Моя - Анастасия Пырченкова

Здравствуй, отец, — поздоровалась девушка в ответ ледяным тоном. — И оружие лучше опусти.

Удивительно, но Прохоров послушался. Нет, руки он не опустил, наоборот, поднял обе в жесте сдаче. Повисла тишина. Родственники разглядывали друг друга, явно продумывая свои следующие ходы.

Я покосилась на Стаса, который сосредоточенно следил за действиями Прохорова.

— Не думал, что явишься, — наконец, заговорил мужчина.

— Ты не оставил мне выбора, — заметила Арина с усмешкой. — Слишком показательное выступление вышло.

— Я надеялся, что ты навестишь старика, — "повинился" отец девушки.

Брюнетка скривилась.

— Я здесь не ради тебя, мы оба это знаем, поэтому давай ближе к делу. Что тебе нужно от меня?

Прохоров совсем уж благодушно заулыбался. Аж затошнило.

— Конечно же, твоё возвращение, — выдал с пафосом.

Точно, псих!

— И ты не нашёл ничего лучше, как подвергнуть пыткам ни в чём не повинную девушку? — выгнула брови Арина. — Серьёзно?

— Твой подельник отказывался мне помогать, — развёл руками тот, сосредоточив внимание на том, о ком говорил. — А ещё он помог моей малышке сбежать от папочки, — добавил хмуро.

И вот эта его эмоция вкупе со словами вызвала ужас. И сама не могла объяснить себе, почему. Просто вдруг внутри резко похолодело. Арина вот тоже напряглась больше прежнего.

— Он мне не помогал. Я сама сбежала, — осторожно и как можно мягче ответила девушка, делая шаг вперёд. — Ты не оставил мне иного выбора…

— Ложь! — вдруг вскричал мужик, обернувшись к дочери. — Ты бы никогда не посмела от меня сбежать, если бы не он.

— Я бы не сбежала, если бы ты не решил выдать меня замуж за старого извращенца. По-твоему, я должна была с радостью принять свою судьбу?

— Да он сдох через год, — поморщился Прохоров.

— То есть я должна быть этому рада? — усмехнулась Арина. — Ну, прости, что меня не устроило быть твоей разменной монетой.

Я моргнуть не успела, как мужчина оказался рядом с дочерью, отвесив той звонкую пощёчину.

— Тварь! Такая же неблагодарная сука, как мать! Я для вас всё, а вы в ответ нож в спину!

В ответ на его тираду от девушки послышался хриплый смех. С долей истерики и брезгливости.

— Для нас? — уточнила она излишне ласковым тоном. — То есть ты мою мать избивал и пичкал психотропными, пока она в один прекрасный момент не выдержала этого унижения и не покончила с собой, для её блага? И со мной собирался провернуть то же самое, надо думать, тоже из блага? А я такая дрянь не оценила, — покивала понимающе. — Обидела бедного несчастного папочку, лишив его игрушки в своём лице. Нехорошая. Прости, пожалуйста. Как я могла? — склонилась в низком поклоне. — Можно я на коленочки встану? — попросила и, не дожидаясь ответа, опустилась перед ним на колени. — Так лучше? Простишь свою рабыню? — уставилась на отца взором полным неприкрытой злобы и ненависти.

На удивление мужчину это успокоило. Он мягко улыбнулся и погладил дочь по щеке. Но уже через мгновение, она отлетела к стене.

— Думала, я такой наивный дурак? Да и что такого я просил? Всего лишь выйти замуж за одного из акционеров, чтобы сберечь бизнес. Ну, подумаешь, он был далеко уже не молод… — не договорил он. — А вот ты. Ты всё испортила, Ариша, — прошипел злобно. — Ты выбрала его, — ткнул пистолетом в Стаса.

Я даже дыхание затаила, чувствуя приближение кульминации.

— Я выбрала свободу, — парировала Арина, не спеша подниматься на ноги. — Опусти оружие, отец, — подняла собственную руку с пистолетом.

— Стреляй, — пожал Прохоров плечами. — Но и я выстрелю. Тем более, мне терять уже нечего. Я и так через пару месяцев умру. Так что смерти я не боюсь. Давай же, дочь, стреляй, — предложил. — Заодно поможем этой милой девочке избавиться от нежеланного брака без потерь, ещё и наследницей доли твоего помощничка сделаем. Думаю, ей только на руку это. Правда ведь? — обратился ко мне, подмигнув. — Ну же, Ариша, стреляй, — вновь сосредоточил внимание на брюнетке. — Давай.

— Опусти оружие, — потребовала всё так же бескомпромиссно Арина.

— Стреляй, — повторил уже её отец в полнейшем равнодушии.

— Опусти оружие, — процедила брюнета.

— Стреляй. Или выстрелю я, — ухмыльнулся мужчина.

Мужской палец нажал на спусковой крючок.

Два психа!

— Опусти ты это долбанное оружие! — сорвалась на крик девушка.

Прохоров на это только улыбнулся. Я зажмурилась.

В тот же миг раздалась череда оглушающих звуков выстрелов.

— Галя? Медовая моя, открой глазки, — послышалось через целую вечность по ощущениям.

Глаза открывать не хотелось. Казалось, сделаю это и обязательно увижу что-то плохое. Но Артём не сдавался, продолжал то и дело звать. Только откуда здесь взяться Акимову?

Глаза я всё же открыла.

Артём стоял прямо передо мной, загораживая вид на происходящее за его спиной. И я только сейчас осознала, что в подвале слишком много народа. Судя по виду, оперативники.

— Кто? — задала один единственный вопрос.

— Прохоров, — сухо отозвался любимый, снимая с помощью полицейского меня с цепи.

— А Стас? — уточнила я.

На этот раз ответ последовал не сразу. Сперва меня усадили на пол, а после словно из ниоткуда рядом появился медик и принялся меня осматривать.

— Закрытый перелом голени, пара рёбер, многочисленные ушибы и синяки, но ничего серьёзного для жизни, — вынес вердикт. — Но я бы посоветовал в больницу всё-таки съездить. Мало ли.

Артём на сказанное согласно кивнул, а после поднял меня на руки и понёс на выход. Краем глаза увидела лежащего на носилках Стаса, а на его груди расплылось алое пятно крови.

Меня замутило.

— Он…

Большего сказать не удалось. Горло перехватило.

— Жив, вроде, — успокоил Артём.

Только мне этого было мало.

— Надо вернуться и точно узнать, — попыталась вывернуться.

Конечно же, не удалось.

— Галь, хватит! — властным голосом пресёк он все мои возражения. — Ты там будешь только мешаться. Как только что-то станет известно, ты узнаешь первая, обещаю, но сейчас тебе самой нужна помощь врача.

В его словах была правда, но мне казалось неправильным вот так уходить, не выяснив, что со Стасом. Всё-таки он из-за меня оказался в этом подвале. Потому