Джейн Мур - Игры вчетвером

Шон молчал.

– Слушай, – добавила она, – я все как следует обдумаю, прежде чем дам тебе ответ, хорошо? А пока мы оба поживем каждый своей жизнью.

Джо положила трубку и обхватила голову руками. Она проклинала себя за звонок. Но, успокоившись и хорошенько обдумав разговор с Шоном, поняла, что позвонила не зря. Она теперь могла представить себе его жену и детей. И знала их имена. Это должно помочь ей набраться решимости и окончательно порвать с ним. Ей будет тяжело, но она должна справиться с этим. Раздался звонок в дверь.

– Привет, я не буду заходить, просто привез детей, – сообщил торопливо Джеф, выглядевший расстроенным.

Джо обратила внимание на грязный воротник его летней рубашки и мятые светлые брюки. «Обратная сторона жизни с молодой девицей, – мстительно подумала Джо. – Она не утруждает себя стиркой и глажением, считая, что постели вполне достаточно». Джо тут же вспомнила слова Тима о романах с немолодыми женщинами. «С ними скучновато в постели, но зато утром обслуживание по первому разряду: вкусный завтрак и вся одежда выстирана и выглажена».

Позже, когда Софи уже заснула, Джо сидела в ванной и болтала с Томасом, который мылся. Он уже перестал стесняться своей наготы и стал разрешать потереть себе спину.

– Ну и как вы повеселились у папы? – спросила она, натирая ему намыленной рукавичкой спину.

– Нормально, – ответил сын и с шумом нырнул в ванну, обдав ее брызгами.

– Все в порядке? Чем вы занимались? – поинтересовалась Джо, дотянувшись рукавичкой до его шеи.

– Ничем. Папа и Канди ссорились, – фыркнул Томас.

– Ох, дорогой. Бедный папа. – Джо уже поняла за этот год, что вытянет из сына больше подробностей о жизни Джефа, если проявит сочувствие к бывшему мужу.

– Мы собирались сходить все на воскресный ленч в ресторан, но Канди опоздала, и папа накричал на нее, – выложил с готовностью Томас.

– Конечно, опаздывать нехорошо, если договаривались, – поддакнула Джо, ей нужно было убедить сына в своей лояльности к Джефу, иначе сын замолчит. – И что произошло потом?

– Они очень сильно поссорились. Канди кричала, что с папой очень скучно, потому что он зануда. Потом ушла и пообещала, что больше не вернется! – сказал Томас, которому явно надоела эта тема, и нырнул на дно.

Джо оставила его, пожелав спокойной ночи, и пошла к себе в спальню, где позволила себе злорадно улыбнуться. Похоже, что счастливая жизнь Джефа начинает давать трещину.

ГЛАВА 27

Шум стоял невообразимый. Крики и возгласы детей в воде сливались в разноголосый гул, который отражался от стен и потолка.

Джо сидела за столиком на открытой площадке, с которой можно было видеть Томаса и Софи в бассейне. Рози рылась в их коробочках с ленчем.

– Прости, но это все, что они оставили, – извинилась Джо. – Как будто сто лет не ели или вернулись из голодного края, – добавила она, улыбнувшись.

Они с Рози одновременно вспомнили свои школьные времена, когда их мучил голод, и расхохотались.

– Господи, я могла съесть два шоколадных батончика с орехами за один раз. Неудивительно, что у меня теперь такие ляжки, – сказала Рози, запихивая в рот сразу шесть чипсов из пакетика, обнаруженного в коробке Софи.

– Не считая двух упаковок чипсов с запахом бекона, – фыркнула Джо. – Господи, как мы их любили!

– Да, это точно. Жаль, что от них так округляешься. Я поняла это только сейчас, увы.

– Не расстраивайся! Джим любит каждую лишнюю унцию твоего веса, потому что они твои.

Рози фыркнула и быстро стащила с бумажной тарелки Джо кусочек цыпленка.

– Обычно за такие остроты я готова тебе выколоть глаза, но сейчас ты абсолютно права, – согласилась она с улыбкой. – Он такой сладострастный, и мне это совсем не противно.

– Потому что он веселый и делает тебя счастливой, – пояснила Джо и вздохнула. – Но это скучно для тех, у кого никого нет.

– Представляю, – сказала Рози, поправив блузку канареечно-желтого цвета. Она обожала яркие цвета. – Но знаешь, хочу признаться, что для меня облегчение знать, что я могу быть счастлива с порядочным человеком. Сколько лет я потратила на каких-то кретинов! Мне раньше казалось, что любовь – это обязательно страдания.

– Да уж! Помнишь Стива? – спросила Джо, прыская.

Рози влюбилась в Стива, когда была в выпускном классе и готовилась к экзаменам. Но вместо того, чтобы подтянуть свои оценки, она потеряла голову от парня, умственное развитие которого застряло на уровне пятого класса. Он работал механиком в автомагазине, получал неплохую зарплату и играл на гитаре в местном клубе. Рози он казался чуть ли не Полом Маккартни.

– Я всегда думала, что он относится к сильному, немногословному типу мужчин, пока однажды не обнаружила, что ему просто нечего сказать, – засмеялась Рози. – Да, любовные истории в те времена стоили таких мучений, помнишь? А с Джимом я вообще не думаю о чувствах. Я просто живу, и все. Нам легко вместе и никаких переживаний. Я поняла теперь, что любовные отношения должны радовать людей, а не причинять боль.

– Согласна, – ответила Джо, немного подумав над словами подруги. – Но здесь нужно быть очень осторожной. Так легко при хороших отношениях самоуспокоиться и впасть в самодовольство. Думаю, наш брак с Джефом распался именно поэтому. Я поняла, что мы просто перестали со временем дорожить друг другом.

– Чепуха! – хмыкнула Рози. – Ваш брак распался, потому что Джеф сбежал от тебя к Барби в человеческом облике.

– Нет, это уже следствие, а не причина. Я тоже сначала во всем обвиняла только его. Но что его довело до этого? Чем больше я об этом думала, тем меньше стала его обвинять.

– Как ты до этого дошла? – спросила совсем не удивленная Рози.

Джо в последнее время стала гораздо лучше понимать и даже жалеть Джефа. Может, сказался ее опыт с Шоном, а возможно, потому, что бывший муж ей стал окончательно безразличен.

Но она теперь гораздо лучше понимала опасность однообразия в семейной жизни.

– Я не знаю, кто первый начал прилагать меньше усилий, чтобы сохранить любовь, – сказала Джо, отказавшись от воздушной кукурузы. – Но другой принял это и тоже перестал бороться за чувство. Прежде чем мы оба поняли, что произошло, мы уже стали чужими людьми, живущими вместе под одной крышей, только чтобы воспитывать Томаса и Софи.

Как это ни горько, но их отношения с Джефом сошли на нет задолго до разрыва. Но у них оставалась повседневная жизнь, где у каждого была своя роль и обязанности. И у них никогда не хватало времени, чтобы остановиться и решить проблему личных отношений. И она незаметно росла, пока не превратилась в огромную гору, и даже мысль о том, чтобы сдвинуть ее с места, уже не возникала. Чем ближе к концу, тем все больше их беседы стали сводиться только к детям. Иногда они даже общались через детей, используя их как демпфер, чтобы не доводить дело до скандала. Когда Джеф приходил с работы, Джо было абсолютно не интересно, как у него прошел день. Она крутилась по дому, чтобы все успеть, и его скучающий вид ее только раздражал.