Договор на нелюбовь - Евсения Медведева

без белья. Руки сами начали своё путешествие. Катя дёрнулась, как только я накрыл её грудь и попыталась перевернуться, но я не позволил. Прижал её спиной к своей груди так, чтобы пошевелиться не могла, а левой ногой протиснулся между её ног, разведя их в стороны. Попалась…

– Саша… – выдохнула она, поворачивая ко мне голову, как только я двинулся ниже.

– Тш-ш-ш… Все хорошо…

Рука скользила по шелковистой коже, ощущая болезненно наливающееся возбуждение. В тот раз всё было быстро, в тумане накатившей страсти. Не успел узнать, ощутить и насытиться. Оттого и тянул сейчас. Двигаясь по миллиметру, словно пытался запомнить каждый изгиб её тела. Как только пальцы остановились на лобке, она перестала дышать, не понимая, что будет дальше.

Катя не понимала, зато я все осознавал. Хотел услышать её стоны, ощутить под пальцами жар и влагу, хотел украсть её удовольствие, насладиться им, оттого и двинулся смело дальше. Катя захныкала, заерзала бёдрами в поисках моих пальцев.

– Моя ты, Катя, – шептал ей на ухо. – Моя.

Она попыталась вырваться, очевидно, чтобы в глаза заглянуть, но не дал.

– Не сегодня, милая. Если в глаза посмотрю, то все! Башню сорвёт и не остановит меня уже ничего. Хочу почувствовать не своё удовольствие, а твоё…

– Саша, – зашептала она, утыкаясь лицом мне в плечо, на котором лежала.

Она перекинула руку, немного помедлила, а потом протиснулась между нами. Робко прошлась пальцами по ткани боксеров, словно танцуя, затем поднялась выше и проскользнула под них.

– Са-а-а-ша, – мое имя, что она повторяла вновь и вновь, стало прерывистым.

И лишь когда её тело стало рассыпаться на осколки от взрывающегося удовольствия, перевернул на спину, чтобы увидеть её лицо. Пухлые губы открывались, роняя тихое «Саша». Грудь с напряжёнными сосками вздымалась, а из глаз покатились сверкающие капли слез. Пальцы закружили быстрее, сначала едва касаясь чувствительного клитора, потом все ближе и ближе… Движения становились резкими, сильными и очень точными.

Она повернула голову, распахнула глаза, и я накрыл её губы своими. Вбирая каждый хриплый стон и тихое поскуливание. Ещё никогда чужой оргазм не был столько опьяняюще прекрасен. В нем было столько откровения, правды и искренности, что хотелось повторять это снова и снова.

– Что это было? – прохрипела она, разрывная поцелуй. – Саша, что это было?

– Это было обещание, Катя.

– Больше похоже на промо-ролик. Гребаный ты бизнесмен, – хихикнула она, рассыпая по моему лицу короткие быстрые поцелуи. – Хочешь заманить меня в финансовую пирамиду?

– Катька, – хотел было её обнять, но она отпрянула, так же ловко, как утром оседлала меня, бросив странный взгляд.

Закусила губу, явно о чем-то задумавшись. Но уже через мгновение её пухлые губы растянулись в улыбке, и она поцеловала. Рвано. Быстро, не позволив углубить поцелуй, потому что губы двинулись дальше. Пробежалась по скулам, шее и груди. Действовала всё смелее, пробежалась языком по мышцам пресса, словно обрисовывала рельеф и остановилась у кромки боксёров.

Её длинные тонкие пальцы потянули за резинку, обнажая то, что ей было нужно. Её дыхание обжигало возбужденную плоть и настал мой черёд нервничать. Она бросила на меня взгляд, в котором плясали черти и согрела тёплыми влажными губами головку члена.

Я зарычал, наблюдая за ней, проклиная себя лишь за то, что не включил свет. Хотелось видеть это. Боже! Что она делает со мной??

Её движения были одновременно смелыми и робкими. Она словно знакомилась, пыталась привыкнуть. Пробегалась мелкой россыпью поцелуев по всей длине, а горячим влажным язычком огибала чувствительный край головки. И странное подозрение внезапно накрыло меня с головой. Но я отогнал эту шальную мысль в сторону…

– Катя! Ольга и Наташа пришли, – крикнула бабушка, ударяя своей тростью по перилам лестницы.

Катя замерла, лизнула член от основания до самой головки и заботливо натянула трусы, очевидно, чтобы не простудился. Выпрямилась, открывая своё обнажённое тело, что так охренительно смотрелось в свете заката. Улыбнулась, не стыдясь своего румянца и так пошло облизала губы, что взвыть хотелось.

– Как тебе моя реклама?

– Может, не поедем на сплав? – я сел, прижимая её к себе.

– Царёв, не смей! Ты слово дал!

– Боже, как сложно быть ответственным и взрослым. За слова приходится отвечать, вместо того чтобы наслаждаться твоими скулящими стонами, Катенька…

Пока мы вместе стояли под душем, а потом и одевались, Катя не отводила глаз. Внимательно изучала, будто раньше не видела. Или видела, но иначе. Спокойным взгляд был, задумчивым. Не было ни страха, ни смущения в нем, лишь плескалось игривое любопытство. Оттого и глаза поблескивали, и улыбка легкая губы изгибала.

– Собирайся, – Катя аккуратно повесила мой офисный костюм на плечики и отнесла в гардеробную, взамен выдала мне спортивный трикотажный костюм и футболку. – Я к девчонкам пойду.

Катя обняла меня за шею и крепко поцеловала.

Забавная девчонка. Очень забавная…

– Царёв, дай порулить? Ну, дай порулить. Я никогда не ездила на такой большой машинке! И вообще, почему ты своей невесте дал какой-то «порш» и спрятал этот шикарный корабль? А если его продать, мне точно хватит на мороженое с шоколадной крошкой? А то не пойду за тебя замуж, слышишь? – шептала мне на ухо Катя, пока я закидывал в багажник сумки.

Она обняла меня сзади за бёдра и ловко вытащила ключи от машины, быстро впрыгнула на водительское сидение, предусмотрительно заблокировав дверь.

– Как ты её терпишь? – вздохнула Оля и улыбнулась кривляньям Катерины. – Невыносимая! Но рядом с ней счастьем наполняешься. Саш, но я всё равно не понимаю, что у вас общего?

– В ней то, что я не могу себе позволить, – открыл заднюю дверь, помогая Оле забраться в салон, махнул бабушке и маме, что подсматривали за нами в окно столовой и покорно сел на пассажирское сидение.

– Ну? Вы готовы веселиться? – Катя захлопала в ладоши, осмотрела меня, будто поверила снаряжение, а потом обернулась на Ольку. – Сладкая моя? Ты готова?

– Кто? – поперхнулся я, оборачиваясь через плечо.

– Сладкова Оля, – девушка улыбнулась и потянула мне свою руку. – Приятно познакомиться.

– Повеселимся…

Катя остановилась у ворот уже сонного «Вишневого» как раз в тот момент, когда оттуда выехали два белых внедорожника.

– Красота! – крикнул Лёва, чуть отодвинув брюнетку. – Я тоже со своим, чтобы слюной не капать на ваши сюсюканья. Да, детка?

– А что это я – детка, а она красота? – его спутница мгновенно надула губы, а Лёва театрально закатил глаза и покатился по дороге в сторону трассы.

За рулём второго сидела Ксюша, радостно замахавшая нам руками.

– Катя, ты так здорово придумала! Никогда не была на сплаве! Только чур без ваших этих гонок на