Линн Пембертон - Платиновое побережье

– Но у меня просто не остается свободного времени!

– В том-то и дело! На меня в твоем расписании времени не отводится. Я забыла, что значит спокойно пообедать или поужинать без непрерывных звонков.

– Перестань, Крис, не все так плохо. – Стивен протянул руку, чтобы погладить ее по голове. Он настолько был увлечен предстоящей встречей с Антонио, что не хотел ссоры. – Ну правда же.

Она отвернулась. В этот момент бесшумно возник Виктор и объявил о прибытии гостей. Чету Челлини они оба встретили с невозмутимой учтивостью и шармом.

Антонио был в отличной форме и неотразимо красив. Черные волосы и загар являлись прекрасным фоном для его ярких глаз.

На Сюзанне было черное шелковое платье без бретелек. В отличие от мужа загар едва коснулся ее узких плеч и длинной грациозной шеи. Она смотрелась неестественно белокожей в своем легком черном наряде. Бесстрастное лицо с мелкими чертами лица было безукоризненно накрашено.

От Антонио исходил запах лимона, смешанный с какими-то горькими специями. У Кристины приятно защекотало в носу, когда он наклонился, чтобы поцеловать ее руку.

– У вас совершенно прелестный дом, – прищелкнув языком, оценил Антонио. Окинул интерьер взглядом знатока и одобрительно повторил: – Изумительно!

– Спасибо, – отозвался Стивен и повел гостей на террасу. На его традиционный вопрос: – Что будете пить? – Сюзанна ответила:

– Лучше шампанское. Например, «Премьер Жуйэ» розовое или «Кристалл»! Но если не найдется, то обойдусь белым сухим вином.

– И все-таки, какое вы предпочитаете? – язвительно спросила Кристина, зная, что в их подвалах имеются эти марки. Ее возмутило, что американка вела себя в их доме как в ресторане.

– Для юной леди всегда самое лучшее, – Антонио с восторгом посмотрел на жену, которая ленивым жестом откинула свои прямые длинные волосы назад.

Виктор принес бутылку шампанского «Кристалл» в серебряном старинном ведерке, что заставило Кристину испытать гордость за свои владения. И не потому, что Сюзанна Челлини или, как она себя величала, Белфорд-Челлини, была поражена, а потому что Кристина не позволит ей пренебрежительного отношения к себе как к хозяйке дома, в котором есть все.

Они уселись за накрытый стол в бамбуковые кресла с высокими спинками в центре террасы с видом на море. Горизонт был цвета темной терракоты. Верхушка умирающего солнца пылала последней исступленной энергией, и на их глазах упала в темное присмиревшее море. Небо быстро поглотило оставшийся свет и повисло тяжелым черным бархатным занавесом.

– Это самое изумительное место на свете, – вдруг совсем просто и искренне сказала, поднимая бокал, Сюзанна. Очевидно, величественная картина природы покорила ее. – И поверьте, у вас самый удивительный отель, в котором я когда-либо останавливалась.

– А уж она-то бывала в самых шикарных, – вмешался Антонио.

– Я непременно приеду сюда еще раз, – продолжала Сюзанна, не реагируя на реплики мужа.

– О, только скажи, моя дорогая, – с готовностью произнес он и подмигнул Стивену: – Вы не будете возражать, если я попрошу вас показать мне ваш дом? Меня совершенно очаровала его архитектура.

Его неподдельный интерес покорил Стивена. Он выразил готовность проводить гостя.

– Сюзанна, хочешь взглянуть? – спросил Антонио. Она безразлично пожала плечами, давая понять, что бывала в домах и пофешенебельнее.

– Мне приятнее поболтать с Кристиной. Мужчины энергично удалились.

– Итак, когда же вы возвращаетесь в Нью-Йорк? – спросила Кристина так, словно это ее действительно волновало.

– О, не напоминайте, – сморщила личико американка. – В первый же день по возвращении у меня обширная благотворительная программа. Я не могу вам передать, какая чудовищная будет спешка. К маникюрше я помчусь прямо из аэропорта, а потом – в кресло к своему парикмахеру Роберту, – она рассмеялась высоким резким смехом.

Кристина отпила шампанского и подумала: какого черта она должна поддерживать этот глупый разговор и изобретать темы для беседы с заносчивой американкой? Но пытка продолжалась недолго.

Во время ужина разговор вели Стивен и Антонио. Основное внимание было уделено превосходному авокадо и муссу из семги в лимонном соусе и блинчикам из манго.

– А что это за рыба? – Сюзанна тронула вилкой белое рыбное филе.

– Рыба – дельфин, но не тот дельфин, просто они очень похожи, с плоской головой и гладкой черной кожей. Отсюда и название, – объяснила Кристина, заметив, что Сюзанна не столько ест, сколько ковыряет вилкой, оставляя на тарелке нетронутые куски.

Потом они пили кофе в саду, и Антонио не уставал восхищаться подсвеченными кустами с кремовыми и розовыми цветами. Кристина почувствовала облегчение, когда чета Челлини в половине одиннадцатого стала прощаться.

– Мы так быстро устаем здесь на острове, – Сюзанна притворилась, что зевает.

– Она быстро устает. А у меня нет сил встать с кровати, как только мы в нее попадаем. – Антонио ущипнул Сюзанну за ее костлявый зад. Она скривила лицо.

– Это местный воздух истощает меня.

– Ну, истощает он тебя или нет, но последние четыре ночи тебе не придется долго спать. Как-никак, медовый месяц.

Она вскрикнула, с трудом выбираясь из его неуклюжих объятий:

– Антонио, ради Бога, держи себя в руках. Ты очевидно, слишком много выпил. – Ей пришлось оттолкнуть от себя мужа и короткими нервными движениями привести в порядок свое задравшееся платье.

– Пустяки, – прошептал Антонио на ухо Кристине. – На самом деле ей это до чертиков нравится.

Она оставила его замечание без внимания, поэтому он продолжил уже громко:

– Спасибо за фантастический вечер! Кристина, оказывается, потрясающе готовит!

– Я несколько сомневаюсь, что ужин – дело рук самой хозяйки, – кокетливо протянула Сюзанна.

Кристина улыбнулась как можно любезнее:

– Вы не ошиблись, у нас прекрасный повар. Но кое-что я приготовила сама. Стивен любит мои специалитеты, и я с удовольствием хозяйничаю на кухне.

– О… – протянул Антонио. – А Сюзанна единственное, что способна сделать для обеда, – это зарезервировать столик в ресторане. – Он громко рассмеялся, довольный собственной шуткой. Стивен поддержал его. Сюзанна промолчала. Кристина, поглядев на нее, решила распрощаться, пока Антонио не сморозил очередную непристойность.

– Мы рады, что вы нас навестили. Сказать по правде, и нас после целого рабочего дня кровать зовет отдохнуть.

– Надеюсь, поведение Антонио не испортило этот чудесный вечер? – все так же неискренне улыбаясь, спросила Сюзанна. – Он после двух рюмок бывает невыносим.