задобрить его друг, который знал его жадность.

Но младший Монтальдо был в самом деле вне себя и не склонен ни к каким компромиссам.

– Слезай, или я тебя свалю, – шипел он.

Однако приятель не желал отступать. Он заплатил и хотел насладиться зрелищем до конца. Тогда Джанни принялся трясти одну из ножек козел, вынудив того крепко ухватиться за решетку окна.