Мой запрет - Катерина Пелевина
— Мирон…
— Каляяя…
Секунды не проходит как меня отрезвляет резкий толчок внутрь. Его член каждый раз кажется мне ещё больше, чем в предыдущий. Не понимаю, как это возможно. Вздрагиваю и издаю пошлый стон. Тут же вцепляюсь пальцами в покрывало. Он подкладывает мне подушку под живот и заставляет полностью расслабиться. А потом его движения становятся такими хищными и дерзкими, что я полностью забываю про всех, кто есть в этой квартире. Я на грани. Мне кажется, из меня выдалбливают все плохие мысли о других девушках. И я безумно его за это обожаю. Обожаю, когда он вот это делает. Показывает мне, что ему нужна только я. Что он главный. И что он выбрал меня. Мы стали практиковать секс без резинки, но он осторожен. Поэтому сразу как я кончаю, я ощущаю, как его сперма покрывает мою поясницу и ягодицу, стекая вниз по бедру. Это приятное чувство… Приятное, ни с чем не сравнимое… И, наверное, мне бы нужно сесть на таблетки, но я ещё даже не записалась к врачу… Боже…
Как же сладко с ним… Как приятно…
— Извини, — шепчет он, вытирая её с меня футболкой.
— Мне нравится, не нужно извиняться, — запыхавшись, выдаю я, спрятав раскрасневшееся лицо в покрывале. Мирон усмехается, и мы прислушиваемся. Музыка ещё играет, но они вроде как больше не ругаются. Мирон быстро достает из шкафа новую футболку, пока я осматриваю спальню… Тут так атмосферно… Я бы здесь постоянно ночевала… С ним.
— Что?
— Ничего, — пожимаю плечами. — Просто тут классно…
— Потому что мы вместе, поэтому классно… А так обычная квартира… Без тебя тут крайне уныло, знаешь ли…
— Тогда зови меня жить к себе, — улыбаюсь, а он тянет мне руку.
— Вставай, любовь моя… Иначе выйдем, а Машка уже обводит мелом Владкино тело…
Я тут же начинаю смеяться, представляя это, но потом мне реально становится не до смеха. А вдруг реально подрались?
Выходим из комнаты через несколько минут счастливые и растрепанные. Маша и Влад при этом выглядывают из кухни. Она с покрасневшими губами, а Влад со взъерошенными волосами. Господи, как же это смешно. Неужели мы так же выглядели, когда прятались? Мирон тут же издаёт нервный смешок и потирает лицо…
— Пиздец, придурки…
Маша летит к нам, судорожно вытирает губы и разглаживает свои пряди... Влад же просто лыбится как придурок, дорвавшийся до куша, но ничего не говорит… Только на неё смотрит… И в принципе, если честно, я рада, что его фокус сместился с нас на неё… Это ведь хорошо, да? Он хотя бы не злится на нас… Не ревнует меня как сестру и Мирона, как друга…
— Всё хорошо, да? — интересуюсь, и она кивает, схватив меня за руку.
— Покурим?
— Нооо… — не успеваю и пикнуть, как она тащит меня на улицу, а там встает напротив и смотрит своими огромными зелеными ведьмовскими глазами.
— Мы поцеловались, — выдает она в панике.
Это я как бы сразу поняла. Она о каждом своем шаге с ним собирается мне докладывать? Мне оно не надо… Я не хочууууу…
— Может ты мне еще расскажешь, как он будет лишать тебя девственности? — саркастически спрашиваю, но она морщится.
— Фу. Я не собираюсь с ним спать.
Ага… У Влада разгон от поцелуя до койки пару минут.
— Но ты говорила…
— Да я пошутила!
— Ну-ну… Удачи, — стремлюсь уйти, но она не дает. Откуда-то достаёт сигарету, что подвергает меня в шок.
— Ты ведь не куришь…
— Не курила, просто хочу попробовать, — щебечет она, глядя на меня. — Стянула у Мирона из кармана только что.
— Господи, Маша!
— А что такого то? Не презик же это, в конце концов, — смеется она, и я тоже ржу. Дурочка, блин.
Стоим там и смотрим на звезды.
— Маш… Я так его люблю. Реально люблю его больше всего на этом свете. Не знаю, как жила до него. Не знаю, как могла дышать. Это так странно…
— Ничего странного. Тогда тебя вставляли ссоры с ним. Подогревали интерес. Я давно чувствовала что-то. Да и он так себя вёл. Помнишь, когда он толкал язык в рот старшеклассницам, а сам смотрел… Чёрт, извини, не стоило мне это вспоминать. Простииии, — тянет она и начинает кашлять.
— Да выброси ты это, гадость же, — говорю ей, и она слушается.
— Ты права, та ещё гадость… А Влад… Я не знаю. Он же всегда мне нравился. Чисто внешне… Но ему хоть и двадцать, а в башке... Ему же только одно нужно. Всё же он от Мирона отличается. Образ замкнутого холодного плохого мальчика не про него. Он скорее… Душа компании и засранец, который оставляет девушек с разбитым сердцем…
Вздыхаю. Она права. Они не слишком и похожи. У Влада нет стержня в плане каких-то установок. Ценностей… А у Мирона он есть. И будто всегда был, просто надежно спрятан глубоко внутри, и он наконец вынул всё, чтобы что-то построить вместе со мной… Не знаю, получится ли у нас… Но я безумно и искренне на это надеюсь…
Дальнейший вечер проходит достаточно спокойно. Потому что Влад напивается в соплину, глядя на подружку поедающим взглядом, и Мирон укладывает его в гостиной. А потом я спрашиваю Машу не согласится ли она переночевать у нас, но в другой комнате, которая закрывается на замок. Просто не хочу ехать на ночь глядя… Хочу быть с Мироном уже сейчас. На удивление подруга соглашается, и я выдыхаю… Не знаю уж о чём они с Владом весь вечер шептались, но как-то уж больно просто она согласилась… Может, заранее знала, что останется здесь? Не пойму…
Стараюсь погрузиться в собственные ощущения…
В свои чувства… Когда Мирон под сердцем мне ничего больше не нужно… Я так счастлива… Всю ночь мы занимаемся любовью… Потому что соскучились. Потому что нам было невыносимо плохо вдали друг от друга… И как же повезло, что всё так закончилось… Спасибо моему любимому папе…
Когда время на часах уже переваливает на четыре утра, мы с ним смотрим друг на друга в спальне и не можем насмотреться, до одури хочется тонуть в нём и навсегда здесь остаться…
— Я тебя люблю… — он гладит моё лицо, а я его плечи. Синяки и вправду почти сошли. Так приятно осознавать, что я теперь всё знаю. Что он больше не ввязан во всё это. Что он всё рассказал и свободен от того кошмара.
— Мне так спокойно, когда ты рядом… Я не знаю, как буду спать без тебя. Не
