Американские дикари - Дж. Дж. МакЭвой

ты лжешь мне. Я думал, мы покончили с этим? Я думал, мы партнеры; что ты бы…

Она открыла дверь и уставилась на меня.

— Не пытайся обвинить меня в чем-либо.

— Я пытаюсь быть честным с тобой.

— Лиам. — она глубоко вздохнула, отвернулась от меня и схватила чистый комплект нижнего белья. — Мне нужна была минута.

— Минута? — Медленно спросил я, ожидая, пока она продолжит.

— Да, Лиам, минута! Многое произошло, и я не могла дышать, хорошо. Иногда мне кажется, что я… — она остановилась, прежде чем повернуться ко мне. Одетая в одно нижнее белье, она уперла руки в бедра, но не смотрела на меня. Вместо этого она посмотрела на светильник, покусывая нижнюю губу.

— Иногда тебе хочется чего? — Прошептал я, делая шаг вперед.

— Как будто я все еще в бегах по Европе, все еще борюсь за свою жизнь. Иногда я просыпаюсь, и мне приходится сидеть и держать себя в руках. Бывают и другие моменты, когда я вспоминаю что-то, и моя кожа горит, мои вены горят так, как будто их подожгли, и мне нужно остыть, — призналась она. Я обнаружил, что потерял дар речи.

Как, черт возьми, я это пропустил? Она все еще, блядь, страдала? Господи Иисусе.

— Мел…

— Не смотри на меня так, я справляюсь с этим. Мне просто нужно время, хорошо? Ты раньше меня не ловил, и они становятся все реже. Это только когда я в стрессе…

Обняв, я прижал ее к себе.

— Мне не нужны объятия.

— Мел, заткнись и просто постой здесь со мной.

— Лиам…

— Ты все еще разговариваешь.

Со вздохом она замерла в моих объятиях, напряженная и раздраженная, но вскоре ее тело расслабилось, и она положила голову мне на грудь. Несколько мгновений спустя она обняла меня.

— Ты должна была сказать мне, Мел.

— Ты ничего не мог бы сделать, — прошептала она.

— Я мог быть рядом. Почему тебе так трудно позволить кому-то быть рядом с тобой? — Мы всегда возвращаемся к одной и той же проблеме.

— Я пытаюсь, Лиам. Ты понятия не имеешь, как это тяжело для меня. Всегда была только я, мне потребуется время, но ты не можешь относиться ко мне по-другому или жалеть меня. — Она отстранилась от меня. — Я все еще могу выполнять свою работу, и это включает в себя встречу с нашим сыном перед отъездом.

Я отпустил ее, когда она схватила пару брюк и одну из моих темных футболок.

— Что мы планируем?

— Сегодня вечером мы выследили Птицелова. — Она надела ботинки, прежде чем вытащить не один, а два пистолета, и бросила их мне.

— Выследим его или убьем? — Меня устраивал любой вариант.

— Пока, выследим. Завтра мы идем в Белый дом, и я уверена, что он снова попытается нас убить. Переобуйся, возможно, нам придется бежать, — потребовала она.

— Разве у нас нет людей для этого?

— Не лучше ли тебе убедиться, что все сделано должным образом? Или теперь вы выше всего этого, мистер Каллахан?

Закатив глаза, я проверил патронник пистолета.

— Помнишь, когда все, что мы делали, это имели дело с наркотиками? Я скучаю по этому.

— Мы можем вернуться к этому в тот момент, когда убьем моего дорогого дедушку. Но до тех пор мы делаем все, что нам нужно, даже если для этого придется перепрыгивать через здания.

— Какого черта нам перепрыгивать через здания?

Она усмехнулась.

— Просто думай об этом как о моей версии свидания.

— Тебе такое нравится? — Что за чертовщина?

— Раньше я делала это для своего отца. Как, по-твоему, я украла тот красный бриллиант, когда мне было восемнадцать?

Мой мозг работал сверхурочно, чтобы следовать ее логике.

— То есть ты хочешь сказать, что если бы наши свидания были больше в стиле «Миссия невыполнима» и меньше в свете свечей, ты бы так сильно на меня не ворчала?

Ее бровь дернулась.

— Я иду проведать Итана, приготовься.

— Да, мэм, не хотите, чтобы я тоже переоделся? Мне начинало нравиться нажимать на ее кнопки.

— Perche non basta giocare morti, задница. — она огрызнулась на меня.

— Почему бы мне не прикинуться мертвым? Ora che non è cosa piacevole dolce.

Она посмотрела на меня в полном удивлении, когда я ухмыльнулся.

— За пять месяцев в тюрьме у меня было более чем достаточно времени, чтобы выучить твой язык.

— Во-первых, — сказала она немного слишком соблазнительно, — никогда не говори со мной так. Во-вторых, ты сказал: «Теперь это не сладкая штука», но хорошая попытка.

Она подмигнула, прежде чем повернуться и выйти.

Черт возьми, я люблю ее.

Именно такие моменты, как этот, компенсируют все остальное.

МЕЛОДИ

Я глубоко вздохнула, выходя из нашей спальни. Я разрывалась между улыбкой от усилий, которые он проявил, и пощечиной себе за то, что позволила ему волноваться. Я никогда не хотела, чтобы он видел меня такой. Я не знаю, что произошло, в один момент все было хорошо, я проверяла свои планы на сегодняшний вечер, а в следующий момент я стояла в душе. Я не лгала ему, за последние несколько недель такие моменты, как этот, почти исчезли. Мне просто нужно было быть с ним и Итаном. Когда я была рядом, остальной мир, казалось, уплывал прочь…Я чувствовала себя такой непохожей на саму себя, и, честно говоря, мне это нравилось.

Я направилась по коридору к задней двери, Эвелин унесла Итана посидеть под звездами. Весь задний двор был окружен высокой живой изгородью, закрывавшей любой обзор.

Они подумали, что мы сошли с ума, загораживая вид на город, когда мы высаживали живые изгороди. Но интуиция подсказывала мне быть осторожной со снайперами. Вся одежда Итана, включая его шапочки-бини, была сшита на заказ из кевлара5. Если бы я могла, я бы поместила Итана в безопасную комнату, пока все это не закончится

Когда все это закончится, мне нужно будет проводить с ним больше времени.