Зоя Гаррисон - Большое кино

— Вообще, признаюсь честно, мне бы…

— Оказаться за миллион миль отсюда! — произнесли они вместе и рассмеялись.

В этот момент вернулась Аманда с двумя маленькими блюдцами и поставила их на поднос.

Верена тут же схватила фаршированный блинчик.

— Дочь, ты не собираешься предложить сенатору попробовать первым?

— О! — Верена подняла поднос и протянула гостю. Возьмите блинчик, Эбен. Это фирменное блюдо матушки. И не забывайте про горчицу.

— Благодарю.

— Скажите, вы женаты? — Верена окунула блинчик в соус, потом в острую горчицу.

— Нет, — ответил Пирс.

— Как же так? — Верена прослезилась от горчицы и оглянулась. Ближе всего оказалось пиво Пирса, и она схватила его.

— Моя жена умерла три года назад.

— Так вы вдовец! — Верена нахально прищурилась. — А ведь еще не выглядите стариком!

— Послушай, Верена! — укоризненно промолвила Аманда и расстроенно приложила руку к груди. — Простите, Эбен.

— Ничего страшного.

— Хотите еще пива?

— А подружка у вас есть? — перебила Верена.

— Да. Это ответ на оба вопроса.

Верена вышла и вскоре вернулась в гостиную с бутылкой пива, открывалкой и яблоком.

Откупорив бутылку, она наполнила стакан сенатора, после чего уселась рядом с матерью и впилась зубами в яблоко.

— У мамы никогда не переводится работа, — произнесла Верена, ни к кому не обращаясь.

— Да, мне нравится быть при деле. Я люблю помогать Верене, способствовать ее карьере. — Аманда обняла дочь. — Она очень талантлива, просто идеал для фотографа.

— Брось, ма! Зачем Эбену твоя болтовня? И хватит о моей карьере. Неужели нет других тем?

— Когда у моей дочери появится собственный ребенок, — проговорила Аманда, краснея, — она поймет, как это трудно — перестать его опекать.

— Я уверен, Аманда, что вашей дочери очень повезло с матерью и что она прекрасно отдает себе в этом отчет.

Верена надулась, а Аманда внезапно подобралась:

— Вот и Раш.

— Я ничего не слышал… — Пирс оглянулся.

— Сработало шестое чувство, — подсказала Верена.

— Настоящая удача — застать вечером дома обеих моих девочек! — провозгласил Раш Александер, появляясь в дверях.

Верена скорчила зеркалу рожу, потом обернулась и приветствовала отца очаровательной улыбкой:

— Добрый вечер, милый папочка!

— Здравствуй, Верена, здравствуйте. Эбен. Рад вас видеть. — Раш пожал Пирсу руку и потрепал его по плечу.

— Я также рад, сэр, — сказал Пирс, вставая.

— «Рад вас видеть! Я также рад, сэр», — пробормотала Верена себе под нос, и Аманда бросила на дочь недовольный взгляд.

— Сегодня у нас есть что отпраздновать! — сообщил Раш, потирая руки и подмигивая Эбену.

— Что, Раш? — Аманда заулыбалась.

— Не скажу, пока не принесут шампанское.

Верена потянулась к шнуру звонка.

— Не надо, Верена, я сама распоряжусь.

Когда Аманда вышла, Раш подошел к Верене и взял ее, за плечи.

— Надеюсь, сенатор, вы согласитесь отметить с нами хорошую новость, касающуюся моей прелестной дочери.

— Безусловно! — Пирс улыбнулся Верене, и та поморщилась. — Для меня это честь.

— Ну так что за новость? — спросила Верена, пытаясь высвободиться из отцовских рук.

— Сначала шампанское, — повторил он, и как раз в этот момент вошла Аманда, а за ней — дворецкий с подносом, на котором стояли бокалы в форме тюльпанов и бутылка «Дом Периньон» в серебряном ведерке со льдом.

