Бунтарь - Келси Клейтон

взбесился. И он определенно выйдет из себя. Я бросаю на нее ободряющий, но в то же время умоляющий взгляд, и она уходит так же быстро, как и пришла.

— Трент. — Его имя произносится нерешительно, как будто я жду, что он сорвется. — Приятель.

Он отступает назад. — Не надо, блядь, со мной брататься. Ты что, совсем спятил, черт возьми? Тесса — твоя загадочная женщина? Тесса?

— Это не то, что ты думаешь.

— Черт возьми, это не так!

Я поднимаю руки в знак капитуляции и пытаюсь сделать шаг к нему. — Просто выслушай меня. Говорю тебе, это не так плохо, как то, что сейчас происходит у тебя в голове.

Его взгляд полон ярости, когда он качает головой. — Нет. Ни за что, черт возьми. Я не хочу слышать от тебя ни единого чертова слова. Ты ее учитель, а она всего лишь ребенок!

— Ей восемнадцать, и по закону ей разрешено делать свой собственный выбор.

— И это должно сделать все в порядке? Давай, Эш. Ты лучше этого! — Он делает паузу, затем прищуривается и смотрит на меня. — Она соблазнила тебя?

— Что?

— Она что, насиловала тебя? — Подозрительно спрашивает он, и моя кровь закипает. — Я знаю, какой психопаткой она может быть. Если она набросилась на тебя, ты должен был сопротивляться, но я понимаю. Она чертовски агрессивна, когда чего-то хочет. Это то, что произошло?

Моя челюсть сжимается, и каждый мускул в моем теле напрягается. — Не смей, блядь, так о ней говорить. Ты ничего не знаешь об этой девушке.

— Теперь ты защищаешь ее? От меня? Невероятно. — Поворачиваясь к двери, он качает головой. — Ты заслуживаешь любой дерьмовой бури, которая обрушится на тебя.

Он выбегает, не обращая внимания на то, что я зову его по имени. Я плюхаюсь в свое кресло. Запустив пальцы в волосы, я сердито дергаю их и стону. Что, черт возьми, мне теперь делать?

***

Когда я захожу в свой дом, я надеюсь, что Тесса здесь, и мы сможем придумать какой-нибудь план игры. Способ выбраться из этого. Однако это не та девушка, которую я нахожу сидящей на моем диване.

— Что ты здесь делаешь? — Я спрашиваю.

Блэр свирепо смотрит на меня и встает. — Трент позвонил мне. Ты, блядь, серьезно, Ашер? Ученица старшей школы? Серьезно?

Конечно, он это сделал. Однажды став крысой, она останется крысой навсегда. — Не делай этого. Не смотри на меня как на какого-то педофила. Ей восемнадцать.

— И твоя ученица! Думаю, мне не нужно говорить тебе, насколько сильно это может испортить твою репутацию.

— О, пожалуйста, — усмехаюсь я. — Половина игроков в НФЛ встречается с женщинами помоложе.

— Никто из них не пользуется авторитетом у этих женщин, — утверждает она. — Не говоря уже о том, что их жизни сейчас не так тщательно изучаются, как твоя.

Я закатываю глаза и иду к холодильнику за пивом. Господь свидетель, оно мне нужно. Блэр следует за мной, как чертова чихуахуа, которая не знает, когда остановиться.

Она кладет руку на бедро и смотрит на меня, явно сытая по горло. — Ты должен покончить с этим.

Я фыркаю. — Да, нет. Это не вариант.

— Это единственный вариант, Ашер, — настаивает она. — Тебе повезло, что Трент позвонил мне, а не Джону Хайланду. Ты не можешь заполучить Тессу, не выбросив при этом все, ради чего работал всю свою жизнь.

Мысль о том, что у меня ее не будет, вызывает настоящую боль в моей груди. Я проводил с ней каждый божий день в течение нескольких месяцев, и теперь от меня ожидают, что я просто положу этому конец? Пойду дальше без нее? Нет. Этого не произойдет.

Новообретенная решимость переполняет меня, когда я понимаю, что мне нужно сделать.

— Слушай меня, — говорю я ей, ставя свое пиво и хватая ключи. — Я собираюсь поговорить с Трентом. Ты можешь выйти сама.

***

Два часа спустя я возвращаюсь в свой гараж и выхожу из машины. Я буквально провел все время у Трента, слушая, как он кричит на меня о том, насколько все хреново. Он сказал, что я рискую не только своей репутацией, но и его, поскольку именно он рекомендовал меня в первую очередь. Честно говоря, я на самом деле не думал об этом, но это все равно не меняет моего мнения. Какое-то время он будет злиться, но он пообещал, что никому об этом не скажет ни слова, и это все, что мне нужно.

Я бросаю ключи на стойку. — Тесс?

Никакого ответа.

— Тесса?

Из-за угла доносится звук шагов, но появляется не Тесса. Я закатываю глаза, задаваясь вопросом, стоит ли вызвать охрану, чтобы ее выпроводили отсюда.

— Ее здесь нет.

— Что ты все еще здесь делаешь, Блэр? Мне казалось, я сказал тебе уйти.

Она улыбается, но это всего лишь притворство. — Я решила остаться здесь.

— Ну, я бы предпочел, чтобы ты этого не делала. Где Тесс?

— Я же говорила тебе, — медленно произносит она. — Ее здесь нет.

От выражения ее лица у меня сводит живот. — Что ты сделала? — Спросил я.

В ее глазах мерцает что-то порочное. — Именно то, что должен был сделать ты.

Страх наполняет все мое тело, когда я мчусь к своей спальне. Я рывком открываю шкаф и обнаруживаю, что половина его пуста. Ящики комода все еще открыты с тех пор, как она, очевидно, в спешке достала из них свои вещи. Маска с субботнего вечера лежит у меня на тумбочке. Я беру ее в руку, чувствуя, что это единственное, что у меня есть из ее вещей, за что я могу держаться.

— Что, черт возьми, ты ей сказала? — Кричу я, возвращаясь в гостиную.

Блэр подносит палец к своему подбородку. — Я не могу точно вспомнить, но это сработало.

Достав из кармана телефон, я набираю ее номер и прикладываю его к уху.

— О, я бы не стала утруждать себя. Я могу обещать тебе, что она не возьмет трубку.

И действительно, телефон звонит дважды, прежде чем она нажимает «Игнорировать», и я отправляюсь на ее голосовую почту. Я нажимаю «отбой», и моя рука безвольно опускается.

— Убирайся к черту из моего дома, — рычу я.

Она закатывает глаза с насмешливой улыбкой на лице. — Ашер, Ашер. Всегда такая королева драмы.

— Я сказал, убирайся! Сейчас же!

Мой телефон вылетает у меня из рук и разбивается о стену. Она вздрагивает от внезапной вспышки гнева, затем вздыхает.

— Послушай, — начинает она более легким тоном, — я знаю, что сейчас ты злишься, но я сделала это ради тебя. Если пресса узнает, что