Татьяна Захарова - Будь моей (СИ)

— Что это? — выдохнул он. Резко подлетев с кровати, он дернул её за собой, разворачивая к себе лицом. Схватив за плечи, Дмитрий взглядом указал на её шею, точнее на пятно на шее, и Лина вспомнила о своей утренней «невинной» просьбе. — Откуда это? — прошипел он, встряхивая её. Поддавшись искушению, она посмотрела на него как на идиота, взглядом выражая вопрос: ты что и этого не знаешь? Дима прекрасно понял её взгляд, от чего взбесился ещё больше, хотя куда больше?.. Встряхнув её, он продолжил допрос: — Кто это сделал? Кто он? Говори!

Не смотря на боль в стиснутых им плечах, Лина умудрилась сложить руки на груди и с вызовом посмотреть ему в глаза. Вздернув подбородок, она всем своим видом говорила: А ты попробуй! Заставь меня заговорить! Он ещё раз встряхнул её и зарычал от бешенства.

— Ты — моя! Слышишь! И даже то, что кто-то ещё… — он выругался, не замечая что его пальцы все сильнее впиваются в её плечи. Лина не морщилась, только потому что на её лице была маска, состоящая из смеси сарказма и скепсиса. — Я убью его! Я найду его, и он пожалеет, что вообще связался с тобой. — Выражение её лица не изменилось ни на грамм, и он решил огорошить её своей информированностью. — Это же твой бывший парень, Олег, да? — на миг в её глазах отразилось удивление: он даже помнит, как его зовут? Дима истолковал её взгляд по-другому. — Именно у него ты провела эти дни.

Лина рассмеялась ему в лицо, чем окончательно вывела его из себя. С силой встряхнув её, он замер, услышав её вскрик боли. И только тогда понял с какой силой он сжимает её плечи и резко разжал пальцы, отталкивая её на кровать. От греха подальше он ещё и отступил на пару шагов. Лина перевела взгляд на покрасневшее пятно на левом плече и рукой попыталась растереть место, уже представляя какие синяки будут украшать его в скором времени. Дима быстро натянул джинсы, заставляя себя хоть немного успокоиться. Натянув футболку, он подошел к кровати, на которой все ещё сидела Лина. Она вновь надела маску отчужденности, стараясь вообще не замечать его. Отчего пламя злости разгорелось вновь, он зарылся рукой в её волосы и потянул их назад, грубо заставляя поднять к нему лицо и взгляд. Уступая его требованию Лина с вызовом посмотрела ему в глаза. Он наклонился, чтобы поцеловать, но в миллиметрах от её губ прошептал.

— Чтобы ты не думала по этому поводу: Ты — МОЯ! И ничего этого не изменит! — она не успела никак прореагировать на это заявление, когда его губы властно завладели её, сминая в неистовой страсти, почти причиняя боль, заставляя подчиниться…

Когда он отстранился, в его глазах Лина увидела торжество и сделала единственное, что могла в этой ситуации чтобы, стереть это выражение в его глазах. Подняв руку, она с выражением брезгливости, вытерла губы тыльной стороной кисти. Не отрывая взгляда от Димы, Лина отметила, каким бешенством зажглись его глаза. Жигунов даже занес руку, отчего она невольно сжалась и напряженно посмотрела на его ладонь, что остановилась на полпути. Дима тоже посмотрел на руку и замер, не в силах поверить, что только что чуть не ударил женщину. Нет, не так, он чуть не ударил СВОЮ ЛИНУ! И это моментально привело его в чувство. Выругавшись, он выбежал из комнаты, хлопнув дверью напоследок.

Лина обессилено опустилась на постель, чувствуя непомерную усталость. Невольно в памяти всё всплывала картина его занесенной руки, и ужас в его глазах, когда он понял, что чуть не ударил её. Лина свернулась в клубочек, не желая признаваться, что выигранное только что сражение, не принесло ничего кроме новой боли. «Она делает все правильно! Правильно! Он уже сам все разрушил! Сам!» — уговаривала она себя, не желая признаваться, что уничтожает все хорошее, что оставалось между ними. Да, она получит свою свободу! Она почти не сомневалась в этом, но что от неё самой останется? От беззаботной, своевольной и свободолюбивой девушки? Особенно если учесть, как ей тоскливо сейчас.

А Жигунов был в этот момент в тренажерном зале и с усердием вымещал злость на боксерской груше. Все подчиненные старались держаться от него как можно дальше, только Григорий не испугался и, переодевшись в спортивный костюм, присоединился к Диме.

— Может, тебе нужен реальный противник? — предложил он. Дима мазнул по нему взгляду и резко выдохнул.

— Нет! — Григорий пожал плечами и с интересом следил, как Дима истязал грушу. Через пять минут он с обманчивой ленцой спросил у него.

— Дима, вот скажи, ты правда думал, что сможешь легко успокоить Лину после всего? Что за пару часов добьешься её симпатии и все вновь будет как прежде? — Гриша даже фыркнул от такого глупого предположения. Жигунов с особой силой ударил по груше несколько раз и только тогда посмотрел на Григория.

— Нет, — выдохнул он. — Но и представить себе такого я не мог… — он развел руками, даже не зная как описать сегодняшние события. Помолчав, он все же сказал. — Она переспала с другим… Нашла себе кого-то за эти дни… — Гриша ошеломленно хмыкнул и после минутной заминки с сомнением уточнил.

— Это она тебе так сказала?

— Нет! Что ты… — с горькой усмешкой сказал он. — Кто я такой, чтобы она со мной разговаривала?! — взгляд Гриши стал ещё более удивленным, и Дима пояснил. — Лина не разговаривает со мной, смотрит как на пустое место…

— Подожди, а с чего ты тогда взял что она кого-то нашла себе?

— У неё засос на шее… — поморщившись, сказал Дима. Гриша присвистнул: молодец, Лина, что ещё скажешь?

— Ты не думал, что она могла попросить кого-то его поставить? Чтобы просто позлить тебя, ведь ты бы его в любом случае заметил. — Дмитрий с сомнением посмотрел на друга. — Неужели ты до сих пор не понял, что Лина не из тех, кто будет бросаться в постель с первым встречным.

— Я подумал, что это Олег… — он пожал плечами, обдумывая услышанное. С одной стороны, её не было 11 дней, а этого вполне достаточно, чтобы сменить несколько любовников. С другой, с её неприятием «чужих» прикосновений… Дима чертыхнулся, не в силах решить эту задачу.

— Сомневаюсь. — протянул Григорий. Подойдя к Жигунову, он положил руку на его плечо. — Но можно я дам тебе совет? Отпусти её. Отпусти, пока окончательно не потерял. — Жигунов покачал головой, они уже обсуждали этот вопрос, и он ответил так же, как и прежде. Гриша покачал головой, осуждая. — Тогда наберись терпения: Лина не уступит тебе в этот раз.

— Понимаю, — уверенно сказал Дима. — Но я сумею все исправить.

Григорий снова покачал головой, отходя в сторону, так как Жиганов вновь стал истязать грушу.

Не давая себя времени для ненужного нытья, Лина подорвалась с постели и направилась в ванную. И первым делом заглянула в шкафчик, где хранила таблетки. Там оставалась всего одна таблетка в памятное утро, а сейчас лежали ещё две упаковки, то есть кто-то предположил… Зарычав, Лина захлопнула дверцу.