Фальшивая невеста мажора - Мария Николаевна Высоцкая

ума дома в его отсутствие, мама любого сведет с ума.

– Тогда я приглашаю тебя в гости.

Ева прищуривается и ловит мой взгляд.

– В гости?

– Ага. Вообще, у меня восьмого день рождения, и я тебя приглашаю.

– Сам Марк Валиев зовет меня к себе на день рождения, это что-то новенькое.

– И он очень надеется, что ему не откажут.

– Я бы сказала, он привык, что ему не отказывают, правда?

– Можно сказать и так…

– Я подумаю. Напишу тебе сообщение, да.

– Ты жестока.

– Я справедлива, – снова прячет руки в карманы, замечая мой вопросительный взгляд. – Замерзла.

– Пошли куда-нибудь погреемся.

– Если дойдем до конца вот того дома, – вытягивает палец вперед, – там на перекрестке есть классное кафе.

Путь до двухэтажного здания мы проходим в тишине. Ева не то чтобы замыкается в себе, просто в какой-то момент молчание, что между нами повисает, становится комфортным. Оказывается, это абсолютная правда, что с подходящим тебе человеком даже молчать приятно.

Помогаю ей снять пуховик и пристраиваю его на вешалку, рядом со столом и полукруглым диваном, на котором мы устроились.

– Сколько у тебя было отношений? – Ева вонзает вилку в кусок торта.

– Особо я ни с кем не встречался.

– И с Шумаковой?

– С Элькой? Мы с Арсом дружим с детства. Элька всегда где-то рядом была, потому что его сестра. Я и сам ее так воспринимаю.

– Как сестру?

– Ага.

– А ты в курсе, что она тебя нет?

В курсе ли я? Еще бы. Эля всегда была слегка отбитой, в последние годы эта ее особенность только усилилась.

В какой момент она решила, что между нами может быть что-то большее, чем дружба, понятия не имею.

– То есть с ней у тебя никогда ничего не было?

Ева откидывает волосы за плечи и прикладывает пальцы к подбородку. Ее бурную внутреннюю реакцию выдают покрасневшие щеки и слегка ускоренные движения.

– Ты ревнуешь?

– Что? Конечно нет, – отводит взгляд. – Просто интересуюсь.

– Нет, с ней мы всегда были просто друзьями.

Не скрывая улыбки и того, что мне приятна ее ревность и заинтересованность, сжимаю ее руку в своей ладони. Чем больше времени мы проводим вместе, тем сильнее во мне взращивается желание – вообще ее не отпускать. Даже мелькают мысли остаться в этом городе на все эти две недели.

Стоит об этом подумать, и тут же звонит Рус и просит завтра к обеду быть в офисе. Будто чувствует!

– Значит, ты сегодня уезжаешь? – констатирует Ева, прекрасно слыша наш с дядюшкой разговор.

– К сожалению, да, – смотрю время. – Пару часов посплю в какой-нибудь гостинке и буду выдвигаться.

– Надеюсь, заедешь попрощаться?

– Еще бы, – не выдержав, тянусь к ней через стол, чтобы поцеловать.

Глава 34

Ева

Мама стоит за моей спиной с кухонным полотенцем в руках и, соблюдая какой-то интервал, ударяет одним краем по ладони.

– Куда ты опять собралась?

– Выйду буквально на пять минут, попрощаться с Марком.

Раньше я хранила все от нее в секрете, думала, что так будет лучше. Чуть позже меня начало угнетать то, что мы с ней очень далеки друг от друга и она почти ничего обо мне не знает. Тогда я начала говорить.

Мама мои попытки откровенности восприняла скептически, а во мне просто выработалась привычка говорить ей правду почти всегда. На идеальную семью мы не тянем. Возможно, моя правда и секреты ей даром не нужны, но так я хотя бы создаю иллюзию дочерне-материнских отношений для самой себя.

Мы же семья. Какая есть, но семья.

– Ты же сказала, что он здесь больше не появится!

– А здесь он и не появится. Я выйду на улицу и потом вернусь домой, одна. Можешь спать спокойно.

– Ну вот в кого ты такая упертая? Нашла кому верить. Наиграется – и в кусты. Спасибо еще скажем, если не залетишь.

– У тебя какие-то проблемы с репродуктивностью, я не пойму? Что за зацикленность на беременности?

– А ты вот посмотри на Ледневу или…

– Я в первую очередь хочу на себя смотреть, мам.

– Поговори мне еще. Губы хоть поярче накрась, а то бледная, как поганка.

– Спасибо за совет, но к моему пуховику категорически не подходит яркий цвет помады, – улыбаюсь, продолжая причесываться.

– Ой, все, не хочу с тобой говорить больше.

Наблюдаю через зеркало, как она уходит, и защелкиваю на запястье браслет. Вроде готова.

Отъезд Марка, как и его появление, стали неожиданностью.

Мне кажется, я словила сейчас такое состояние, когда могу находиться с ним двадцать четыре часа в сутки. Просто говорить. Смотреть. Ну ладно, прикасаться и целоваться тоже.

Набрасываю куртку и спускаюсь во двор. Машина Марка уже притаилась неподалеку от дорожки к детской площадке. Юркнув в салон, стягиваю с головы капюшон и практически сразу получаю свой заветный поцелуй в губы.

Это что-то невероятное, то, что между нами происходит.

Марк открывается мне с другой стороны, да я и сама с ним становлюсь немножечко другой. Более откровенной, веселой…

– Привет, – шепчу ему в губы, млея от его прикосновений к моему лицу.

– Привет.

Марк притягивает меня к себе максимально близко, и я утопаю в его объятиях.

Мы сидим так почти полчаса. Обнимаемся, целуемся и почти не разговариваем. Каждый вдох дается с трудом от осознания, что он вот-вот уедет.

Неужели можно так быстро привязаться к человеку?

– Поехали со мной. Чего тебе тут делать?

– Я не могу сейчас, – качаю головой и смотрю на то, как он переплетает наши пальцы.– …но приеду через две недели.

Марк смотрит на часы, и я понимаю, что у нас осталось совсем мало времени.

– Уверена? Стоит только подняться и взять чемодан…

–Да,– шёпотом.

Мы снова погружаемся в молчание. Оно немного угнетает, нам вот-вот придется расстаться.

– Пора ехать, – Марк прикрывает глаза и тянет носом воздух рядом с моим лицом. Его губы касаются кончика моего носа, и щеки мгновенно наливаются краской.

– Знаю. Пока?

– Пока.

Мы прощаемся, но продолжаем сидеть в обнимку не шевелясь. Так проходит еще минут десять.

– Возьми подарок, – он тянется к бардачку и вручает мне коробку.

– Марк…

– Это просто серьги.

– Я же уже сказала…

– Ева…

Его губы снова захватывают меня в своей плен, я забываю обо всем. Наслаждаясь каждой секундочкой того, что между нами происходит, а когда иду домой, сую руку в карман за ключами и обнаруживаю там его подарок.

Вот же!

Открываю дверь и, оказавшись в прихожей, присаживаюсь на корточки, стягивая с шеи шарф, который душит и так истерзанное эмоциями тело.

Все развивается с невероятной скоростью,