Лисий капкан - Елена Попова

– Ой, ладно, иди выпей кофейку покрепче, а то ты какая-то тормознутая с утра, – посоветовала подруга.

– Рит, а у Егора есть брат-близнец, да?

– Ага. А что?

– Да так, ничего, просто недавно узнала. А он тоже раньше дружил с твоим братом?

– Вот черт! – крикнула Ритка и затараторила: – Элька, сорян, понеслась на остановку, мой автобус отъезжает!

«Вот и поговорили… – вздохнула я. – Егор оклемался, вспомнил, кто его сбил, и сразу же меня заложил. Вот откуда обо мне узнало следствие».

Незаправленный диван, на котором сидел большой белый медведь, задвинутые шторы, пустая бутылка из-под минералки валялась на полу, на кресле гора моих шмоток, а на них дрых Фараон. Серый спортивный костюм и кроссы, лицо белое, как мел, голодный желудок. Я не думала о завтраке. Пора отвыкать от свежесваренного кофе, пора привыкать к овсянке на воде. Или чем там кормят в российских тюрьмах?..

– Надеюсь, у меня будет право на один звонок. Я позвоню брату и попрошу забрать тебя к нему домой, – пообещала я Фараоше, закручивая волосы в пучок.

Я не думала, как себя оправдать. Не искала алиби. Нет. Не буду даже пытаться доказать следователю, что я не виновна. Войду в кабинет, сяду и расскажу ему всё как на духу. А дальше… Гори оно всё огнем!

Вышла из квартиры и лицом к лицу встретилась с до боли знакомым невысоким мужчиной. Отцом Ег… братьев Соколовых.

«Ну всё, приготовься, Эля, сейчас тебя спустят с пятого этажа».

– Поговори с ним! Пожалуйста! – неожиданно попросил мужчина. – Когда он пришел в себя, то первым делом назвал твое имя. Он хочет видеть тебя!

Я смотрела на него как на говорящее дерево. С открытым ртом и круглыми глазами. Он не хочет придушить меня за то, что я сделала с его сыном? Серьезно? Он почти умоляет меня, чтобы я съездила к Егору? Я ничего не путаю?..

– Прямо сейчас сможешь? Я отвезу тебя к нему в больницу. Он очень просил…

– Мне нужно быть в следственном отделе через пятнадцать минут.

– Да не надо уже. Егор сам всё рассказал. Вот только почему ты молчала? Вы ж там были вместе. – Он сердито взглянул и покачал головой. – Испугалась, что ли?

– Угу… – кивнула, не понимая о чем он.

– Вот и Егор так сказал, – вздохнул мужчина. – Давай в машину. Поехали. Он ждет! – Мужчина развернулся и спустился вниз.

В полном недоумении я заперла дверь и, пока спускалась с пятого этажа, размышляла, что именно подразумевалось под «Егор сам всё рассказал»? Какую версию? Он выгородил меня? А может, он не помнит, что случилось? Может, как раз и хочет меня видеть, чтобы спросить, что произошло на озере?

Я села в черный «Рено».

– Да, Денис! – приложив телефон к уху, сказал мужчина и одной рукой вывернул руль и выехал из моего двора. – Дозвонился? Ну, не переживай, езжай спокойно. Егорка оклемался, и всё будет хорошо! Слышишь? И как в Питер приедешь, сразу позвони.

Он убрал телефон в карман куртки и, остановившись на светофоре, громко выдохнул.

– Не одно, так другое!

– Что-то случилось?

– У Ольги приступ случился. Ее в Ярославскую больницу увезли на операцию. По знакомству, что ли. Я так и не понял. Сегодня у нее операция. Денис с самого утра весь как на иголках. Хотел остаться в Вологде, но раз уж Егор пришел в себя, поехал сдавать дипломную. Сколько всего навалилось за последние дни! Чем мы так провинились перед Богом?

– Денис учится в Питере?

– Да. Оканчивает университет МВД.

– А сюда как часто приезжает?

– Бывает иногда. На день рождения к матери приезжает. На их с Егором день рождения он тоже обычно сюда ездит.

– А как давно он там живет?

И в этот момент ему кто-то позвонил, судя по разговору, с работы.

Я заготовила еще парочку вопросов, чтобы докопаться до правды, плавно перейти к августу две тысячи пятнадцатого и узнать, был ли это Денис тогда в Вологде.

Он только успел скинуть, как раздался еще один звонок.

– Ёшкин кот! Никакого покоя! Третий день как Смольный! – проворчал он и ответил на звонок.

Он разговаривал до самой больницы. Давал разные указания, ругал какого-то капитана Орлова. Я так и не смогла его ни о чем расспросить. Он высадил меня на стоянке возле больницы, прервав разговор буквально на несколько секунд, сказав:

– С врачом договорился. Назовешь свое имя, и тебя пропустят к Егору. А я чуть позже приеду.

И уехал.

Я поднималась по лестнице на третий этаж. И чем ближе подходила к отделению реанимации, тем сильнее дрожали коленки. Не знаю, что за состояние. Наверное, неизвестности. К кому я иду? К чудовищу, зверю, насильнику? Или к парню, который любил меня? Дышал мной, как он говорил.

Нажала на звонок двери в ПИТ. Раздался щелчок, и мне открыла молоденькая медсестра с длинными каштановыми косами.

– Я Эля Коваленко. Мне нужно к Его…

– Проходи. – Она уступила мне дорогу. – Он как раз только что проснулся.

Я шагнула в коридор и набрала полные легкие воздуха. Коленки еще больше задрожали.

– Знаешь куда идти?

Я кивнула и медленно поплелась по темному коридору. Притормозила возле палаты. Еще два глубоких вдоха. Сжала кулаки так сильно, что ногти оставили отпечатки на ладонях. Шагнула в палату.

Егор лежал под капельницей, повернувшись лицом к окну. В палате были еще двое мужчин: или спали, или находились без сознания. Я шла к его кровати как на казнь, едва переставляя ватные ноги. В моей руке завибрировал телефон, от неожиданности я вздрогнула и выронила его на пол. Подняла его, выпрямилась и встретилась с его взглядом.

Пятисекундная пауза показалась мне целой вечностью. В его взгляде отразилась такая боль, что я готова была развернуться, выскочить из этой больницы и бежать куда-нибудь подальше. Только бы не смотреть ему в глаза. Надежда на то, что он не помнит тот вечер, превратилась в прах. Он всё прекрасно помнил…

– Лиса… – На его лице появилась легкая ироничная улыбка. – Пришла…

Я медленно подошла к его кровати, села на стул. Он продолжал сверлить меня взглядом. Взглядом, в котором был один вопрос: «За что?»

– Как ты? – вымолвила я.

Он не ответил. Молча смотрел на меня. На волосы, на плечи, на руки, задержал взгляд на губах. Усмехнулся, словно в чем-то убедившись, и резко заглянул в мои глаза. Наверное, невидимый луч, который шел от его зрачков к моим, искрил и щелкал. Таким взглядом можно убивать целые войска.

Господи, я готова была провалиться сквозь землю!

– Подушка неудобная, а