Татьяна Захарова - Будь моей (СИ)

Услышать его протяжный стон, и понять что проиграла эту битву, было больно. Но это только одно сражение! — постаралась убедить себя Лина и отстранилась от Димы. Она и без этого знала, что он прекрасно изучил её тело, пришло время и ему понять, что она тоже изучила его пристрастия. А ему нравилось всегда после секса полежать, обнявшись, и лениво ласкать её тело, поэтому сейчас несмотря на слабость она встанет и уйдет. Мужчина ещё не отошедший от ослепительного оргазма позволил ей выскользнуть из его рук. Машинально проследил за скрывшейся в ванной девушкой и перевернулся за спину, заведя руки за голову. Однако шум льющейся воды заставил его приподняться и напряженно уставиться на дверь.

И об этом… его пунктике Лина тоже знала наверняка. Не сразу, а только на второй или третий раз после случившегося, она поняла, что он не выносит, когда сразу после секса она принимает душ или ванну. И в таком случае либо присоединяется к ней в душе, либо сразу после повторяет секс. От первого варианта она застраховалась, закрыв дверь на щеколду, а вот от второго… Ну что ж она может ещё раз принять душ. Когда же она поделилась этим наблюдением с Таней, та ей доступно объяснила причину. У партнера появляется стойкое ощущение, что ты хочешь смыть его запах, след от его прикосновений, его поцелуев… Задумавшись, она вынуждена была согласиться с ней. Как-то сразу вспомнилось утро после их с Димой первой ночи, её стойкое желание «отмыться», которое не проходило и на следующий день, и через день…

И сейчас, отчаянно работая вехоткой, Лина с удовольствием представляла злость Димы, ровно до того момента, пока он не выбил дверь. Щеколда жалобно звякнув, отлетела на пол. Не обернуться и не посмотреть на Жигунова, было трудно, но она смогла сдержать инстинктивный порыв.

— Лина, — практически прорычал Дима, подходя к ней. Подумав, она не стала оборачиваться. А вот услышав, как он отодвигает дверь душевой кабинки, чуть не застонала. К новому раунду она была не готова, ни морально, ни физически. Жигунов тем временем, с трудом сдерживая гнев, медленно развернул её к себе и заглянул в её глаза. На миг в них отразилось выражение загнанного зверя, и от этого взгляда ему стало не по себе. Заметив его реакцию, Лина поспешно отвела глаза. Спустя несколько секунд на него вновь смотрели абсолютно безразличные пустые глаза. Дима обнял её и прошептал почти умоляюще. — Лина… перестань, прошу. — легкий поцелуй и вновь его шепот. — Перестань, не делай этого с нами.

Лучше бы она этого не слышала, лучше бы она оглохла, лучше бы… — думала она спустя секунду после звонкой пощечины, что она влепила ему. Крепко сжав зубы, Лина сдерживала рвущиеся изо рта обвинения. А так хотелось закричать: «Это ты всё сделал! Разрушил «НАС»! Так что не обвиняй меня в своих грехах!» Дима видел неприкрытое обвинение в её глазах, наверное, поэтому никак не отреагировал на оплеуху. Даже как-то успокоился, добившись от неё хоть какой-то отклика. А значит, стена отчуждения вот-вот упадет. Глубоко вздохнув, Лина прикрыла глаза. Не дожидаясь продолжения, он обхватил её лицо руками и приник к её губам…

В этот раз его поцелуи были разными: то нежными, то страстными, то требовательными, то мягкими, то глубокими, то легкими. Лина потеряла счет времени, понимая только одно: он хочет добиться от неё ответа. Его руки настойчиво и знающе ласкали её тело. И с каждым мгновением все труднее было контролировать себя. В какой-то момент она даже пожалела что нет простыни под рукой.

— Лиииин, — прошептал он, на секунду отстраняясь от её губ. Вспомнив её приезд в коттедж, он предложил. — Ответь на поцелуй, и я отстану от тебя до вечера. — При этом он так крепко прижимал её к себе, неосознанно подчеркивая свое желание, что Лина с трудом подавила скептическое хмыкание. Не дожидаясь ответа, он вновь приник к её губам, которые так и остались безразличными к его ласкам.

Неожиданная мысль, что пришла в её голову почти развеселила её. Взвесив все за и против, Лина все же не удержалась от искушения. В конце концов, это же не сопротивление, — успокоила она себя и повернула кран, делая воду практически ледяной. Конечно, её тоже задело, но учитывая, что в процессе «соблазнения», Дима придвинул её к стенке душевой, то вся прелесть «прохладненького» душа досталась именно ему. Выругавшись, он резко выключил воду и, вновь выругавшись, посмотрел на неё. Лина, с трудом подавляя ехидную улыбку, скользнула взглядов по нему и убедилась в правдивости слухов про «холодный душ». Вон как Дима охладился, так что пропало всякое желание, а точнее появилось другое: придушить её. Да и ей этот душ помог остыть.

— Лиииин, — прошипел Дима, зарываясь рукой в её волосы и заставляя её поднять лицо. И только в этот момент заметил чуть подрагивающие губы и смешинки в глазах. — Тебе весело? — непритворно удивился он, забыв даже что собирался сказать. — Значит, гнев твой «охладился»? — выделяя интонацией последнее слово, с улыбкой спросил он. И не мечтай, — подумала Лина, переводя взгляд на стену за ним. И только сейчас поняла, что замерзла. Вода, что ещё не стекла в канализацию, была не особо приятной температуры. Заметив, как поежилась Лина, посмотрев при этом на пол кабины, Дима подхватил её за талию и вместе с ней вышел из душевой. И хотя злость на её молчаливое игнорирование его не прошла, он отодвинул её на второй план. Схватив махровое полотенце, он укутал её и все же высказался. — Чудо ты, дивное! Сама же пострадала от устроенной пакости…

Даже не посмотрев на него, Лина попробовала выскользнуть из его объятий. В итоге в спальню её внесли на руках и осторожно опустили на кровать. Взяв другое полотенце, он насухо вытер её ноги и даже погрел их в своих руках. После того, как они стали почти нормальной температуры, он взял ещё одно полотенце и, быстро вытеревшись, уселся за её спину. Лина же следила за этим всем с внутренним ехидством. Ну, ну, я почти поверила в твою заботливость, и совершенно не догадываюсь, чем же это все закончится. — думала она, позволяя ему вытереть её волосы и плечи. Точнее не пытаясь сопротивляться, понимая что это ни к чему не приведет. И даже не удивилась когда он поцеловал её в основании шеи. Выпутав её из махрового полотенца, Дима стал вытирать оставшуюся влагу. В какой-то момент он перекинул её волосы через плечо… и замер. Не сразу Лина поняла, что заставило его так напрячься. И только его вопрос, заданный странным напряженным голосом, подтолкнул её память.

— Что это? — выдохнул он. Резко подлетев с кровати, он дернул её за собой, разворачивая к себе лицом. Схватив за плечи, Дмитрий взглядом указал на её шею, точнее на пятно на шее, и Лина вспомнила о своей утренней «невинной» просьбе. — Откуда это? — прошипел он, встряхивая её. Поддавшись искушению, она посмотрела на него как на идиота, взглядом выражая вопрос: ты что и этого не знаешь? Дима прекрасно понял её взгляд, от чего взбесился ещё больше, хотя куда больше?.. Встряхнув её, он продолжил допрос: — Кто это сделал? Кто он? Говори!