Хелен Данн - Легче перышка

— Даже не знаю, что я могу сделать, — униженно говорю я. — Она должна была быть мной. — Я выдерживаю паузу и затем уверенно продолжаю: — Я с ней серьезно поговорю.

— Серьезно поговорите? — злобно вскрикивает Джастин. — Теперь придется придумать что-нибудь посерьезнее, чем просто серьезный разговор, иначе я расторгну наше соглашение. Я не отправлю вам больше ни одной коробки. Даю пять дней на то, чтобы разобрать этот бардак. Пять дней. — Он кидает трубку.

Я смотрю в экран телевизора. Бегут титры. На заднем плане зафиксирован кадр, в котором Антея и Алан смеются, словно старые друзья, над какой-то статьей в газете, разложенной перед ними на кофейном столике. Так нечестно. Ей можно смеяться. Она свободна от любой ответственности. Она может кокетливо встряхивать волосами, в то время как я готова вырвать свои с корнем. Какой фокус можно придумать, чтобы уладить неприятности всего за три дня?

Опять звонит телефон. На определителе — домашний номер Лиз. Беру трубку.

— Дай угадаю: ты видела это шоу, — сразу же говорю я, даже не здороваясь.

— Да.

— И что думаешь?

— Все могло быть намного хуже, — спокойно отвечает она.

— Куда? Куда еще хуже?

— Значит, ты не видела газету?

— Сто лет назад отправила Финна купить ее. И куда он делся?

— Может, спрятался?

— Э?

— Орла, даже не знаю, как тебе сказать.

— Что? Ты меня сейчас с ума сведешь. — Мое сердце колотится все быстрее. — Говори же. Что?

— Орла Кеннеди, которая совсем не Орла Кеннеди, но которую все знают как Орлу Кеннеди…

— Да.

— Орла Кеннеди — топлесс.

Как похудеть — совет № 33

По субботам вместо обеда читай газету

На полу в гостиной разложены четыре экземпляра «Санди эксклюсив». Мы вчетвером тщательно изучаем статью и думаем, как исправить эту дикую ситуацию. Я разглядываю свой экземпляр. Антея выглядит сногсшибательно: дерзкая грудь с темно-розовыми сосками, которые торчат прямо вверх, вместо того чтобы свисать с поникшей груди и смотреть прямо в пол. Я сажусь на корточки.

— По-моему, это тупик. Не знаю, чем можно исправить положение, — наконец произношу я. — И что скажет Джастин, когда увидит эту газету? — Я качаю головой, чувствуя боль и унижение.

Патти смотрит на меня, она уже знает про мою депрессию. Эта девочка примчалась сразу после того, как посмотрела передачу с Антеей и Аланом, и прихватила с собой коробку бельгийского шоколада и пару бутылок шампанского. Ее представление об успокаивающей пище. Шоколад поставили в самом центре, в пределах досягаемости. Первый ряд пуст, во втором зияют бреши. На полу валяются маленькие шарики из серебряной фольги. Шампанское охлаждается в холодильнике, но я сомневаюсь, что сегодня мы его откроем. Для праздника повода нет. Лиз говорит, что водка и клюквенный сок будут уместнее.

— Бери шоколад, — предлагает Патти и подталкивает коробку поближе ко мне. — Орла, посмотри на это с другой стороны. Три миллиона человек думают, что это тело принадлежит тебе. — Она тычет пальцем в фотографию перед собой.

— Они просто великолепны, — словно во сне произносит Финн.

— А разве похотливые мысли не противоречат твоей религии? — говорит Патти, складывая газету. На ее щеках горят два ярких красных пятна.

— У меня не было похотливых мыслей, — категорично заявляет Финн. — Я всего лишь оценил ее по достоинству. Почувствуй разницу.

— Как и все эти мужчины, которые ходят по клубам только ради приватного танца у них на коленях, — вставляет Лиз. — Они тоже всего лишь оценивают по достоинству.

— Не знаю, — огрызается Финн, — я в таких клубах не был. Послушай, я всего лишь восхитился человеческими формами.

— Ну да, — смеюсь я. — Мужчины! — провозглашаю я с драматической интонацией. Лиз закатывает глаза, но Патти продолжает складывать газету. Кажется, она немного напряжена. Я как раз собираюсь спросить, что с ней, как вдруг раздается телефонный звонок. Я хватаю трубку.

— Орла, что я могу сказать? — с трудом произносит Майк Литтлчайлд. Он наконец-то ответил на восемь моих звонков.

— Для начала можно извиниться, — отвечаю я.

— Прости, — тихо говорит он.

Я понимаю, что ему стыдно.

— А теперь можно сказать: «Кажется, ты была права», — настойчиво продолжаю я. К черту его стыд. Он представляет себе мое унижение? Вряд ли. Он — мужчина. Подумать только, во время первой встречи я даже подумала, что он привлекательный. Женатый, но привлекательный.

— Но Джайлс сказал… — попытался возмутиться он.

— Мне плевать, что сказал твой чертов Джайлс. Зачем вообще было его слушать?

— Потому что он лучший консультант по связям с общественностью. Один человек сказал мне, что он лучший.

— Кто? Кто тебе сказал?

Возникает минутная пауза, в течение которой Майк, прикрыв трубку рукой, что-то шепчет кому-то рядом с ним. Какая наглость. Он разрушает мою компанию, и ему хватает наглости отвлекаться и шептаться с кем-то, вместо того чтобы уделить мне максимум своего внимания.

— Майк! — кричу я в трубку. — Кто сказал тебе, что Джайлс — самый лучший?

— Не могу вспомнить, — в конце концов говорит он. Робко.

— Ты не можешь вспомнить? Ты принял рекомендации и позволил кому попало указывать тебе, как нужно управлять компанией, в которую ты вкладываешь деньги. Неужели проект «Легче перышка» не заслуживает большего внимания?

— Я…

— Все вы банкиры одинаковы. Думаете, что все знаете, — продолжаю я, — а когда доходит до дела, вы прислушиваетесь к рекомендациям человека, которого вам порекомендовал другой человек, имени которого вы даже не помните. Может, ты встретил его в пабе? А он не пытался продать тебе заодно и машинную магнитолу? Или часы «Ролекс»?

Лиз и Патти давятся от смеха. Финн смотрит на меня, открыв рот. Наверное, выражение гнева противоречит его религии. Что ж, позже он сможет побурчать свои мантры, чтобы избавиться от плохой кармы. И узнает, что по этому поводу думаю я.

— Орла, пожалуйста.

— Что значит «пожалуйста»? С самого начала я сказала, что не хочу, чтобы такое холодное и бесчувственное существо, как Антея, стала лицом моей компании. А ты представь, что я чувствовала, когда мне дали понять, что я не подхожу для рекламы собственной компании.

— Никто не хотел задевать твои чувства, — возражает Майк. — Это всего лишь финансовая сделка. Мы старались помочь проекту «Легче перышка».

— И помогли, — говорю я холодно и решительно. — Через пять дней, если мы не придумаем, как исправить эту кошмарную ситуацию, «Белье-Невидимка» отменит заказ. И наш крупнейший денежный механизм с размером прибыли не меньше обхвата талии наших клиентов, остановится. И даже не хочу думать о том, сколько клиентов откажутся от наших услуг на этой неделе.