— Спасибо, Уильям. — Раш мастерски откупорил бутылку, негромко хлопнув пробкой. Не успел он наполнить бокалы, как Верена схватила свой.

— Ну, все! Выкладывай, по какому поводу праздник.

Раш поднял бокал:

— Внимание: за дебют моей дочери в Голливуде!

— Поздравляю! — сказал Пирс.

— Что за дебют? — Верена вынула изо рта резинку, поискала, куда бы ее деть, и прилепила на донышко своего бокала.

— Да объясни же, ради Бога! — Аманда поставила на поднос нетронутый бокал.

— У меня был разговор с Кит Ренсом, а у нее — с Максом Ругоффом, преподающим Верене актерское мастерство.

Кит обещает предложить Верене главную роль в одном из своих фильмов.

Верена запрыгала на кушетке, и шампанское пролилось на ковер.

— Не верю! Неужели правда? Что за роль?

— Пожалуйста, Верена, успокойся! — Аманда положила руку на плечо дочери.

— Картина уже снимается…

— Ах, папочка! — Верена чмокнула отца в щеку.

— Не торопись, Верена. Надо сперва все обсудить. Как же твоя школа?

Верена умоляюще посмотрела на мать:

— Ма, пожалуйста! Что тут обсуждать?

Раш обнял дочь за талию.

— В моем портфеле лежит сценарий.

— Настоящий сценарий? — Верена кинулась в холл и быстро открыла кодовый замок. Сценарий лежал на самом верху.

Она прочла титульный лист и бегом вернулась в комнату. — «Последний шанс»? Что-то я об этом слышала…

Пирс отошел в угол и стал внимательно изучать вывешенные на стене французские тарелки.

— Я думал, ты за нее порадуешься, — сказал Раш жене с улыбкой.

— Я рада, — ответила Аманда. Ее голос звучал спокойно, но вид был такой, будто она сейчас заплачет. — Верена, дочка, почему бы тебе не показать сенатору нашу бильярдную? Мы с папой тем временем обсудим эту чудесную новость.

Верена потянула Пирса за руку:

— Вы играете в бильярд, сенатор?

Она провела его через столовую, вниз по узкой лестнице, туда, где стояли длинный, во всю стену, бар, перенесенный с океанского лайнера, стол под зеленым сукном и несколько игральных автоматов. За лестницей виднелся проектор и белел киноэкран.

— Только, чур, не жульничать!

Пирс бросил на стол шар и проследил его траекторию.

— Хороший стол!

— Мать покупает только самое лучшее, — сказала Верена, — а для этого штудирует журналы и у всех спрашивает совета. Чур, я разбиваю!

— Не возражаете, если я сниму пиджак?

— Нет, конечно. Мэнди специально устраивает здесь жару, чтобы не было запаха сырости. — Верена сделала глубокий вдох. — Зловонный город!

— Как насчет пива? — спросил Пирс, загоняя шар в боковую лузу.

— При одном условии: вы дадите мне отхлебнуть.

— Согласен.

Она зашла за стойку бара, взяла из холодильника бутылку, откупорила ее и, прежде чем протянуть бутылку сенатору, сделала глоток, — Извините, люблю быть первой. Можете допивать. Между прочим, вас могут посадить за растление несовершеннолетней.

— Пусть только попробуют! — Пирс ударил по шару. — И часто ваши родители так совещаются?

— Разве не в этом заключается брак? — Верена пренебрежительно махнула рукой. — Встречи в верхах, комитеты, подкомитеты… Ваше супружество не было таким? — Сенатор покачал головой. — Послушайте моего совета: не женитесь больше! По-моему, брак — это смертельная скучища. Вы только на них посмотрите! — Она указала кием в потолок. — Он же работает по пятьдесят часов в день! У них даже нет времени, чтобы… Ну, вы сами понимаете. — Сенатор деликатно кашлянул. — А взгляните на мать! Только тем и живет, что раз в полгода полностью переоборудует дом и ждет, когда вернется отец.